Если ты (не) ведьма. Я тебя (не) люблю (СИ)
Целитель никак это все не комментировал, он просто проверил состояние и радостно покивав тут же оказался рядом со мной, протягивая восстанавливающий настой. Судя по всему, он прекрасно понял, что целительской магией меня не вылечить.
— Спасибо, — сказала я, все еще находясь на руках у Кира.
Тот опять только кивнул и отошел.
Вэйн ли Хайрмор уже начал странно на нас с Киром посматривать, из-за чего мне стало неуютно.
— Может отпустишь меня? — тихо спросила я.
— С чего это вдруг? Я тебе противен, не нужен? Жалеешь, что правда раскрылась? — холодно сказал он, проследив за моим взглядом.
— Что? — оторопела я от его слов.
— Понятно, — кинул Кир, ставя меня на ноги и быстрым шагом уходя в лес, не давая мне и шанса все объяснить.
— Что это с ним? Ты в порядке? — удивленно спросил Барсик, уже жующий какую-то булку, не понятно откуда взятую.
— Все нормально, я сама виновата в том, что так поступила и врала ему, — тяжело вздохнула я, провожая взглядом направление, в котором исчез барс.
— Амина? Я Вэйн ли Хайрмор, и я бы хотел выразить глубочайшую благодарность за спасение одного из нас, — протянул мне руку мой биологический отец.
Я была слишком уставшей, чтобы думать еще и об этом, поэтому просто пожала его руку и кивнула. Больше всего мне не хотелось, чтобы ко мне сейчас приставали с какими-то вопросами, поэтому я была благодарна, когда меня отвели в дом, накормили бутербродами с чаем и показали, где можно лечь спать. Завтра нам предстояло вернуться обратно в Авим, и я очень надеялась, что получиться поговорить с Киром.
— Он ведь меня простит? — спросила я у Барсика, засыпая.
— Конечно простит, он же твой истинный, — заверил меня он, а я начала проваливаться в сон.
То, чего я не видела, так это того, что, отвечая мне на вопрос, фамильяр укоризненно смотрел на Кирэна, который только что вошел в дверь, как раз вернувшись из леса.
16. Не Авим.
Я стояла на высокой скале смотря как за горизонт садиться кроваво красное солнце. Осознавать, что время пришло было очень страшно. Впервые в чертогах своей души я была одна и на этот раз мне предстояло либо победить, либо потерять себя.
Не знаю почему в нашем мире так мало об этом говорят, на мой взгляд об этом должен знать каждый, тогда возможно не было бы столько жаждущих получить огромную силу. Как когда-то говорила моя бабушка, чем больше сила, тем сильнее должна быть воля и самоотверженнее сердце. Тогда я не совсем понимала эти слова, принимая их за чистую монету того, что чем больше сила, тем больше ответственность, но несколько лет назад, когда я окончательно начала скрывать мою силу и не позволять ей развиваться, я на самом деле поняла, что же имела в веду бабушка.
В тот день я была на последнем курсе академии и особо занятия не посещала, так как многое сдавала экстерном. Тем не менее я всё равно успела завести пару друзей, ну и без «врагов» не обошлось. Та девушка невзлюбила меня с самого начала, как узнала о моем существовании, мне в принципе было все равно, но только до тех пор, пока она не решила опорочить мое имя перед преподавателями и ректором. Ловко расставленную ловушку я не заметила и можно сказать со всего размаха в нее залетела.
Все выглядело так, как будто я столкнула одного первогодку с лестницы, якобы позавидовав его происхождению, как это было преподнесено с ее стороны. Вначале я не особо волновалась, так как знала, что я не виновата, но, как и оказалось, «свидетели» были липовыми и поддержали вовсе не меня. Я получила незаслуженное наказание и впервые за свою жизнь затаила настоящую обиду.
Встретив через пару дней совершенно случайно ее одну, вечером в темном переулке недалеко от общежития я испугалась сама себя. Во мне загорелась какая-то неутолимая жажда навредить, на которую несмотря на мое нежелание, реагировала моя магия. Я стояла пытаясь успокоиться, совершенно забыв о том, что она может меня увидеть. Так и получилось, стоило ей открыть рот, подлив масла в огонь, как я не удержала свою силу. Если бы не ректор, который был старым другом мамы, то возможно в тот день я бы убила человека. Он меня остановил, сказав, что я должна быть очень осторожна с тем, кому я покажу свою силу и как буду ее использовать.
