Пять свадеб и Я (СИ)
А вот выяснить про Грекова ничего не удалось, как только решила устроить допрос Асюньке, ее вызвонил шеф. Вечером вернулась поздно и беспокоить подругу не стала, ладно, не в первый раз приходится ехать на переговоры за пределы МКАД, с меня не убудет.
В медпункт все же сходила, там мне обработали антисептиком ладони и даже перевязали. Ох и изменился в лице мой синеволосый шеф, когда вплыла в офис с бинтами на руках, в грязном костюме и с растрепанной головой.
— Уволить тебя давно пора, — но его действия противоречили словам, он вызвал водителя и отправил домой, чтоб к "важной встрече была комильфо". Я его не стала расстраивать, что Грекову уже успела нахамить, пусть завтра "сюрприз будет". Домой поехала, но только для того, чтоб переодеться. Предстояло забрать дорогущую посуду и отвезти ее на вечеринку, а потом проследить, чтоб все официанты были в голубом, такое пожелание заказчика, проверить аппаратуру, в общем, раньше полуночи домой не вернусь.
За этот день лицо моего шефа вытянулось во второй раз, уж не ожидала, что он вспомнит про эту голубую вечеринку и приедет ее контролировать, для него это был мелкий неинтересный заказ. Выслушала о том, где должна быть, и чтоб "двигала своими ходулями по адресу проживания", вот она — забота в действии. Пришлось подчиниться. Впервые за последние четыре года была дома раньше десяти вечера.
Утром прогулялась по парку, как бы спортом занимаюсь, хватило меня на пару проходок по аллее, а вокруг бегали люди разных возрастов и положений, и им это действительно нравилось. Посидела немного на лавке и понаблюдала за белкой, рыжая давно перестала бояться людей и нагло обследовала пакеты и кульки в руках у сидящих на скамейках.
Потом отправилась в итальянскую кондитерскую и выпила кофе с пиццей. После пришлось ехать в издательство и смотреть подготовленные статьи о деятельности нашего агентства, все устроило, и я согласовала проект. Забрала образцы туфель для очередного мероприятия и в одиннадцать появилась в офисе. Вот почему у всех моделей ножка-то совсем не мелкая? Туфли как постоянным клиентам оставят, но мне они не достанутся. Обидно.
Составляла обзор прессы, выискивая отзывы о вчерашнем мероприятии. Отзывы были, но в основном они сводились к одному определению — мило. Шеф терпеть не мог это слово, но если честно, вчерашнее мероприятие другого определения и недостойно. Дениса еще не было. Так что очередная реплика о моем увольнении откладывалась. Когда в семь часов большая часть сотрудников покинула офис, я удобно растянулась на диване в комнате отдыха, что над собой издеваться, за МКАД после полуночи рванем. Из царства Морфея меня выдернул шеф, точней его будильник, Денис спал на соседнем диванчике.
— Щас встану, — сам себе пообещал босс.
Тихо выбралась из комнаты отдыха. Пока обновляла макияж, кофе сварился, и я, обновленная, внесла спасительный напиток в комнату отдыха. Денис все еще обещал себе встать, аромат кофе ускорил этот процесс.
В полдвенадцатого выехали из офиса. "Сразу выгонит или нет?" — единственная мысль прыгала в моем мозгу. Нам пришлось ждать, хозяин еще не прибыл, но о нашем приезде он сообщил, так что нас усадили на диваны и окружили кофе и журналами. Я разглядывала гостиную, дом был идеальным, но это и угнетало, парочка игрушек или какой-нибудь снимок, может, и живей стало бы. Ожидание затянулось, за час пролистали все журналы, осмотрели все изыски отделки, и кофе уже не хотелось.
— А может, он забыл?
— Успокойтесь, шеф, если бы он забыл, нас сюда не пустили бы.
— Пойду, покурю на улице.
— Идите.
Как же хотелось спать, настало время моего энергетического спада, после двух часов ночи буду бодра, весела, а сейчас мозг начинал отключаться. Решила занять себя и стала прогуливаться по гостиной, но зацепиться было не за что, ничего, кроме роскоши. Я начала составлять план на утро, если отсюда выберусь. Шеф что-то долго курит, решил надымиться вусмерть? Наконец, Ден вернулся, курево нервозность не убрало.
