Коммандер (СИ)
Становилось ветрено. Хмурые свинцово-серые тучи огромными клочьями неслись по небу. Несколько раз приступал дождь, но, пощелкав по молодой листве косыми крупными каплями, вскоре прекращался. Лес поредел, и вскоре передо мною открылось холмистое поле с разбросанными по нему деревьями. Теперь, чтобы поставить зарубку на очередном дереве, приходилось идти к нему специально, а не ставить их походя.
Местность стала неровной - поднимаясь на очередной холм, с него я уже видел следующий, на который только предстоит взойти. Идти становилось все тяжелее. На равнине нет корней деревьев, зато полно старой, сухой травы, а это еще хуже. Как жаль, что сюда нельзя приехать на лошади…
Не все звери сходили с ума в Мертвых землях. Несколько раз из-под ног у меня взлетали куропатки, пару раз видел зайца, а в небе кружили ястребы. А растениям тут вообще раздолье! Дубы и вязы чередуются с зарослями орешника и тиса, на открытых пространствах бодро зеленеет молодая трава. Хаос - хаотичен. Непонятно, как он отбирает свои жертвы. Можно было бы подумать, что хуже всего тут приходится более умным и развитым, ведь чтобы свести с ума – надо чтобы у пациента был бы какой-то разум. Но – нет, все работает немного по-другому. Безумие может поразить и растения, и самых примитивных животных. Я видел в таких местах горизонтальный лес – огромные дубы росли горизонтально, опираясь на землю ветвями. Помнится, мне пришлось его обходить – продраться там было почти невозможно. Видел шары из дождевых червей – они вылезали из земли и буквально на глазах собирались в жуткую сферу размером с футбольный мяч. Видел птицу, с размаха влетевшую в землю. Встречал и вовсе невообразимые вещи. В общем, создания с отсутствием интеллекта тоже поражаются этой дрянью, но, в целом, чем разумнее существо, тем скорее оно сходит с ума. Те же лошади, в среднем, выдерживают полдня, потом сбрасывают с себя всадников и с диким ржанием уносятся куда-то. Впрочем, редкий всадник выдержит тут полдня, без защитного амулета обычно хватает и пары часов…
И, в то же время – есть люди, которые могут находиться тут более-менее постоянно, без каких либо последствий. Ну, как люди – человек. Я так могу. Больше никто. Насколько я знаю, никто.
Второй день подходил к концу. Дважды пришлось пересекать ручей, причем, кажется, один и тот же. Чтобы не мочить ноги, я в одном случае, не пожалев времени, свалил тесаком небольшое дерево, перекинув его через ручей, а в другом - шел вдоль ручья, пока не нашел запруду из валежника. Воспользовавшись случаем, набрал воды в деревянную походную баклажку. В тихо струящимся потоке отразилось мое лицо – худощавый «молодой господин», со впалыми щеками, острым, чуть крючковатым носом и колючими серыми глазами, заросший в походе неопрятной жидкой бороденкой. Надо будет сбрить этот позор немедленно, как вернемся в город!
Кинув пару пригоршней ледяной воды в лицо, пригладив взъерошенные, мышиного цвета волосы, я поспешил дальше вперед.
Все это несколько сбило меня с курса, так что я решил поднажать и не останавливаться на обед. Поисковик уверенно давал направление на юго-запад, и это вселяло надежду на успех. И вот, поднявшись на один из холмов, я вдруг увидел впереди гигантскую котловину – воронку от титанического заклинания, примененного два тысячелетия назад в грандиозной битве с силами хаоса. Возможно, оно и сделало эти земли мертвыми. Судя по показаниям амулета, искомые развалины я найду где-то в центре этой лощины.
Остановившись на краю низины, я решил заночевать здесь. В сумерках все равно ничего не найду, да и сил уже нет.
Утро выдалось ветреным, и неожиданно солнечным. Золотые лучи осветили кроны гигантских вязов, шумевших молодой листвой, спустились ниже, и, наконец-то, здесь стало тепло. В такие минуты начинаешь хорошо понимать местных, чья религия – поклонение Свету. Очень не хотелось оставлять залитый солнцем склон и спускаться в темный и сырой распадок, но выбора не было. Вздохнув, я начал карабкаться вниз, цепляясь за пучки прошлогодней, сухой травы и кусты.
