Волшебство любви
- Что случилось, Энн? - услышала она совсем рядом знакомый голос.
Энн повернула залитое слезами лицо и увидела сидящего рядом с ней Брайана. Он пододвинулся поближе и положил руку на плечо девушки.
- Так что же все-таки случилось, Энн?
- Ничего. Я вспомнила о Елизавете и об Эссексе, и мне стало так жалко Елизавету!..
Брайан понимающе кивнул и потер подбородок.
- Очень жаль, да, безусловно, очень жаль Елизавету. - Он достал носовой платок и протянул его Энн. - Вот, возьми и, пожалуйста, прекрати жалеть... Елизавету.
- Почему? - Энн смяла в кулаке платок.
- Почему? Да потому что ее не за что жалеть. Энн ничего не поняла, но предпочла согласиться и перевести разговор на другую тему.
- А где Фиона?
- Там, внизу. - Брайан небрежно махнул рукой.
- Но это же невежливо оставлять ее так долго одну!
Энн поднялась. Брайан окинул ее долгим взглядом и остался сидеть.
- Идем же, Брайан! - нетерпеливо позвала Энн.
Он медленно, нехотя встал и не оглядываясь пошел вниз.
Вскоре они увидели Фиону, сидящую в тени орехового дерева. Она встретила их безмятежной улыбкой.
- Здесь удивительно живописные места, - Фиона закрыла альбом и погладила Брайана по щеке, - я совсем не жалею, что приехала. А вам здесь нравится?
Вопрос, по всей видимости, был адресован Энн. Та неопределенно кивнула.
- Можно посмотреть? - Энн вопросительно взглянула на альбом.
Фиона с явной неохотой протянула его девушке.
- Здесь только наброски, а я не очень люблю показывать незаконченную работу.
- Это иллюстрации к какой-нибудь книге? - полюбопытствовала Энн, листая страницы.
Фиона промолчала и взглянула на Брайана, в мрачной сосредоточенности разглядывающего ствол дерева.
- А ты не хочешь посмотреть? Он отрицательно покачал головой.
- Ты раньше любил смотреть на то, что я сделала. - Фиона натянуто улыбнулась. - Ладно, спросим Энн. Вам нравятся мои творения?
Энн секунду помедлила с ответом. Насколько она могла судить, Фиона была очень талантлива. Рисунки были сделаны мастерски, точной, уверенной рукой, но вызывали какое-то странное неподдающееся объяснению чувство напряженности и тревоги. На них были изображены сцены из средневековья - битвы, турниры, охота. Энн даже удалось узнать Сатис, но не сегодняшний, заброшенный и жалкий, а тот, каким он, вероятно, был лет четыреста назад. Над крышей развевался штандарт хозяев, по двору сновала многочисленная прислуга, пышно одетые кавалеры и дамы любезничали в богато отделанных залах.
Д - Вы не хотите осмотреть дом? - Фиона поднялась со своего крошечного стульчика и забрала альбом.
- Нет, там нет абсолютно ничего интересного, - сказал Брайан.
- Вот как? - Фиона отломила от куста шиповника ветку, обильно усыпанную белыми цветами, и стала засовывать ее за пояс платья.
- Вы поранились! - вскричала Энн, увидев струящуюся по кисти Фионы кровь.
Брайан привычно сунул руку в карман, вспомнил, что отдал платок Энн, вздохнул и подошел к Фионе.
- Ты не хочешь отпустить это растение? Фиона подняла на него глаза, легко встряхнула рукой, улыбнулась и, достав тончайший платочек, протянула его Брайану.
- Перевяжи, пожалуйста.
- Думаю, Энн сделает это лучше. Он передал платок Энн и отошел в сторону. Во время перевязки Фиона жалобно посмотрела на Энн и, убедившись, что Брайан не может ее услышать, зашептала:
- Я страшно виновата перед вами, но эта , странная статья... - Она глубоко вздохнула. - Надеюсь, за это время ничего дурного не произошло?
Энн вспомнила странные происшествия с тормозами и с лодкой. Рассказать о них Фионе означало признать ее правоту по поводу злого рока первых леди Кестелл. Нет, лучше промолчу, решила она, в конце концов, может быть, это простая случайность.
- Нет, Энн, - Фиона пытливо всмотрелась в лицо девушки, - с вами определенно что-то произошло. Ну же, рассказывайте!
Энн мысленно прокляла себя за неумение скрывать мысли. К счастью, к ним подошел Брайан, и она могла не отвечать.
