Собрать по кусочкам. Книга для тех, кто запутался, устал, перегорел

Шаг четвертый
Если все-таки солжете, не бросайте начатое. Простите себя. А потом снова дайте себе слово не лгать, пока намеченный период не закончится. Правда и ее последствия 
Чем дольше вы будете выполнять предыдущее упражнение и Жить Без Вранья, тем чаще станете ловить себя на оценочных суждениях. Бывает ли, что вы лжете, потому что молчите, или совершаете поступки, которые кажутся вам неправильными, хотя вслух ничего не говорите? Какие истины вы должны произнести во весь голос, чтобы почувствовать, что ведете себя целиком и полностью честно? Когда это нужно сделать? Никто, кроме вас, не может ответить на эти вопросы, все зависит только от вас и вашего внутреннего учителя. Говорите и делайте все, что дает ощущение гармонии в вашем теле, разуме, сердце и душе. Вы поймете, что это истина, когда почувствуете, что все со всем совпало с приятным щелчком.
В мой первый Год Без Вранья, когда все становилось страшнее и страннее с каждым часом, я постоянно задавалась вопросом, как быть честной и при этом не порушить свою жизнь и жизнь всех, кого я люблю. Я продолжала выступать в защиту ученых, обвиняемых в ереси, и начала объединять усилия с теми, кто пережил сексуальное насилие (хотя свою собственную историю я долго держала при себе). Мы с подругой выступили перед мормонскими властями с докладом о том, что в мормонской среде, судя по рассказам студенток, очень распространено сексуальное насилие над детьми. Вместе с другой подругой мы написали статью о «травме святилища» – о двойной травме, которую получали мормонские девочки, девушки и женщины, когда жаловались церковным властям на абьюз, а те отказывали им в помощи и защищали насильников.
Легко представить себе, что моя родная культура не встретила подобные поступки с распростертыми объятиями. Хорошо хоть не открыли шквальный огонь. Нас с коллегами вызывали на ковер к разнообразным деканам, строго предостерегали против попыток оспорить церковные доктрины и запрещали даже предполагать, будто в мормонских общинах распространено сексуальное насилие. Мне начали поступать угрозы: кто-то подсунул под дверь кабинета записку, где меня называли «антихристом», кто-то позвонил и, не представившись, сообщил, что «Господь меня покарает».
В конце концов я поняла, что оставаться мормонкой для меня тоже ложь. Чтобы официально выйти из церкви, я написала соответствующим должностным лицам письмо с просьбой вычеркнуть мое имя из церковных записей.
Дело в том, что для мормонов самый страшный грех на свете – единственный непростительный грех – это отход от религии. Считается, что это хуже убийства. Хладнокровные серийные убийцы имеют шанс получить отпущение грехов и, следовательно, место на небесах, но отступники будут извергнуты «во тьму внешнюю», обреченные вечно дрейфовать в космосе в полнейшем одиночестве.
Веру в это вдалбливают крошечным детям, как только они научатся говорить. Те немногие друзья, которые еще остались у меня в Прово[7], бледнели и начинали плакать, когда я сообщала им, что отошла от церкви, будто я сказала им, что у меня смертельная болезнь.
– Не делай этого, – умоляла меня, рыдая, одна подруга. – Пусть лучше они сами тебя отлучат. Тогда ты не будешь ни в чем виновата.
Я обняла ее и сказала, что, во-первых, я совершенно точно во всем виновата, ведь это был мой выбор, а во-вторых, последствия моих поступков меня вполне устраивают, потому что, хотя моя культура твердила, что мне одна дорога во тьму внешнюю, все внутри меня говорило прямо противоположное: я двигалась к внутреннему свету. Я чувствовала, как что-то внутри меня аккуратно зашивают и залечивают, словно рану. У меня возникло непривычное и восхитительно прекрасное чувство, что я возношусь.
Безусловно, тропа впереди – то немногое, что я могла различить, – была непроходимо крутой. Непреодолимой. Не важно. Впервые, сколько я себя помнила, я чувствовала, что все внутри меня взаимосвязано, гармонично – истинно. Если дорога станет такой трудной, что я не смогу ни идти, ни ползти, придется расправить крылья.
