Клан Дятлов 6 (СИ)
На арене мы тоже уже не торопились, крогоны с сокланами скрылись уже больше часа назад, и догнать мы их уже не сумеем. Пока я собирал остатки лута, Пофиг поджог ров с другой стороны арены, щедро разбросав огненные смерчи по еще не выгоревшему полю грибов, и даже зашвырнул пару огненных смерчей на трибуны, начиная пожар и там. Повеселившись в волю, мы выбрались с Арены через противоположные ворота, где почти сразу следы крогонов ушли в еще один узкий пролом в стене и нам пришлось разыграть, кому выпадет честь тащить нашего голема через камни и завалы открывшегося нам пути.
— Не переживай, Зёма, — я похлопал элементаля по плечу, — как только нога у Гоши заживет, я тебя сменю. И не благодари меня, это мой святой долг кланлида!
Глава 19
… обыскали мы тогда всю долину, но все бесполезно. Ты же помнишь, тогда от Армагеддона ее всю расплавило, покрыв стеклянной коркой. Мы подумали, что и ее в пепел превратило…
Я рассеяно махнул головой — долину меж гор, с пылающей пентаграммой, я помнил очень хорошо, как и желание Астарота закрыть ее к ангельской матери. У него, по-моему, от постоянного сквозняка из верхнего мира, радикулит разыгрался и любимый сад с сортовой коноплей померз.
Вот как раз с заказом закрыть ее, к клану Дятлов и обратился его первый помощник Вельзевул.
И квест-то плевый: работа пентаграммы была завязана на Остапа, нужны были всего лишь его душа и тело, чтобы ее закрыть. Вот его-то к пентаграмме и приказал притащить повелитель местной преисподней. В нее он и был послан моими соклановцами, с самыми подробными инструкциями по маршруту следования. После долгих споров, Вельзевул согласился только на тело, пообещав оставить Остапу его душу и жизнь в виде призрака — прислужника в каком-нибудь древнем замке. В этот раз Вельзевула вместе с его боссом послали не так далеко, ограничившись ближайшей выгребной ямой. После этого мои друзья всем кланом пару раз отправились на перерождение, сгорев в адском пламени, а на третий раз они вернулись вместе с пленным ангелом (это длинная отдельная история) и отгвиздили демона так, что на продолжение переговоров он вернулся только через месяц. Там-то они и договорились, что повелителю ада хватит для задуманного небольшой частички тела Остапа — уха там, или пары пальцев. Сокланы было уже вновь хотели послать Вельзевула подальше, но кое-что вспомнив, согласились. А вспомнили они про отрубленную в бою руку Остапа, бесхозно валяющуюся где-то на просторах вышеупомянутой долины. Вот ее-то долго и упорно искали сокланы, под коркой расплавившихся пород. Так бы и не нашли, если бы не вспомнили о местном Хранителе Силы, которому пентаграмма в центре его земель была как бельмо на глазу. Он с удовольствием указал нужное место сокланам, и буквально через пару часов обугленные остатки Остаповской конечности оказались в когтистых лапах Астарота.
— Ты бы видел, вот это было зрелище! Сначала вся долина раскалилась, чуть ли не до бела. Расплавленные породы потекли внутрь пентаграммы, а затем ее линии враз потухли и вместо провала в земле на дне долины образовалось лавовое озеро. Еще через пять минут пошел дождь. Ты когда-нибудь видел, как ливень испаряется, не достигнув земли? Незабываемое зрелище. Потоки воды, не долетая до земли десяток метров превращались в пар, поднимающийся опять вверх, а ты смотришь на это снизу и будто над тобой раскинулось волнующееся и неспокойное море, или это ты висишь над ним вверх ногами… Как дождь все же добрался до земли, мы не увидели: грохнуло там, наверное, знатно, но мы, к тому времени, уже были в приемной у Астарота, а затем и в его зале для приемов. Как ни странно, с наградой он не обманул. Получили мы тогда три сундука с самыми редкими ингредиентами для развития нашего домашнего кристалла роста.
— Так, а почему тогда у нас до сих пор телепортация своя не работает? Была же у него такая функция?
