Предатель (СИ)

— И ты понял это всего за несколько дней? — негромко рассмеялась она.
— Даже быстрее. Но хотел быть уверенным до конца.
— Я просто хотела создать место, где не надо бороться за место под солнцем, — сказала Анастасия. — И у меня это получилось. Но на следующем году я буду на третьем курсе…
— Цикл власти, — кивнул я. — На первом курсе нужно взять власть, на втором — удержать её, на третьем…
— Суметь передать её преемнику и отойти в тень.
— Сохранив некоторые рычаги и статус крайне уважаемого человека, разумеется.Но с твоим уходом начнётся борьба.
— В этом году среди «фениксов» очень много сильных личностей. Но при этом ни у кого нет амбиций, — вздохнула Рюрикович. — И да, ты прав, Горислава — слаба. Хотя я и люблю свою кузину, но должна это признать. Особенно потому что я её люблю. Я смогу научить её за этот год, как выживать, но не более того. А вот Корелин и Гедеминович явно нацелены на власть — им это интересно. Взять они её, возможно, и не возьмут, но устроить хаос вполне могут. Возможно, есть и другие — поумнее, что пока что выжидают.
— Корелин возьмёт свою власть над новгородцами и так. Но можно сделать вид, что ему помогли это сделать.
— Это хорошая мина при плохой игре, — поморщилась Анастасия.
— Это дипломатия, ваша светлость, — улыбнулся я. — Вам ли не знать? К тому же «змеи» — не монолитны, у господина Корелина будут и другие заботы помимо распространения своего влияния.
Девушка остановилась, высвободила руку и внимательно посмотрела на меня.
— Ты хочешь поставить на него? Не на нас?
— Анастасия Владимировна, — я улыбнулся чуть шире. — Я ставлю в первую очередь на себя. Винтеров всего трое, за нами никого нет, мы умеем только драться и страшно не любим, когда нам приходиться прислуживать, а не служить. Так что мне бы хотелось мирного будущего, где нас никто не трогает лишний раз.
Ну, тут я, конечно, немного кривил душой. Жить спокойно — хорошо, но что-то громкое время от времени совершать бы стоило. Сугубо ради поддержания репутации, чтобы помнили, кто такие Винтеры.
— И каким же ты видишь это самое будущее? И место Винтеров в нём?
— Я думаю, что в нём мы будем… полезными, — медленно произнёс я. — Многим. И чем более полезными мы будем, тем нам будет проще жить.
— Забавно, — Анастасия чуть склонила голову набок. — У вас нет стремления к власти, но вы готовы стать цепными псами этой самой власти.
— Потому что я знаю, что откусить нужно столько, сколько сможешь прожевать.
Рюрикович некоторое время молча смотрела на меня. И я не питал иллюзий, это было не просто разглядыванием — это было изучение.
— Хорошо, — кивнула девушка. — Возможно, это в самом деле выход… Но сначала — вы должны проявить себя.
— Убить ещё десяток ренегатов? Победить пару демонов? — насмешливо произнёс я.
— Нет, работа предстоит мелкая — хуже вышивания. Надо сделать всё аккуратно, без лишней крови и никого не убить в процессе.
— Я уж думала ты ему в любви признаться решила, — послышался насмешливый голос откуда-то сверху. — А оно вон как… Скучно.
Рюрикович натуральным образом подпрыгнула.
— Слезай уже, — вздохнул я.
С ближайшего дерева соскользнула тень, обернувшаяся Югай с книжкой в руке.
— Снова Стивенсон?
Анна подняла книгу чуть повыше, демонстрируя имя автора и название на обложке.
— «Конго», Киплинг? — прочитал я. — Потянуло на шпионские романы?
— Люблю приключения, — улыбнулась Анна.
— Подслушивать нехорошо, — шутливо погрозила пальцем Анастасия.
— Но зато очень интересно, не правда ли?
— Из тебя бы, кстати, вышел хороший шпион, — сказала Рюрикович. — Не хочешь примерить на себя такую роль?
— Кумихо считают лисами-оборотнями, хотя я не больше лиса, чем европейские оборотни волки или медведи, — Югай преувеличенно внимательно начала рассматривать ногти на руке, которые то и дело окутывало слабым сиянием, становясь похожими на кривые когти. — Но мне больше по душе кошки. Они гуляют сами по себе, ходят, где вздумается…
— Вот только сейчас ты подслушала довольно важные секреты, — тон Анастасии оставался шутливым, но вот её взгляд похолодел.
