Кровавое шоу
Час был поздний. Полный перечень событий все трое уже знали и теперь пережевывали факты в который раз, чтобы уложить их в какую-то приемлемую схему, но и схемы не получалось.
— Начнем с ночи убийства Княжина, — сказал Сорин. — По показаниям спаниеля Джины в ночь этой гибели к Акиму Княжину с визитом поднималась наша Илия Казанская, что она сама признала по телефону. Кроме того, хозяйка Джины утверждает, что приходили парни из «Мятежников».
Он сразу почувствовал, что в его словах есть какая-то неточность, какой-то незначительный прокол, но сосредоточиться на этой мысли не успел. Штраус проговорил быстро:
— По заявлению Надежды Казанской, Княжина убили Корецкая со своим телохранителем Крикуном! Значит, она что-то видела в квартире Княжина, чтобы сделать такое заявление! Она прокричала это на весь зал, Корецкая при этом чуть в обморок не упала от страха, а Крикун, по-моему, схватил Надю за горло.
— Ты забыл, — остановил Штрауса Володин. — В час смерти Княжина Корецкая со своей бригадой была на гастролях в Самаре. И увидеть их Казанская могла во второй свой визит к Княжину, скорее всего это так и было. Когда она себе пельмени готовить собиралась. А в первый— отведала сливочного торта и ушла.
— Тут еще один нюанс, — заметил Сорин. — Тащить с собой на убийство истеричную, как ты говоришь, певицу — это уже глупость из глупостей. Убивали Княжина несколько человек, это утверждает и Седов со своей аппаратурой экспертизы. Давали наркотик, инсценировали выстрел, переносили в кровать. Убивали профессионалы, это ясно и слепому.
— Телохранитель Крикун отпадает, — заметил Штраус.
— Почему?
— Он типичный охранник. Ни образования, ни специальности, с юношеских лет качал мышцы и больше ничего не умеет. Ну, еще, конечно, гомосексуализм, но это сейчас за грех не считается.
— У Крикуна и Корецкой алиби! — обрезал Володин. — Мы топчемся на месте.
— Да не совсем с этими алиби все в порядке, — неуверенно пробормотал Штраус.
— Как это не совсем?
— Пока я болтался на теплоходе, вот еще что узнал. У таких не очень популярных групп, когда их еще плохо знают в провинции, есть группы-дублеры. Выезжает якобы группа Корецкой, с ее афишами, программой, а поет на сцене девчонка, на нее похожая. Поет под фонограмму, и оркестр в дудки для вида дует. И если в Самаре вместо Корецкой играла такая группа…
— А зачем это им? — спросил Сорин.
— Да денег же ради, Всеволод Иванович! — удивился Штраус. — Зал-то не сразу разберет, кто там поет! Подберет себе похожего близнеца, а голос через все эти установки — ее!
— Не выстраивается картина, — с сожалением сказал Сорин. — Получается, Крикун в первую ночь убил Княжина, а на вторую полез в квартиру… Допустим, что-то искать? Уж больно много надо отваги, и это непрофессионально.
— А он и не профессионал, — осторожно заметил Штраус. — Мог проверить, что наблюдения за квартирой нет, и полез. Полезла же Казанская за своей кассетой, как она сказала.
— Мотив убийства? — раздраженно оборвал Сорин, чувствуя, что у него болит голова; промелькнула какая-то мысль, но зацепиться он не успел, а лишь отложил в памяти веху — «сливочный торт».
— Мотивов может быть миллион! — смело заявил Штраус. — Дела в сфере шоу-бизнеса такие запутанные и многогранные, что там дюжина чертей ноги переломают. Все в одной куче — большие деньги, популярность, красивая жизнь и секс, наркотики, что угодно! Это если внучек любимую бабушку зарежет, все ясно: попятил у бабульки ценную иконку шестнадцатого века. А в шоу-бизнес втянуты десятки разных структур. К примеру, знакомая вам банкир Тамара Артакована, в быту царица Тамара, часто спонсирует молодые таланты из глубинки, не имея с этого дела ни хрена прибыли. А депутат Госдумы Локтева-Дворецкая пользуется в эстрадных кругах такой поддержкой, что они ее собираются выдвигать в президенты! Честное слово!
— Кто, ты сказал? — вскинулся Сорин. — Повтори!
— Локтева-Дворецкая.
