Предатель (СИ)

Вскинул «маузер», ловя её на мушку… Но тут на Батори с воплем налетела Ядвига, перекрывая мне обзор.
У девушки в руках были уже знакомые воздушный щит и копьё, которым она и попыталась ткнуть леди-протектора.
Кожу перчаток на руках Ольги прорезали выдвинувшиеся из ладоней стальные лезвия.
Удар воздушного копья она приняла на скрещенные клинки и сразу же ударила ногой, слегка разрывая дистанцию. Ядвига отскочила назад, махнула копьём на уровне пояса. Батори присела, пытаясь подсечь ноги, но девушка взмыла в воздух и метнула в неё щит.
Ольга отскочила в сторону, а там, где она стояла мгновение назад, появилась глубокая борозда.
Я крест-накрест рубанул «зенцами» и выпустил «воздушную волну». Батори впечатало в борт гусеничного БТРа, она на мгновение потеряла контроль. Я создал целую волну лезвий…
И обзор мне снова перекрыла Ядвига, опять кинувшаяся в ближний бой.
— В сторону! — рявкнул я.
Но куда там! Девушка оказалась полностью поглощена атакой и мой приказ то ли проигнорировала, то ли элементарно не услышала.
Воздушное копьё пробило броню в паре вершков от головы Ольги — увернуться та успела лишь в самый последний момент и ответила «воздушным кулаком». Ядвига приняла его на щит, но её всё равно протащило по земле.
Проклятье! Да откуда в ней столько энергии?!
Заклинание уже начало работать, но я не хотел прикончить их обеих, поэтому пришлось экстренно ломать чары и отводить энергию. Правую руку обожгло от раскалившихся браслетов и колец, которые поглощали магию, но этого было всё равно недостаточно, поэтому я направил поток энергии в землю.
Дорога под ногами встала на дыбы, как будто на глубине прогремел мощный взрыв.
Руку свело судорогой, и я непроизвольно выронил «маузер».
Батори схватила левой рукой за магическое копьё и ударила правой ногой в щит Ядвиги. Та отшатнулась, и леди-протектор немедленно раскрутила «мельницу» из лезвий, обрушивая град ударов.
Ладно, если эта дура мешает прикончить леди-протектора с дистанции, тоже пора переходить на ближний бой.
Рядом со мной лежало обгоревшее тело галицкого солдата.
Я присел около него на одно колено, окружил руку рубящей формацией и пробил ему грудь.
Из раны брызнула кровь, замершая в воздухе.
Я ухватил её и дёрнул на себя, превращая кровь в металл и создавая из него короткий меч алого цвета.
Ольга не давала своей противнице слишком уж разрывать дистанцию, где преимущество было бы за Ядвигой и её длинным копьём. Но и галичанка оказалась не лыком шита, превратив копьё в меч.
Приняла на щит удары лезвиями Батори, попыталась ткнуть своим клинком, но леди-протектор чуть отклонилось и воздушный меч лишь слегка резанул комбез.
И почти сразу Ядвига пропустила удар ногой под колено, завалившись вперёд. Ольга ударила одним клинком по щиту, а вторым попыталась ткнуть девушку в горло. Ядвига рухнула на бок и метнула в Батори щит, но та низко пригнулась, пропуская его над собой.
Галичанка ткнула мечом, превращая его в копьё. Ольга отбила его левой рукой и неожиданно снова резко присела, когда ей в затылок едва не врезался описавший дугу в воздухе воздушный щит.
Батори зашипела и ударила правым клинком, целясь в горло Ядвиги, но лезвие отскочило от небольшого щита.
Леди-протектор резко обернулась ко мне и отшибла выпущенное мной «дыхание дракона» в сторону.
Я ударил её своим «блутшвертом», она выставила блок и контратаковала вторым мечом.
Выставил левое предплечье, закрываясь от удара.
Торжествующее выражение на лице Ольги сменилось удивление, когда она услышала металлический лязг.
Не только у тебя часть плоти заменяет сталь, Кровавая Леди.
Я отбросил Батори от себя, комбинезон на груди леди-протектора рассекло. С острия выдвинувшегося из протеза моей левой руки клинка в дорожную пыль упала капля крови.
Ударил «воздушным кулаком», Ольга ответила тем же. Два заклинания разрушились друг об друга, от места столкновения во все стороны рванула ударная волна. Ветер бросил мне в лицо облако пыли, и я метнулся вперёд.
