Желаете вступить в войну? (СИ)

Дальше нам оставалось лишь наблюдать. Отдав монстру приказ первым делом уничтожить технику, я вызвал неподалёку от лагеря замок и наш отряд, а следом и Лион с отрядом Вриду, укрылись в его стенах до конца битвы.
Граф, увидевший воочию силу Флюгегехаймена, остался под очень глубоким впечатлением и сообщил, что виденные им записи боя под Лаграшем выглядели не столь впечатляюще. Всё же мутные образы не передавали даже половины той лёгкости, с которой монстр кромсал своих жертв на куски. Что до впечатлительной Астиль, то она и вовсе предпочитала не выглядывать наружу.
Застигнутые врасплох и быстро лишившиеся техники люды не смогли дать даже видимости отпора. Небольшая кучка самых отчаянных, поняв, что с монстром им не сладить, попыталась взять штурмом замок, однако без поддержки гексаподов эта затея была обречена на провал.
В итоге, я даже не успел выпить до конца свою большую кружку чая, как судьба лагеря была окончательно решена. Как и в прошлый раз, я не дал Флюгу гоняться за теми, кто решил сбежать с поля боя. Мне были выгодны эти беглецы, ведь они уносили с поля боя не только свою жизнь, но и семена страха, которые будут распространять среди собратьев. Страха перед Богиней и её апостолом, несущим смерть. В этом деле главное было не переборщить и не отпускать слишком многих. Ну и держать в уме, что некоторые из них могут вернуться ради попытки отомстить.
Дальнейшие дни превратились в довольно однообразную рутину. По крайней мере для гоблинов точно. Так как столь вкусную и ценную добычу как металл от Ходунов упускать было нельзя, гоблины большую часть времени проводили за мародё… перевозкой и сортировкой добычи, стараясь притащить к специальному складу, который я был вынужден приделать к строению, как можно больше металла, пока дайсы не подкинут следующие удачные координаты.
Сам я, тем временем, выкопал себе подвал для тренировок, в котором проводил относительно большое количество времени. Зрелище падающего пепла во время устроенной Флюгом резни, навело меня на парочку мыслей, которые могли бы помочь создать заклинание «радара». Я по прежнему опирался на магию земли в качестве основы для него, однако принципиально сменил подход к вопросу.
Попытки ощутить вибрации грунта, которые я не оставлял надежды засечь всё то время, что мы стояли у поместья виконта, я полностью отбросил. По всей вероятности, пока что это был не мой уровень. Однако пепел подсказал мне новую концепцию. Создавая с помощью Эрмита немного магии ветра, я начал учиться подбрасывать в воздух мелкий песок, пытаясь найти баланс между размерами песчинок и возможностью их ясно ощущать. Малый размер был важен для незаметности заклинания, но слишком мелкие песчинки становилось очень трудно ощутить, особенно ближе к краю зоны действия магии земли.
Поиски нужного размера, попытки понять как правильно создавать песок, чтобы его раздувало потоками ветра и поднимало в воздух, как часто его надо обновлять, сколько песка вообще нужно создавать за раз — все эти вопросы отнимали огромное количество времени и усилий, так как воплотить задумку оказалось очень непросто.
Первые несколько дней у меня получалась лишь дурацкая и бесполезная пылевая буря, которая годилась разве что в качестве замены дымовой завесы. Тоже вещь в хозяйстве полезная, но из-за моей возможности просто закапываться под землю для тактического отступления, не особо нужная.
Увы, ни Горт, ни Лионеллиан помочь чем-либо мне в этих тренировках не могли. Но в этот раз я, по крайней мере, был действительно на верном пути. Песок можно было ощутить магическим восприятием и любой объект, оказавшийся в радиусе действия, создавал в этом ощущении незаполненную пустоту. Сам метод, с точки зрения концепции, был полностью рабочим. Оставалось отладить его до состояния, в котором его можно было применять, но с этим пока имелись крупные проблемы. За неделю тренировок мне удалось лишь научиться более-менее распределять песчаное облако по зоне действия, но размеры песчинок и их количество всё ещё были далеки от желаемого.
