Хозяйка Кервельского замка, или Сказка для больших девочек №3 (СИ)

Люк тут же потащил меня ужинать, и вообще носился со мной, как курица с яйцом. Это было и трогательно, и неловко, и, если честно, слегка раздражало. Наконец он это почувствовал и перестал «кудахтать», за что я была ему бесконечно благодарна.
Мы сидели в парке под большим дубом, когда нас нашел Миркус.
— Мел, даже не знаю, как тебе сказать, — начал он, усаживаясь рядом, — но я только что имел преинтереснейший разговор с маменькой.
Я насмешливо покосилась на него, не поднимая головы с плеча Люка.
— Она опять накрыла тебя в самый пикантный момент?!
Брат скорчил мне гримасу.
— Я последовал твоему примеру с задвижкой. Маман не в восторге, но не это стало предметом нашего разговора, вернее, не только это. Наша общая родительница расспрашивала о тебе, — он поиграл бровями.
Вот это номер! Я села прямо и потеребила принца.
— И что ее интересовало? — настороженно спросила я.
Миркус развел руками.
— Все. Чем ты занималась в детстве, какие книги читала, во что мы играли. Ты не поверишь, но она спрашивала о тебе, как о совершенно незнакомом человеке, — недоуменно произнес он.
— Почему же не поверю, еще как поверю, — рассеянно ответила я, размышляя о странном поведении матери.
Брат взглянул на меня.
— Я, конечно, в курсе, что являюсь центром ее вселенной, но, что она настолько не знает тебя, я и представить не мог. В частности, она была совершенно уверена, что сегодняшнее твое исчезновение направлено непосредственно против нее, чтобы напоследок отомстить за все предыдущие годы. Я заверил, что тебе бы такое и в голову не пришло. Мои слова она восприняла довольно скептически, но, кажется, задумалась.
Я потеребила кончик косы.
— Интересно, зачем ей это нужно?!
Люк погладил меня по плечу.
— Может, она все-таки решила внести поправки в твой образ, — предположил он.
Мы с братом переглянулись и одновременно усмехнулись.
— Вот и видно, что ничего ты не понимаешь в нашей маменьке, — хмыкнул Миркус.
Я снисходительно объяснила:
— Видишь ли, Люк, королева стопроцентно убеждена, что прекрасно разбирается в людях. Она уже поставила мне оценку и ни за что не изменит ее. Если она признается себе, что ошибалась в отношении даже собственной дочери, что же можно сказать о других людях?! Получится, что вся ее хваленая проницательность яйца выеденного не стоит. А это такой удар по самолюбию!
Люк повернулся к принцу.
— Сестрица права, — подтвердил тот. — Маменька скорее заподозрит Мел в изощренном коварстве, чем признает, что смотрела на дочь не из того окна. И не надо меня взглядом испепелять! Я неоднократно пытался объяснить родительнице, что она несправедлива в отношении Мел. Но матушка всегда считала, что сестра просто использует меня в качестве агента влияния.
Я демонстративно похлопала в ладоши.
— Что и требовалось доказать! Но вопрос все тот же: зачем она проявляет ко мне интерес? Что ей надо от меня?
Мы гадали до самой ночи, но так и не пришли к единому мнению. Ответ я получила только на следующий день.
  
Глава 26. Шестое июля
 
На этот раз утро началось просто сказочно. Меня разбудил Люк. Тем, что попытался аккуратно исчезнуть. Он тихонько наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, но его коварный план не удался. Он был пойман на месте преступления, и звонко чмокнут в нос.
— Это так странно, что с завтрашнего дня я буду зваться иначе, — призналась я, укладываясь на живот и упираясь подбородком в его плечо.
Люк скосил на меня смеющиеся глаза.
— Если уж тебе странно, что про меня говорить, — хмыкнул он.
— Ну, у тебя в этой области какой-то опыт имеется. Ты вроде как уже привык к новой фамилии, — рассеянно напомнила я, пытаясь примерить Люку кончик своей косы в качестве усов, потом бороды. — Нет, растительность на лице тебе не идет.
Жених рассмеялся и притянул меня поближе.
— Милая, все это условности, фамилия ничего не меняет. Для меня ты навсегда останешься самой прекрасной принцессой на свете.
Я чуть не расплавилась под его взглядом.
 