 
Мы обменялись с Ольгой градом ударов. Никогда не был особым мастером фехтования, но, как минимум, мои навыки были не хуже, чем у леди-протектора. Однако я был элементарно сильнее, поэтому Батори начала пятиться.
Размашистый удар «блутшвертом» сверху вниз, короткий тычок клинком левой руки. Укол в горло, блок направленного мне в живот удара.
— Вниз!
Я пригнулся и надо мной пролетел воздушный щит.
Батори приняла его на скрещённые клинки, её отбросило на пару шагов назад.
Ядвига пронеслась надо мной, поймала отскочивший щит и с воплем ударила копьём сверху вниз.
Однако Ольга не стала ни уворачиваться, ни блокировать удар, а лишь чуть довернулась и магическое оружие пробило её тело насквозь чуть ниже левой ключицы.
Но взамен она воткнула клинок прямо в грудь своего врага.
Я создал ударную линзу между ними, и противниц разбросало в разные стороны.
Поймал девушку правой рукой, но было уже поздно — Ядвига была мертва, клинок пробил её сердце.
Батори кувыркнулась в сторону, подхватывая в земли свой пистолет. Я же просто призвал свой «маузер» магией, и он прыгнул мне в руку.
В следующее мгновение мы с Ольгой держали друг друга на прицеле.
— Давно не виделись, Конрад Винтер, — улыбнулась леди-протектор, целясь в меня из «люгера». — Когда там была наша последняя встреча?..
— Сегодня, — сказал я, выпуская тело Ядвиги. — Наша последняя встреча — сегодня.
— Тогда — смотри, не промахнись. Ведь у тебя остался последний патрон в стволе твоего «маузера».
— В стволе твоего «люгера» тоже.
— О да, — улыбка Ольги стала шире. — Есть у нас всё-таки что-то общее… Мы оба знаем на что мы способны и на что способны наши враги.
Она сделала шаг в сторону, обходя меня против часовой стрелки. Я тоже сделал шаг в сторону. Оружия мы не опускали.
— Надеюсь, это единственное, что нас объединяет.
— Ты чего такой неприветливый, Конрад? — оскалилась Ольга. — Жизнь повстанца не радует, да? Тогда давай обратно — к нам, в Пакт, а? Скажи, тебе ведь нравилось? Нравилось же?
— Если захочу умереть — сделаю это как-нибудь иначе.
— Думаешь, не сможешь заслужить прощения алеманцев?
— Прощение нельзя заслужить, — сказал я. — Но его можно быть достойным.
— Не тому человеку ты это говоришь, Конрад, — улыбка Батори превратилась в оскал, а в её глазах поселился знакомый огонь безумия. — Совсем не тому. Заслужить я смогла всё — даже прощение. Но что мне с ним теперь делать?
— Например, прекратить быть Кровавой Леди Батори?
— И кем мне тогда быть? Ольгой Окаянной? Убийцей родичей, предательницей, узаконенным бастардом? Кем?! — леди-протектор стрельнула глазами чуть в сторону.
Мне повторять за ней нужды не было — я и так знал, что она посмотрела на лежащую на земле Ядвигу.
— Это она, да? — скривила губы Ольга. — Это вы неплохо придумали. Кто подсказал? Неужели остался кто-то из той шайки, что лизали ноги моей мачехе? Неужели я кого-то упустила? Вот же мерзавцы…
— Мы? — я продолжал диалог, продолжал тянуть время, чтобы накопить магии, которой остались сущие крохи.
— И вы, и они. Все! Глубоко копнули, нашли куда ударить — где ещё можно почувствовать боль… Ещё и внешность изменили, чтобы прям на меня в молодости была похожа. Так-то зачем переигрывать, а? Одного Дара бы хватило с лихвой.
— О чём ты?
— У меня не было второй сестры, а первая мертва и это совершенно точно, — сказала Ольга. — Но у меня был ребёнок. Воин Ветра — это мой Дар, дар моей матери, но не Романовичей. У моей дочери… или сына он мог быть. У дочери Матильды — никогда.
Понятия не имею, о чём говорит эта психопатка. Тем более, что ничего такого мы и не планировали. Ну или мне о таком ничего известно не было.
Безумие Батори усугубилось? Паранойя? Мания преследования? Теория заговоров? Очень может быть.
— Кто она? Кто это был, Конрад? Кого вы прислали, чтобы вывести меня из себя?!