— Мать моя женщина, — выдала я.
— Что это еще за реплики?
— Да так, вспомнила, что сегодня мне в шесть утра в Шереметьево вашего брата встречать. Может, сейчас поехать? Там же комнаты отдыха есть, хоть пару часов покемарю.
— А я здесь один останусь?
— По деловому этикету можно опоздать максимум минут на пять и то с извинениями, мы уже почти два часа ждем, это невежливо заставлять себя ждать еще и ночью. Давайте пойдем, оставим веселенькую записку с извинениями, мол, ждать больше не могли, спать хотца.
— А как мне хотца тебя уволить.
— Увольняйте, только кто ж с вами в третьем часу ночи будет сидеть и ждать непонятно чего?
— За твою зарплату? Многие захотят скоротать со мной ночку.
— Да уж, за четыре года прям очередь из желающих выстроилась, все никак выбрать не можем. Еще кофе?
— Да. Здесь грот есть, подсветка оригинально сделана.
— А я голову ломаю, сколько ж вы сигарет уничтожили, а вы владения дозором обходили. Покажете мне грот?
— Пошли, покажу, все равно делать нечего, а кофе после променада выпьем.
Плохая была идея. Я, как всегда, шла впереди шефа, и распахнувшаяся дверь со всей силы ударила по лицу. И какая сволочь придумала эти "перехватывающие" доводчики, фиксаж только у стены и при закрытии, а остальной путь дверного полотна — свободный полет. Искры из глаз — малоподходящее определение, скорей праздничный салют на Красной площади, только вместо "ура", хотелось кричать "мать, мать, мать". Две из трех встреч с Грековым обошлись травмами, что ж от меня останется после работы с ним.
Не, не буду с ним работать, общаться с ним будут Лиза и Денис, а я займусь другими заказами, мне жизнь дорога. Пока Греков и мой шеф бегали за холодным компрессом, наслаждалась щебетанием спутницы Павлина Надменного, щебетание сводилось к тому, что они могли еще находиться на вечеринке, а мы бы еще ждали и ждали. Пока паникеры искали составляющие для компресса, опять воспользовалась влажными салфетками, какая, оказывается, полезная вещь. Урон не такой страшный — немного крови, потекшая тушь, припухший нос, через несколько минут была в привычном виде. Так что компресс мне не пригодился, ну подумаешь, нос слегка красный, это не беда, хуже было, что Греков меня узнал, несмотря на распухший нос. Узнал, но промолчал.
В общих чертах — нам предстояло организовать празднование его тридцатипятилетия, это должно быть мегапафосное мероприятие на тысячу персон, и говорить о нем должны все глянцевые журналы и светские хроникеры. Ничего необычного, к нам с такими предложениями регулярно обращаются, разве что бюджет обычно меньше, а времени больше. Как и предполагала, разговор можно было провести в офисе, а не ночью за МКАД. Уже стало светать, а мой шеф все еще предлагал варианты. Тик-так, тик-так, мне-то уже пора уезжать, иначе Федька будет брошен в Шереметьево.
— Вы куда-то торопитесь? — раздраженно спросил Павлин, после моего очередного взгляда на часы.
— Да, в Шереметьево — самолеты встречать и пилотов, люблю их форму и физподготовку.
Греков поморщился, мой ответ его не порадовал. А чего он ожидал? Что в пять утра буду его лизать изо всех сил, нет, не дождется. В аэропорт нужно, и это важней всяких там павлинов ощипанных.
— Я вас подвезу, мне туда же.
Вот это в мои планы никак не входило, уже даже хотела отказаться от такой любезности, но кулак Дениса за спиной Грекова меня остановил. Пришлось принять предложение и выдавить из себя благодарственные слова и лучезарную улыбку.
Греков удалился, а Денис тут же оказался около меня.
— Ты что творишь?
— Не хочу с ним ехать.
— Поедешь и будешь любезна.
Поехала, любезность заключалась в том, что всю дорогу боролась со сном, а это было нелегко, тепло машины и мягкое сиденье разморили меня окончательно. Мы просто долетели до аэропорта, так быстро еще не добиралась или все же уснула.