- Если не возражаешь, мы с Энн вернемся в Эйвонкасл.
Фиона понимающе закивала.
- Конечно-конечно, я прекрасно понимаю, что нас не должны видеть вместе. Ну ничего, дети мои, потерпеть осталось недолго. Совсем, совсем недолго, и все встанет на свои места.
Брайан молчал.
- Ну не злись, пожалуйста, - промурлыкала Фиона. - Я все это придумала и осознаю свою вину, но ничего не поделаешь, я - художница, а художники, как известно, люди странные.
Она легко, совершено по-детски вздохнула и попыталась взъерошить ему волосы. Брайан осторожно отвел ее руку. Фиона рассмеялась.
- Все, все, Брайан, я вижу, что ты держишься из последних сил, но тем, сладостнее будет награда! Я исчезаю. - Она сделала прощальный жест рукой и исчезла в зарослях непонятного происхождения, скорее всего это были остатки шпалер.
Энн посмотрела ей вслед. Ни один листик не шевельнулся, словно это была не женщина, а видение. Тоже мне эльф, сердито подумала Энн, которой уже порядком надоели и очаровательные ужимки Фионы, и ее непрерывное приставание к Брайану.
- Не хочешь сходить в гости к Мэб? - прервал ее размышления Брайан.
- А у нее есть дом? - удивилась Энн. Ей почему-то было трудно представить Мэб, живущей в обычном доме. Хижина, пещера казались более подходящим жильем для этого оригинального создания.
- Есть, и очень неплохой, он достался ей в наследство от родителей. Я там был когда-то и могу сказать, что выглядел он вполне прилично.
- А это далеко отсюда? - спросила Энн, надеясь, что добираться им придется долго.
- Минут двадцать пешком.
Они поднялись на холм. Энн еще раз взглянула на Сатис, и ей показалось, что в одном из окон мелькнуло голубое платье Фионы.
- По-моему, там Фиона. - Она указала на окно.
- Не думаю. Ей там совершенно нечего делать. Энн еще раз посмотрела туда теперь она уже совершенно четко видела Фиону на балконе между увитых диким виноградом колонн. Фиона некоторое время постояла, опершись на балюстраду, а потом исчезла в глубине дома.
- Энн, - Брайан легко дотронулся до локтя девушки, - кажется, мы собирались к Мэб.
- Да, конечно.
Она оторвалась от своих наблюдений и начала спускаться по узкой тропинке. Внезапно вылетевшая откуда-то огромная птица заставила девушку резко отпрянуть назад. Энн натолкнулась на Брайана и замерла. Он обхватил рукой талию девушки и крепко прижал к себе Энн боялась пошевелиться. У нее закружилась голова, глаза затуманились, бешено застучало в висках, дыхание участилось. С Брайаном, похоже, происходило то же самое. Энн слышала, как гулко и часто бьется его сердце, как напрягается и притягивает ее все теснее и теснее его рука.
- Держи ее крепче, Бран! - раздался откуда-то сверху старческий голос.
- Мэб? - Брайан отпустил руку и огляделся. - Где ты?
- Я здесь, Бран, помоги мне спуститься отсюда.
- Ну, Мэб, - Брайан схватился за ветку дуба, - такого я даже от тебя не ожидал! Сиди там и не двигайся!
Он полез на дерево, из листвы которого выглядывала Мэб, сидевшая на ветке у самой кроны Когда он добрался до нее, Мэб крепко ухватилась за его шею, и они начали спускаться.
- Как тебя угораздило забраться туда? - спросил Брайан, оказавшись на земле и с видимым облегчением расставаясь со своей ношей.
- Пришлось, Бран. - Мэб устало прислонилась к стволу дерева и сняла с плеча мешок.
- Да ты вся дрожишь! - Брайан с сочувствием посмотрел на старушку.
- Вы плохо себя чувствуете? - Энн подошла к Мэб и взяла ее за руку, чтобы посчитать пульс.
Та недовольно вырвала руку и что-то проворчала. Выглядела Мэб действительно неважно - была бледна и дрожала как осиновый лист.
- Наверное, у нее лихорадка, - тихо сказала Энн Брайану.
- Да нет, скорее старушку что-то сильно напугало. Какой-то мифический враг. Ты только посмотри на нее.
Мэб продолжала что-то бессвязно бормотать, иногда прерываясь, чтобы воздеть крепко сжатые кулачки, погрозить ими и топнуть ногой. Сверкающие глаза и раздутые гневом ноздри довершали картину.