В низине еще клубился утренний туман. Огромные изувеченные дубы выплывали из него одно за другим, как призраки того ужаса, что творился здесь когда-то. Вскоре мне стали попадаться деревья, растущие корнями вверх – характерный признак отравления скверной хаоситов. Дальше виднелись топи, заросшие камышом. Лезть в болото не хотелось, но еще меньше я желал бы обходить его стороной, ведь это могло бы занять неделю. Вырубив тесаком жердь, я повесил на нее сапоги и двинулся вперед.
Идти было тяжело. Песок под ногами сменялся то на скользкую глину, то на черный, вонючий ил, то темно-коричневый торф. Но, на самом деле, все это тоже терпимо. Главное, найти сухое место для ночлега.
Болото все не кончалось. Не окажется ли, что артефакт затоплен где-нибудь на дне? Вот это будет совсем скверно!
День клонился к вечеру, когда я, наконец-то, вышел на твердую землю.
Заросшая травой и кустарником равнина, невдалеке – группа холмов. Амулет недвусмысленно вел меня туда.
Надев сухие сапоги и воткнув жердь вертикально, чтобы быстрее найти место, где вышел на берег, я зашагал вперед. Должно быть уже близко. Скоро перспективы моей миссии станут ясны.
И тут я наткнулся на них.
---------------------------------------
* - рютта - примерно 4,5 метра
** - ландмиля - около 7,5 км.
Главы 3-4
Глава 3
Это были останки людей, погибших, наверное, несколько лет назад. Один, безголовый, лежал на боку рядом со своим черепом, в глазнице которого застрял кинжал. Другой поодаль – с разрубленным плечом, так что голова и рука валялись отдельно. Еще подальше третий, – изрублен просто в хлам, отсутствуют рука и обе ноги, тело разрублено, ребра раскрошены, череп тоже неизвестно где. В общем, картина жуткая, даже через несколько лет после убийства. Лежали они, видимо, в том порядке, как их застигла смерть – ведь тут нет ни медведей, ни волков, растащить кости просто некому.
Одежда убитых более-менее сохранилась – не настолько, чтобы снять ее и натянуть на себя, но достаточно, чтобы понять – это были отнють не вилланы. Один из них, тот, что лежал на боку, носил прекрасный пластинчатый доспех, покрытый серебром и медью. Ему-то и зарядили в глаз кинжалом – и правильно сделали, проткнуть такой доспех нереально. А потом, как будто пять дюймов стали в мозгах убийцам показалось мало, еще и голову отрубили!
Я попытался достать клинок, но он прочно застрял в глазнице, пришлось сначала расшатать его в черепе. Да, судя по слою ржавчины на кинжале, произошло все 2-3 года назад. Кинжал работы мастеров из Флиссингена, но это ни о чем особенно не говорит – их продают по всей Империи и в королевствах. Неплохой металл, пригодится. Жалко, ножен нет.
Я окинул взглядом поле с мертвецами, еле заметными в траве. Интересно. То, что заходить сюда опасно - да что там опасно – это просто верная смерть! - известно давно и повсеместно. Что привело сюда этих людей? Как они смогли зайти в Мертвые земли так далеко? Они должны были погибнуть намного раньше, не пройдя и трех лиг по этим пропитанным безумием лесам.… И что вообще они тут делали – решили умереть в мучениях?
Так-так-так. Если они зашли сюда так глубоко, у них должны быть защитные амулеты. Обычно их носят на шее, реже - в виде браслета, совсем редко - перстня. И это - редкие и дорогие штуки. И очень маленькие. Все, как я люблю.
Я обошел вокруг поле, на котором лежали скелеты. Внимательнее осмотрел каждого из мертвецов. Ничего похожего на амулеты не обнаруживается. Нет и кошельков с деньгами, и обычных для воинов украшений – ни золотых цепей, ни украшенных поясов. Поясов, кстати нет вообще – и это странно. На поясе носят и кошелек, и кинжал, и меч, и он же – основное украшение. И, главное - ничего похожего на оружие, которым их искромсали. Тут должен быть большой меч или топор – не кинжалом же изрубили того бедолагу без ноги!