Убить, чтобы остаться
- Ну, если хочешь, ищи его, а мне все ясно.
- Второе дно цилиндра, - промолвил Квист.
- Ты свихнулся? - изумился Харви. - О чем ты говоришь?
- Очень умный человек предупредил меня сегодня, чтобы я всегда помнил, что в цилиндре фокусника есть второе дно.
- Я сдаюсь! - воскликнул Харви. - Ты хочешь, чтобы я обо всем рассказал Кривичу?
- Разумеется, Дэниэл. С голливудской полицией он свяжется быстрее нас. А я попрошу Джонни покопаться в памяти и вспомнить, был ли на вечеринке Чиф.
В новом номере Джонни к телефону подошел сержант Квиллэн. Допрос Джонни еще не окончился. Квист попросил передать Сэндзу, что ждет его звонка.
- Мой друг Дэн Харви полагает, что может поделиться с лейтенантом любопытной информацией.
- Это может подождать? - спросил Квиллэн.
- Боюсь, что нет, - ответил Квист и, подозвав Харви, передал ему трубку, а сам вышел в лоджию и сел рядом с Лидией. Из гостиной доносился приглушенный голос Харви.
- Не впутывайся в это дело, Джулиан, - прервала молчание Лидия. Пожалуйста.
- Я не впутываюсь. Теперь первую скрипку играет Кривич.
- Но я тебя знаю. Если Дэн прав насчет этого маньяка, и твоя тень упадет на его тропу...
- Для маньяка я - невидимка.
- Нет! Завтра обо всем напишут газеты. Ты - доверенное лицо Джонни, его друг. Это ни для кого не секрет. Тебя видно невооруженным глазом.
- Пусть так. Зачем я этому подонку? Он хочет, чтобы Джонни начал платить, или жаждет его крови. А я не представляю для него никакого интереса.
- Он заинтересуется тобой, если ты и дальше будешь его искать.
Квист взглянул на красное зарево, разгоравшееся на востоке.
- Джонни - мой друг, - ответил он.
- Ты только притворяешься циником, - вздохнула Лидия, - а на самом деле ты - сентиментальный чудак.
- Ты бы вышла из игры, окажись я на месте Джонни?
***
Джонни позвонил, когда совсем рассвело.
- Ты, наверное, хочешь спросить меня о Чифе, - раздался в трубке его бесконечно усталый голос. - Кривич уже задал мне этот вопрос, спасибо Дэну, Ответа, дружище, у меня нет. Я слышал об этом типе и девице, что сгорела заживо.
- Он был на твоей вечеринке?
- Возможно. О боже, дружище, тогда чуть ли не все отращивали бороду и волосы. На той вечеринке я смог бы насчитать дюжину бородачей. Ты же знаешь, что такое Голливуд, Джулиан. В свое время меня тысячи людей называли Джонни, словно старого друга, хотя я видел их первый раз в жизни. Из ресторана "Чейзен" ко мне поехала целая толпа. Среди них мог быть и Чиф. Кого-то я знал по фамилии, других - в лицо. Возможно, он пришел с Беверли, а я подумал, что он приехал вместе со всеми. Как знать, может быть, я бы и вспомнил его, если б увидел. Но сейчас ответить тебе не могу.
- Попытайся заснуть, - посоветовал Квист.
- О господи, как мне хочется забыться, - голос Джонни дрогнул. Знаешь, Джулиан, я не могу в это поверить.
- Поверить во что?
- В смерть Эдди. Двадцать пять лет он был рядом со мной. У меня такое чувство, будто мне отрезали руку. Ты меня понимаешь?
- Думаю, что да. Постарайся заснуть, Джонни.
- Возможно, завтра я приеду к тебе.
- Мы еще поговорим об этом. Позвони, как встанешь.
- Обязательно. Спокойной ночи, дружище. На следующее утро, в среду, лейтенант Кривич вошел в кабинет Квиста в одиннадцать часов. Он выглядел куда свежее Квиста, хотя едва ли больше спал.
- Ознакомьтесь, - он положил на стол большой конверт из плотной бумаги. - Донесение голливудской полиции, переданное по телеграфу.
На поверку Чиф оказался прозаическим Дэвидом Харрисом.
- У него были трения с полицией, - пояснил Кривич. - Он жил с полдюжиной девиц и двумя парнями в какой-то коммуне. Их арестовали за нарушение границ поместья одного из голливудских продюсеров. Девица потом сгорела именно у него на вечеринке. Они подозревались в употреблении наркотиков, но это не подтвердилось. Две его "жены" отсидели небольшой срок за проституцию. Та, что сгорела живьем, убежала из богатой семьи, откуда-то со Среднего Запада. Ее, родители решили выдвинуть обвинение против Дэвида Харриса - развращение несовершеннолетних. Окружной прокурор подписал ордер на арест, но Харрис успел удрать. С тех пор о нем ни слуху ни духу. Полиция и ФБР все еще разыскивают его.
- Я вижу, он воевал, - нахмурившись, Квист просматривал донесение.
- Два года во Вьетнаме. Группа коммандос, награжден за храбрость в бою.
- Значит, его не испугает вид крови, - заметил Квист.
- И он не упадет в обморок, размозжив кому-то голову канделябром, добавил Кривич.
Квист бросил быстрый взгляд на лейтенанта.
- Вы приняли версию Дэна?
- Никакой другой у меня просто нет, - ответил Кривич. - Мы постараемся его найти. Харрис - единственный подозреваемый, - он достал из пачки сигарету, закурил. - Как по-вашему, что он предпримет?
- Он может преследовать две цели. Во-первых, убить всех, кто знал правду о смерти Беверли. Тогда Джонни - последний оставшийся в живых и, следовательно, его очередная жертва.
- Но это же нелогично, - возразил Кривич. - Эти люди не убивали девушку. Они перевезли ее тело после того, как она покончила с собой.
- Убийца - маньяк. Его действия лишены логики, - ответил Квист. - Но есть и другая возможность. Он может вновь шантажировать Джонни: "Ты кончишь так же, как остальные, если не будешь платить".
- Почему он ждал так долго, если нуждался в деньгах? Сэндз перестал платить два года тому назад, когда ушел со сцены.
- Он тратил полученные ранее двести тысяч. Теперь деньги кончились. Он знал, что спекулировать на карьере Джонни бесполезно - тот распрощается с эстрадой. Поэтому он решил запугать Сэндза.
Загудел интерком. Квист снял трубку. Конни Пармали сказала, что звонит Джонни Сэндз.
- Да, Джонни.
- Он принялся за свое, Джулиан, - Квист едва узнал искаженный голос Сэндза.
- Кто он, Джонни?
- Шантажист. Этот сукин сын хочет, чтобы я вновь стал платить.
- Подожди, Джонни. У меня Кривич. Я подключу усилитель. - Квист наклонился вперед и щелкнул переключателем. - Ты слышишь меня, Джонни?
- Конечно, слышу. Вы должны это прекратить, лейтенант.
- Как он связался с вами? - спросил Кривич.
- По телефону. Позвонил в "Бомонд", в мой номер.