 
— Ой ли? — Анна удивлённо посмотрела на неё. — Но ведь, кажется, это были сугубо теоретические рассуждения?
Рюрикович усмехнулась.
— Ладно, остановимся на этом. Ты же не возражаешь, Конрад?
— Ни капельки.
— Но вообще-то я просто ждала, когда вы закончите, чтобы показать кое-что интересное. Идём!
Заинтригованные, мы с Анастасией последовали за кумихо, которая привела нас к одному из учебных корпусов. Выглянули из-за угла.
Зрелище оказалось… не самым интересным и тем более приятным.
Уже знакомая мне четвёрка миньонов принцессы Ольги окружили ту самую «святую» — Эглитис, и что-то выговаривали ей на повышенных тонах, периодически подкрепляя слова чувствительными тычками.
— Интересно, да? — не слишком приятно улыбнулась Югай.
— Не особо. Почему не вмешалась?
— А оно мне надо? — фыркнула кумихо. — «Мантикоры» жалят друг друга — с чего бы мне им мешать?
Ну… С одной стороны, она права…
— И чего они не поделили-то?
Девушки посмотрели на меня. И не знаю, как насчёт Рюрикович, но во взгляде Анны отчётливо читалось «ну что за идиот, помилуй Ормузд».
— Они из свиты принцессы Ольги, а Эглитис — фаворитка жениха принцессы, — объяснила Анастасия. — Я скорее удивлена, что они её не бьют. Возможно, даже ногами.
— Эта свита не больно-то любит свою госпожу… — поморщился я.
— Они не обязаны её любить, но ущерба чести королевства допускать просто не имеют права.
— Забавно, правда? — оживилась Анна. — Они восстанавливают честь, не пытаясь дать укорот мазовскому наследничку, который наставляет рога их госпоже с какой-то простолюдинкой, а решили поиздеваться над этой самой простолюдинкой. Как же это… аристократично.
— Кто сказал, что им этого не приказала их госпожа? — пожала плечами Рюрикович.
— Я сказал. Ольга бы так не поступила.
— Ого! — развеселилась Анастасия. — Да у нас тут любовный треугольник, оказывается!
— Любовный треугольник — занятная геометрическая фигура. В нём все углы — тупые, — сказал я. — Поэтому, не хочу иметь с такой геометрией ничего общего.
— Но ты столь рьяно защищаешь волынскую наследницу… — насмешливо прищурилась Рюрикович.
— Мы сражались бок о бок. Она показала себя храбрым и верным товарищем, так что наговаривать на неё я не буду. И тебе не позволю.
— Прости, прости! — префект примирительно подняла руки и чуть сильнее высунулась из-за угла. — Ого! Смотри, новые действующие лица.
Появилась вторая группа — четвёрка мазовцев во главе с Вышеславом, к которому немедленно бросилась Эглитис. Перепалка продолжилась, причём её тон лишь повысился.
В какой-то момент эфир дрогнул.
— О, а вот это уже перебор, — произнесла Анастасия, выходя из-за угла и взмахивая рукой. — Отмена.
Зародыши заклинаний погасли в руках «мантикор».
— Что тут происходит, господа и дамы?
Я на всякий случай последовал за ней, а вот Югай моментально испарилась.
— Ничего особенного… госпожа префект, — чуть помедлив, ответила Софья, смерив нас взглядом с ног до головы и слегка поморщившись. — Дела факультета.
— Именно, — выплюнул Вышеслав. — Так что решим их без твоей помощи.
— При помощи боевой магии? — приподняла бровь Рюрикович. — Увы, но тогда это перестаёт быть делами только вашего факультета.
— Ну, и что ты нам сделаешь, огненная? — ухмыльнулся мазовец. — Снимешь баллы? Погрозишь пальчиком?
— Как неуважительно, — поцокала языком Анастасия. — Наверное, мне стоит обсудить это… с Яном — мы как раз на днях собирались с ним выпить чашечку-другую чая.
Гедеминович мрачно посмотрел на неё.
Интересно, кто такой этот Ян? По идее, кто-то с Западного факультета, причём, тот, против кого Вышеслав пойти не рискнёт. Польский королевич? Очень может быть…