 
Глава десятая
Назад дороги нет 
Если вы провели почти всю жизнь среди людей, которые не могут или не хотят приветствовать выражение вашей подлинной натуры, решение участвовать в Марафоне Без Вранья, в принципе, может вызвать у вас такое ощущение внутреннего покоя и расслабленности, каких вы еще не знали.
А может быть, вы будете перепуганы до полусмерти.
Скорее всего, второе.
Радикальная правда раскачивает множество лодок, поэтому окружающие, вероятно, плохо реагируют на ваш отказ от вранья. Это не слишком приятно, но, безусловно, хороший знак. Если вы и правда перестали лгать, и на словах, и на деле, сопротивление окружающих – это нередко признак, что вы на верном пути.
Вероятно, ваше новое поведение так раздражает людей вокруг вас, поскольку ставит под сомнение их собственное потакание культуре. Иначе говоря, все они лгут из вежливости или по обязанности, чтобы сохранить свое место среди прочих, поэтому ваше стремление к цельности, вероятно, позволяет вам выражать все то, что они в себе подавляют. Культуры строятся на консенсусе: если все согласны друг с другом, на систему не оказывается никакого давления. Любое проявление несогласия – скажем, мальчик, который кричит, что король-то голый, – способно обрушить весь социальный порядок. Те, кто хочет, чтобы их культура оставалась прежней (помните, все мы в результате социализации приучены этого хотеть), нередко реагируют на честность тем, что пытаются затолкать вас обратно в ваш ад, где вы предаете и бросаете на произвол судьбы самих себя. И толкают они сильно.
После окончания Марафона Без Вранья наступает время выбора. Либо возвращайтесь туда, где все как раньше, либо примите решение и дальше жить в соответствии с собственной истиной, даже если остальные этого не одобряют. Если выберете цельность, ваш марафон без вранья продлится в будущее. Вы не побываете в царстве цельности как турист, а примете ее как свой основной жизненный путь. Откажетесь от представлений, которые вносят раскол между вами и вашей натурой, и начнете вести себя иначе – в соответствии со своей глубинной истиной. Для этого вам потребуется мастерство социального ниндзя. Как начать вести себя по-новому и справиться с сопротивлением окружающих 
Помните первые шесть кругов ада, где люди не понимали, за что туда попали? В «Божественной комедии» души на нижних уступах чистилища прорабатывают соответствующие ошибки. Они изменяют ошибочное поведение, вызванное давлением извне, которого они не понимают и не могут контролировать. Данте называет это «дурная любовь». Она возникает, когда у человека благие намерения, но он заблуждается. Например, когда мы становимся приверженцами людей и идей, не соответствующих нашей внутренней истине.
Когда мы решаем отказаться ото всей «дурной любви» и следовать лишь за цельностью, наша жизнь может измениться коренным образом – и очень быстро. Изнутри это несказанно приятно. Но снаружи на нас иногда оказывают мощное давление. Если просто говорить правду – значит тревожить культуру, можете представить себе, что бывает, когда начинаешь действовать цельно. Перестаешь смеяться над грубыми шутками коллег. Начинаешь постить в соцсетях такое, что шокирует родных и близких. Того и гляди превратишься в какую-нибудь Розу Паркс и откажешься уступать место в автобусе белому человеку!
Кто-то будет восхищаться вашими поступками. Кто-то, нередко самые близкие и родные, – нет. Более того, если вы раньше подвергались политическим или расовым притеснениям, вы, вероятно, столкнетесь с яростным сопротивлением. Эта глава призвана помочь вам преодолеть любые препятствия на пути к цельности. Для этого нужно стать мастером ментальных боевых искусств, способным задействовать энергию сопротивления себе на пользу. Это будет самый героический подвиг в вашей жизни. И, подобно подавляющему большинству героических подвигов, он начнется с сильнейшего нежелания всем этим заниматься. Ностальгия по знакомому несчастью