В памяти Сорина возникла элегантная дама, сидевшая вот в этом казенном кабинете и сбрасывающая пепел сигареты в баночку из-под пива. Баночка стояла на месте.
Штраус выхватил свою записную книжку, словно пистолет.
— Светлана Дмитриевна Локтева-Дворецкая, депутат Госдумы, член попечительского совета студии грамзаписи «Граммофон XXI век». Муж — Локтев Владимир, имеет крупное туристическое агентство «Тур Вселенная»… По не крепко проверенным данным, этот Иван Локтев моложе жены лет на пять, пропойца и круглый дурак. Всеми делами фирмы вертит жена. Чего ей официально нельзя как депутату.
Володин сказал негромко, внятно и раздельно:
— Плевать на дурака мужа. Мама Локтевой — Дворецкая Анна Николаевна, живет тремя этажами ниже убитого Княжина. В том же доме. Вот что интересно!
— Именно. И сама Светлана Дмитриевна воспитывалась на коленках Княжина! Приехали. Или мы устали до отупения или глупы от рождения, — безнадежно сказал Сорин. — Вот вам и сливочный торт.
Верные коллеги вытаращили глаза, и Володин переспросил:
— А при чем тут торт?
— При том, что Казанская Надя его съела, — ответил Сорин, понимая, что говорит полнейшую ерунду, не связанную ни с чем.
— Ну, съела и съела! — обидчиво вспыхнул Володин. — Голодная была! Она торт съела, а ее сейчас, быть может, рыбы едят!
— Нет, — скупо засмеялся Сорин. — Я не верю, чтоб она утонула. Не из тех она, по моим представлениям, чтоб ее можно было так просто утопить. Виталий, ты считаешь ее погибшей?
— Нет.
— Трупа нет, считать погибшей нельзя, — качнул головой Володин.
— Закончим на сегодня, — сказал Сорин и потянулся к телефонной трубке, надеясь поймать машину до дома. — Мы сейчас мешаем друг другу. Общая мозговая атака хороша, когда есть большой объем информации. Мы сбиваем друг друга с мысли. Подумаем каждый за себя.
Машина, как ни странно, нашлась. Но за квартал до своего дома Сорин решил, что надо немного пройтись пешком.
Он вылез на тротуар и последние триста метров по Тверской-Ямской прошагал по тротуару, хотя бы десятую часть необходимого моциона он совершил.
И только когда поднимался по темной лестнице на свой этаж, увязал наконец воедино этот «сливочный торт» со всеми событиями. Он вдруг понял, что Светлана Дмитриевна Локтева-Дворецкая обманула или могла его обмануть элементарнейшим до бесстыдства образом! С чего это он решил, что письмо матушки, переданное ему Локтевой, написано Анной Николаевной? Письмо, отпечатанное на машинке, с закорючкой подписи?
Он остановился на площадке перед своей квартирой и задумался.
Анна Николаевна составляла в больнице завещание, а заодно и это письмо. Повинуясь, по словам дочери, чувству гражданского долга. Она что же, в больнице потребовала пишущую машинку? Держала ее у себя на коленях и печатала? Или все было заготовлено дома, еще до отправки в больницу? Не проверено элементарное предположение — письмо попросту «липа». С какой целью? Навести подозрение следствия на «Мятежников»? Они, конечно, ребята лихие, напористые, молодые да здоровые, им (всем ансамблем) инсценировать убийство Княжина сил хватит. Но кого в таком случае пыталась отвести от удара Локтева-Дворецкая? Кого-то третьего? Или сама себя? А тут еще под ногами болтается Илия-Надя.
Сорин отпер двери и вошел в квартиру. По тишине в доме было ясно, что жена опять ускакала нянчить внуков, и так будет все лето.
Он взглянул на часы. Почти одиннадцать. Звонить домой пожилому человеку в такое время неприлично, но он все равно не удержится, лучше звонить сейчас, чем через час.
Трубку сняли сразу, мужской голос произнес спокойно:
— Круглосуточное дежурство туристического агентства «Тур Вселенная».
— Я не совсем про тур по Вселенной, — слегка потерялся Сорин. — Мне бы хозяйку квартиры Анну Николаевну.
— Я могу ей передать все, что вы прикажете. Записываю.
— Мне нужна она лично.
— Информация Анне Николаевне передается.
— Куда?
— В место ее пребывания.