Собрать по кусочкам. Книга для тех, кто запутался, устал, перегорел

Каждому из нас знакомо ощущение, что мы сбились пути – с жизненного пути. Оно настигает нас рано или поздно. Мы много лет проработали на одном месте, пробыли в отношениях с одним человеком, прожили в одном городе – и вдруг понимаем, что все какое-то… неправильное. Что именно неправильно и как это получилось, для нас, как и для Данте, остается в тумане. Но вот настает затишье – мы наконец-то отправили детей в школу, или подняли голову от рабочего стола и обнаружили, что все уже разошлись по домам, или едва опомнились после безобразного скандала с человеком, которого считали любовью всей жизни, – и мы смотрим в пустоту и думаем: «Чем я занимаюсь? Что это за место? Как меня угораздило сюда попасть? Все должно было быть не так!» В таком состоянии ко мне обычно и обращаются.
Мне бессчетное множество раз приходилось проводить первые сессии с клиентами, которые настолько огорошены собственной неудовлетворенностью, что не могут даже подыскать для нее подходящие слова. Они, запинаясь, признаются: «Знать бы, какая у меня цель в жизни», «Все говорят, надо жить страстями, а какая страсть у меня? Понятия не имею», «Я думал, что много работать и обеспечивать семью – это правильно, но теперь в душе пусто».
У многих таких людей уже клиническая депрессия или соматические болезни. Но в основном они просто заблудились.
Самая частая причина подобных чувств – когда занимаешься тем, «что положено».
Мы учимся у культуры, как полагается вести себя хорошему человеку, и так себя и ведем. За это мы ждем обещанных наград – счастья, здоровья, процветания, настоящей любви, непоколебимой самооценки. Но задачка не сходится. Мы делаем все, что можем, чтобы быть хорошими, но не чувствуем себя хорошо. В растерянности мы делаем вывод, что мало стараемся или делаем что-то не так. Но чем сильнее мы напрягаемся, чтобы найти путь к хорошему самочувствию, тем хуже себя чувствуем.
Я работала со многими клиентами, которые зашли в сумрачный лес так далеко, что уже ничего другого не помнили. К тому времени, когда они пришли ко мне, они уже окончательно перестали понимать, где находятся. Джим, врач, которому было настолько отвратительно прикасаться к людям, что пришлось закрыть практику. Эвелин, редактор журнала, которая дома читала запоем, а на работе была не в состоянии осмыслить коротенький абзац. Фрэн, любящая мать четверых детей, которая до того часто забывала о школьных мероприятиях и днях рождения, куда приглашали ее детей, что семья жила, словно загнанный табун лошадей, – издерганная и нервная. Никто из них не был душевнобольным – просто заблудился в туманной полумгле.
Я узнаю этот угрюмый ландшафт. Более того, я его хорошо знаю. Я бывала в этом сумрачном лесу столько раз, что могла бы уже открыть там где-нибудь киоск с хот-догами. С детства моя жизнь строилась по одному главному закону: «Делай все, что угодно, лишь бы заслужить одобрение». Я выросла в семье ревностных мормонов, соблюдала все до единого запреты и предписания своей религии и изо всех сил старалась в школе. Потом я поехала в Гарвард, где культура отличалась от моей привычной примерно так же, как где-нибудь на Плутоне.
Я умела убедить всякого, с кем разговаривала, что полностью с ним согласна, и дома изображала мормонскую праведницу, а в школе – рациональную атеистку.
Это была великолепная стратегия, ведь она обеспечивала одобрение со всех сторон, с одной оговоркой: в результате меня парализовало. Физически. В преклонном возрасте восемнадцати лет у меня начались загадочные мучительные боли в мягких тканях всего тела. Я была не в состоянии сосредоточиться. Начала объедаться. Чувствовала, что жизнь выходит из-под контроля, что я сломлена и вот-вот шагну за грань самоубийства. Мне пришлось взять академический отпуск в школе, чтобы хоть как-то совладать с полным физическим и эмоциональным распадом.
А так я была просто солнышко, конечно.