 
Через графа Вриду, тем временем, регулярно приходили сводки с фронта. После нашей атаки люды сразу же зашевелились и начали активно маневрировать. Вот только поначалу, как говорил граф, тельварская разведка не видела за этими манёврами какой-то конкретной цели. Я предполагал, что люды сразу отправят силы к уничтоженному лагерю, чтобы устранить угрозу в виде меня, однако шли дни, но никаких новостей по этому поводу так и не приходило.
Ситуация изменилась лишь сегодня, на седьмой день нашего пребывания в лагере. И изменилась весьма неприятно. Я как раз закончил тренировку, когда в подвал спустился встревоженный граф и поведал мне свежие новости. Вриду сообщили, что два дня назад, после очередных манёвров, большое количество фиарнийских подразделений встало на марш и сегодня стало ясно, что они разделились условно на две большие группы.
Поначалу разведка сочла это очередным непонятным перемещением войск, которым фиарнийцы занимались в последнее время и даже потеряли из-за этого пару хороших стратегических позиций, однако прошли сутки, подходили к завершению вторые, а люды продолжали маршировать, постепенно выделившись в две чёткие группы. Одна группа, ориентировочно, направлялась в нашу сторону. А вторая… Судя по всему, двигалась в сторону Карушской крепости и Лаграша. И, по поступившей информации, эта группа находилась под непосредственным руководством той самой Райды, который меня пытался напугать пленный капитан людов.
После этих новостей я понял, что жестоко просчитался. Мои действия, направленные на то, чтобы напугать людов и заставить их ослабить напор на границы Браллака, привели к абсолютно противоположному эффекту. И, что хуже всего, имелась немалая вероятность того, что вражеский генерал могла нацелиться не на Карушскую крепость, а на Лаграш, чтобы, воспользовавшись моим отсутствием, завершить то, что не удалось её войскам в прошлый раз.
Мы должны были срочно возвращаться, однако дайсы всю эту неделю, не считая первых дней отката умения, подкидывали совершенно ненужный результат. И, если он и сейчас окажется бесполезным, нам придётся броситься на перехват врага своим ходом. Успеем ли мы их догнать в подобных условиях, пусть даже имея козырь в виде сменных ящеров? Я сильно сомневался. Если только Рандом не смилостивится над нами и не подбросит нужные координаты в пути, позволив его сократить.
Стоя в подвале посреди слоя осевшего песка, я лихорадочно размышлял над сложившейся ситуацией. Чем раньше мы снимемся с места, тем больше шансов прибыть более-менее вовремя. Но сейчас уже вечер. Гонки со временем по ночной дороге? Звучит как что-то весьма неблагоразумное. Хотя… У Лионеллиан есть магия света, а я могу подсобить молниями в небе. Как-никак, а осветить путь сможем. Хорошо. Если не получится телепортироваться в нужном направлении, мы сразу же снимемся с места.
— Граф, срочно собирайте всех, — сообщил я о своём решении Вриду. — Мы выступаем немедленно, тем или иным способом.
— Да, Владыка, — кивнул гоблин и, не задавая лишних вопросов, покинул подвал, чтобы передать мой приказ дальше по цепочке.
Так как работавшие на разборе Ходунов гоблины не могли вернуться мгновенно, я не стал спешить следом за ним, а сделал глубокий вдох и попытался успокоиться, собирая мысли в кучку.
— Не переживай так-кве, — попытался приободрить меня Эрмит, помахивая страницей. — Город ты немного укрепил, рядом стоит войско графа-кве. Какое-то время они продержатся-кве.
— Вот именно, что лишь немного, — вздохнул я. — Но ты прав, Лаграш сейчас уже не так беззащитен как прежде.
Хотя пингвин здраво напомнил о необходимости сохранять трезвость ума, сделать это было не так просто. В конце концов, нервы у меня были самые обычные, человеческие. Но я старался утешать себя мыслью, что Райде плевать на наш захолустный городишко и движется она в сторону крепости, чтобы отыграться за прошлое отступление.
Покинув подвал, я уничтожил помещение и восстановил основание замка до прежнего состояния, иначе при следующей установке здания из Хранилища могли возникнуть неприятные проблемы. После чего прошёл в столовую, плеснул в кружку немного чая для успокоения нервов и принялся ждать возвращения отряда.