— Потому, что у нас он только девятого уровня и телепорт работает лишь в пределах города. Через весь континент чтобы летать, нужен двадцатый уровень, а те ингредиенты, что мы с демонов получили, нужны будут только после двадцать пятого. Так, что нам кристалл роста еще развивать и развивать…
Я кивнул магу, и съехав по насыпи мелких камней посветил вперед. Потом наоборот выключил свет. Так и есть, тоннель по которому мы топали последние два часа, начал расширяться и впереди забрезжил довольно яркий свет. Я зло чертыхнулся — это было уже третье подобное место на нашем пути: расширение пещеры, до упора забитое мелкоуровневыми монстрами. Но ругался я не из-за них, с ними мы как раз расправлялись довольно быстро, а вот сами залы доставляли нам много хлопот: приходилось их тщательно проверять на наличие отнорков, как на полу, так и на стенах и потолке, ведь крогонам было все равно где идти, они неплохо передвигались и по практически вертикальным стенам. Конечно, оставалась надежда, что дополнительный вес, в виде того же Добрыни, не даст им так свободно маневрировать, но так как мы остались без подсказок о передвижении вражеского отряда, приходилось глядеть в оба. Пока нам везло, дорога была одна, и мы продолжали идти по ней. Однако в этот раз все было по-другому. Пещера вывела нас наружу. Привыкшие к полутьме глаза заломило от яркого голубого неба и белоснежных облаков, застывших на нем в полном безветрии. Еле видимая тропа вела от нашей пещеры в небольшую долину, окруженную горами и заросшую редкими деревьями, а у противоположной скалы, что возносилась ввысь в полукилометре от нас, были видны обширные развалины.
— Что-то здесь не так, — произнес Пофиг, — мы много часов спускаемся вниз. Мы минимум в километре под поверхностью земли, а если судить по карте, мы приближаемся к самому центру кряжа. Откуда здесь взялась эта долина?
— Надо дронов запустить, посмотреть, что тут и как. У тебя «Глаза в Глаза» умение есть? Давай, тогда запускай своего Карыча в облет долины, ищи выход, а я на развалины посмотрю.
Я активировал умение «Глаза в Глаза» и посмотрел на мир очами своего пета. Черт, ладно изображение черно-белое, но почему картинка такая размытая? Из-за слишком маленького дятлячьего мозга или от его хронического косоглазия? А может от постоянного долбления твердых предметов, у него зрение расфокусировалось? Не понятно. Но другого нет, будем пользоваться тем, что есть.
— Давай Зигзаг, пока и у меня глаза косить не стали, пулей вверх, а затем вон к тем развалинам, осмотримся на предмет разных неожиданностей.
Я свободен, словно птица в небесах, я свободен…
Неожиданностей долго ждать не пришлось. Зигзаг свечой взмыл вверх, после чего перед глазами резко потемнело и связь с микромозгом пета прервалась. Я как раз успел проморгаться, когда рядом с нами упала его тушка со свернутой шеей и начала медленно таять. Я посмотрел на небо. Оно шло кругами, будто это было отражение в воде, и кто-то кинул в нее птицу со свернутой шеей. Потом в месте удара кусочек неба зашатался и со звоном упал вниз, ударился о камни, разлетелся на осколки острой шрапнелью. Я, поморщившись, вытащил один из осколков из щеки.
Циркон. Вес 4 грамма.
Огромный голубой кристалл, от которого он откололся, был в пару тысяч раз больше, если таким по кумполу схлопотать, мигом на перерождение отправишься. Я еще раз посмотрел наверх. Тонны, десятки тонн циркона устилали свод пещеры. На сколько я помню, циркон к драгоценным камням не относился и светиться в темноте не мог. Видимо, под слоем светло-голубых кристаллов находился источник света, превращающий их в залитый солнечными лучами небосвод. Там, где россыпь циркона заканчивалась, начинался обычный камень, создающий идеальную иллюзию возносящихся к небесам гор.
— Ладно, Гоша, надеюсь в твоей черепашьей голове мозгов побольше, и они еще не протухли, лети наверх, только смотри о небосвод не стукнись, разведай развалины свысока, нам бы переночевать надо и лучше это сделать не под открытым циркониевым небом.
— Думаешь в пещере не все равно, под крышей ты или нет, — спросил меня Пофиг, несмотря на облачность, дождя тут не намечается.