Когда я вспоминаю собственный опыт и истории великого множества моих клиентов, меня переполняет благодарность за все наши недомогания, смятение и отчаяние. Эти чувства означали, что наша внутренняя навигационная система прекрасно работает и подает нам ясный и очевидный сигнал: «СЮДА НЕЛЬЗЯ!» Мы сбились с пути цельности, хотя намерения у нас были самые благие. Результатом стали сердечные и телесные страдания – и тут уж у нас не осталось выхода, пришлось обратить внимание на эту проблему и что-то с этим делать. Синдром сумрачного леса 
 
Наверняка и в вашей жизни бывали моменты, когда вы сходили с предначертанного пути. Поначалу вызванные этим страдания были совсем легкими, и вы их даже не замечали. Но нельзя забредать бесконечно далеко от цельности: чем дальше уходишь в неверном направлении, тем хуже становится. В конце концов, если не скорректировать курс, появятся характерные симптомы. Возможно, у вас они тоже когда-то были. Вероятно, есть и сейчас.
Совокупность таких симптомов я называю «синдромом сумрачного леса». Это опять же не плохо и не хорошо. Так наши инстинкты подталкивают нас обратно к цельности, только и всего. Это истина приходит освободить нас. Что совсем необязательно весело и интересно. Остаток первой главы я посвящу описанию симптомов этого синдрома. Читайте и проверяйте, нет ли их у вас.
Симптом сумрачного леса № 1. Бесцельность
Когда клиенты объясняют мне, зачем нанимают меня в качестве коуча, они чаще всего говорят, что утратили чувство цели в жизни. По-настоящему хотят умереть лишь единицы, но очень многие признаются, что не видят особого смысла жить. «И возненавидел я жизнь, потому что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем; ибо все – суета и томление духа!», как сокрушался библейский Екклесиаст. Иными словами: «Жить трудно, мы все равно умрем, так какого черта?!» Без искреннего ощущения смысла и цели очень трудно убедить себя, что тяготы повседневного человеческого бытия стоят свеч.
Большинство из нас, представителей современной западной культуры, считают, что мы можем обрести чувство цели и смысла, если чего-то достигнем. Только вот чего именно? Это зависит от того, что считают «ценным» окружающие.
Моя работа – словно наблюдение за парадом всего того, что требуют «ценить» разные культуры. Это весьма пестрое зрелище. У меня когда-то была клиентка, которая считала, что осмысленная жизнь – это когда ты постоянно подаешь на всех в суд и всюду таскаешь на себе килограммы бриллиантов, даже когда выносишь мусор. Другой клиент был так же искренне убежден, что осмысленная жизнь возможна только в хижине безо всяких удобств, где вместо туалетной бумаги лопухи. Одни считают целью в жизни офис с окнами на две стороны. Другие стремятся стать кинозвездами, спасать джунгли, снимать вирусные видеоролики о своих хомячках.
Любое из этих занятий вполне может соответствовать вашей истинной цели в жизни. Если это так, то вы ощущаете мощную внутреннюю тягу к этому конкретному пути. Все, что приходится предпринимать для этого, несказанно увлекает вас и приносит чувство глубокого удовлетворения, и в результате у вас это прекрасно получается. Но если вы чем-то занимаетесь только потому, что кто-то считает это «осмысленным», готовьтесь угодить в густой туман. Вас ждут позорнейшие неудачи. Вы не сможете ладить с людьми. Не найдете сил взобраться по лестнице успеха, да что там – даже голову помыть.
Вероятно, вы сейчас думаете: «Еще бы мне не было так паршиво – ведь мне никогда не достается то, что я хочу!»
Если так, желаю вам познакомиться с теми моими клиентами, которые достигли вершин идеального успеха в представлении нашего общества лишь для того, чтобы понять, по выражению одной женщины, что «там нет никакого там: я думала, что найду место в мире, где мне будет хорошо, и вот я нашла это место – и не нашла там ничего, что сделало бы меня счастливой. Все оказалось зря».
– Ну получил я олимпийское золото, – жаловался мне один клиент. – А когда спускался с пьедестала, у меня была только одна мысль: «А теперь мне что делать?» Это было ужасно, просто кошмарно. Я словно умер. В жизни не чувствовал себя хуже.