— А ты для меня всегда будешь самым красивым графом. Только без бороды и без усов.
— Согласен, — серьезно кивнул Люк. — Еще желательно и без рогов!
От возмущения я задохнулась. И мы, хохоча и катаясь по кровати, тузили друг друга минут десять.
— Все, пора, солнце, — целуя меня с висок, поднялся жених, поправляя смятую постель. — Твоя маман появилась в коридоре и направляется явно сюда.
Он помахал мне рукой и исчез в потайном ходу. Я прислушалась. Сначала демонстративно хлопнула дверь гостиной, а затем королева, стараясь как можно громче стучать каблуками, подошла к спальне.
— Мелисса, Вы уже проснулись? — послышался ее голос.
— Конечно, — весело откликнулась я, вскакивая и распахивая дверь. — Доброе утро, Ваше величество.
Королева мельком оглядела комнату и пристально посмотрела на меня.
— Надеюсь, Вы помните, что сегодня генеральная примерка и последняя репетиция.
Моя улыбка была безмятежна.
— Я к Вашим услугам.
— Тогда приводите себя в порядок, завтракайте, и жду Вас в классе, — маман величественно кивнула и ушла.
Я сладко потянулась и отправилась в ванную. Завтракала я в компании Люка и Миркуса. Принц выглядел слегка невыспавшимся, хотя и донельзя довольным. Но как только он открыл рот, я погрозила ему пальцем.
— Умоляю, братец, без восторгов и подробностей, — сурово отрезала я.
Миркус недоуменно уставился на меня.
— Но ты же не знаешь, что я хотел сказать.
Я усмехнулась.
— Мир, ты похож на кота, объевшегося сметаны. И явно жаждешь поразить нас впечатлениями от проведенной ночи. Уволь!
Брат насупился и перевел взгляд на Люка.
— О, нет, — простонал мой жених. — Я тоже пас.
— Какие же вы черствые люди, — трагически вздохнул принц. — Я хотел поделиться с вами самым сокровенным, а вы отвергаете меня.
Мы переглянулись, поджимая губы.
— Кажется, самым сокровенным ты уже поделился, с кем-то другим, — фыркнул Люк, и мы дружно рассмеялись, втроем.
После завтрака все разошлись по примерочным. Мое платье было просто восхитительно. Глядя на себя в зеркало, я не могла поверить, что в нем отражаюсь именно я. Правда, у нас с маменькой возникли разногласия по поводу фаты. Она считала, что мою седину надо максимально скрыть. Я же придерживалась противоположного мнения и настояла на своем. Фату решено было закрепить под прической. Когда примерка закончилась, я собиралась, было, сбежать, но королева удержала меня, жестом приказав портнихам удалиться. Едва закрылась дверь, она повернулась ко мне.
— У меня к Вам разговор, дочь моя, — начала она, судорожно стиснув руки. — Полагаю, Вы знаете, что в Ваше отсутствие во дворце побывала покойная королева, — она дождалась моего кивка и продолжила. — Марисса почему-то считает, что я всегда была недостаточно внимательна к Вам. Хотя всем известно, что я неустанно о Вас заботилась, — она закусила губу под моим насмешливым взглядом.
— Что Вам угодно, маман? — пресекая ее излияния, напрямик спросила я.
Королева прошлась по классу.
— Мои старания уберечь свою дочь от непоправимых поступков могут быть истолкованы ею, как попытки третировать Вас, — старательно подбирая слова, объяснила она. — Но Вы же знаете, что я хотела Вам только добра.
Я скептически подняла одну бровь.
— Вы просите о заступничестве?
Маман поморщилась, видимо, такая формулировка ей не нравилась.
— Я не сомневаюсь, что Вы, при желании, легко убедите свою бабушку в том, что я не сделала ничего, достойного осуждения, — попыталась уклониться она от прямого ответа.
Я облокотилась на стул.
— Осталось только убедить в этом себя, — вздохнула я.
Видя, что у нее нет другого выхода, королева решилась сказать правду.
— Я с детства боюсь приведений, — еле слышно прошептала она, пряча глаза. — В тот раз я не упала в обморок только потому, что рядом был Ваш отец. Я была уверена, что в его присутствии свекровь не посмеет причинить мне вреда. Но вдруг она появится, когда его не будет рядом?! — маменька судорожно сглотнула. — Марисса и при жизни меня не сильно жаловала, а, встретиться наедине с ее рассерженным призраком, это худший из моих кошмаров, — шепотом призналась она.