Сама мысль о том, что я на такое способна, заставила меня закрыться, спрятаться и убежать как можно быстрее от моей настоящей силы. Именно с того момента я начала скрываться, носить блокираторы и находить оправдания тому, зачем я это делаю. Время шло, терзающие меня мысли так полностью и не уходили, что и вылилось в эти так мной называемые сны.
Из-за постоянно сдерживаемой магии, которая не находила выхода, я во сне проваливалась в так называемые чертоги души. Выглядело это место очень неприятно и нагоняло на меня страх, так как я, так и не справилась со страхом перед своей силой.
Аминель сняла с меня печать и освободила мою силу из-под всех блокировок и теперь я стою на скале, внутри себя и пытаюсь успокоить трясущиеся руки, так как только что осознала, что я должна превратить это место в чистый, яркий источник, но как это сделать не имела ни малейшего понятия.
— Отпусти себя…
— Тут ты никому не навредишь…
— Это место — это ты…
— Измени себя, изменишь и мир вокруг себя…
Отовсюду доносился разноголосый шепот, а я поняла, что он был тут всегда, но я никогда его не слышала. Я не слушала о том, что мне говорило мое же собственное подсознание.
— Какая же я слабая… Я только и делала, что убегала… Я так больше не хочу… Я так больше не буду! — сказала я сама себе, роняя на выжженную землю непрошенную слезу.
Знаете, что такое чудо? Это когда в полной непроглядной темноте появляться лучик надежды и света, который чаще всего мы же сами и создаем, даже не осознавая этого. В том месте, куда только что упала моя слеза, образовался маленький клочок зеленой травы с маленьким, ярко желтым цветочком посередине.
Я стояла, не веря своим глазам и глупо улыбаясь, внутри зародилась пусть не уверенная, но такая нужная мне надежда. Пора было просыпаться, но я отчетливо осознала, что это был первый раз, когда я уходила из этого места не с болью и горечью.
Глаза открывались с трудом, было ощущение, что вчера меня переехали трактором, а потом еще разок в обратную сторону.
Барсик сидел у меня на груди и недовольно мотал хвостом.
— Ну на конец-то, сколько можно спать! — возмущенно сказал он.
— Что-то случилось? — спросила я, так как для фамильяра это было крайне странное поведение.
— Случилось, Кирэна и Вэйна срочно вызвали в столицу.
— Ну, так, наверное, что-то произошло, ты то, чего злишься? — не поняла я возмущения Барсика.
— Я чего злюсь? Ах, да точно, наверное, потому, что нас тут заперли на месяц!
— Чего? Это еще почему?
— Потому, что мы провинились и нас в качестве наказания, вместе с еще парочкой адептов и под присмотром Рианы, оставили на сезон сбора трав, которые мы должны будем привезти в Авим.
— Что же, это логично, мы действительно виноваты, — сказала я, в душе испытывая самую настоящую горечь от того, что Кир даже не попрощался, не говоря уже о том, чтобы поговорить.
— Ты в порядке? — спросил Барсик, прекрасно меня изучив за эти года.
— Да, буду, не переживай. Надеюсь, Мелер присмотрит за магазином.
— Да забудь ты про свой магазин, как мы тут жить будем, тут же есть нечего!
Я усмехнулась, вот это было больше похоже на моего вредного кота.
Решив не нагнетать все раньше времени и потратить его с пользой для себя, например разобраться со своей силой, я поднялась и пошла на поиски кухни, так как на этот раз голодной была я, в отличии от усатой морды, которая, судя по всему, уже поела.
— С добрым утром, — сказала Риана, как-то странно и очень внимательно на меня смотря.
— Доброе, — кивнула я, решив не обращать внимание, захочет — скажет.
— Я так понимаю, ты уже знаешь, что мы остаемся здесь на ближайшие три недели? — спросила она, ставя передо мной на стол горячую кашу и явно дикий мед.