Маг 9 (СИ)
В рюкзаке на груди у меня сильно заряженный Палантир, осталось в нем восемьдесят процентов энергии после небольшого каннибализма со стороны своего уже разряженного собрата. Скоро придется ехать к Храму, уже не одному, слава Богу, а с парой верных помощников. Которые и у костра подежурят ночью, и кашу сварганят и вообще, не так скучно по лесу шагать.
Хотя, придется спутников оставлять на сутки одних там сидеть, лучше побольше народа взять, а то пожрут их там волки беспощадно.
Пока остальные степняки таращятся на жестокое избиение своих братьев прямо у себя под носом.
Разглядев случившуюся бойню и убедившись, что никто из погони не подает признаков жизни, на нас с Кримом теперь несутся уже почти все урги во главе с частью вождей.
Нет, кто-то из догоняющих еще жив, пытается встать на ноги, однако, основная масса из десяти воинов просто лежит не шевелясь. Несколько ургов, кому посчастливилось принять импульс рукой или ногой, пришли в себя после жутко болезненной жженой раны с запекшимися краями, теперь они хотят и дальше храбро умирать за общее дело.
Пока на нас несется пара сотен храбрых степняков, размахивая оружием и истошно крича. Кто-то успел добраться до лошадей и заскочить на них, теперь нахлестывает животных в сплошной толпе пеших ургов. До нас от замка метров триста, есть где разбежаться и как раз в сотне метров от нашего холмика несколько здоровенных глыб из гранита разлеглись на дороге у противника.
Я пока слез с лошади и отдал ее Криму, сам целюсь из фузеи в дальний от нас валун. Пускаю несколько импульсов, чтобы пристреляться к нему и тут как раз со ста пятидесяти метров на купол начинают прилетать стрелы.
Не все урги хотят нас взять живьем и медленно поджарить на огне, некоторые начали догадываться, чем грозит им мое страшное оружие, убивающее молча и мгновенно.
Поэтому град стрел бьется об купол и отскакивает по сторонам.
Некоторые враги начинают кричать одно слово и замедляют ход, показывая, что нужно бросить со мной разбираться своих шаманов. Универсальное оружие против всего непонятного для диких степняков.
— Это самые умные похоже. Почувствовали, что нас вместе с лошадьми защищает какая-то сила и хотят уровнять шансы.
Однако, основная толпа не самых умных ургов уже в зоне поражения фузеи.
Ничего, я уже тоже пристрелялся, поэтому пускаю первый заряд аннигиляции, который пролетает все же мимо валуна и проносится через нескольких степняков насквозь, врезаясь в землю позади бегущих. Взрыв, состоящий из земли и нескольких камней наносит ущерб атакующим, но, совсем небольшой.
— Черт, перелет! Придется снять оптику с карабина и приколхозить его на фузею, — запоздало понимаю я и снова пускаю аннигиляцию, теперь сделав поправку после первого промаха.
Сгусток влетает точно в середину валуна, снова как бы всасываясь, секундная тишина и происходит негромкий взрыв с небольшим облаком земли и пыли.
Взрыв то негромкий и не сильно страшный, однако, действие его поразительное.
В радиусе полсотни метров не осталось никого целого и невредимого. Осколки с аннигиляцией, как я называю это действо, пронзили по несколько тел сразу, теперь рухнувшие молча ряды степняков явно говорят о наличии у меня чудовищного по силе оружия уцелевшим вождям племен. Перед нами они падают в паре десятков метров, потеряв всю свою силу и скорость в телах степняков.
Большая дубина в руках прогресса! И это мои руки ее крепко держат.
Больше половины воинов точно перебито, есть немного только раненых, а под командованием уцелевших вождей осталось не больше трети ургов.
— Ааааа! — громко стонет от поразительно зрелища позади меня Крим, собравшийся снова помереть вместе с хозяином.
Однако, оставшиеся в живых вожди не сдаются и снова посылают в этот забег смерти остальных воинов, сами возглавляя строй. Теперь только те урги, которые заняты мародеркой замка, не бегут к нам, размахивая оружием. Остальные думают, наверно, что у меня силы хватит только на один такой удар. Если они умеют думать.
Правда, моя сила и точно — слишком невероятная для этого мира величина, как я уже понял по рассказам местных.
Это еще при том, что никто из них даже близко не видел, как я выкладываюсь сейчас.
Ну, много живых ургов нам рядом и не требуется, достаточно несколько свидетелей, чтобы могли передать о случившейся бойне своим большим вождям.
И о моих предложениях тоже передадут. Уж как там решат страшно мстить главные вожди или все же договариваться — это мы скоро узнаем.
Теперь я даю приблизиться оставшейся сотне поближе к последнему, самому близкому валуну и уже прицельно пускаю третий заряд-сгусток. Толпа сплотилась еще сильнее, надеются, что закроют от смерти друг друга своими телами?
Осколкам гранита с аннигиляцией все равно, сколько тел пробивать за раз.
Уже потрачено тридцати процентов заряда Источника, осталось в нем не больше половины. Только и результат здорово впечатляющий. Увлекшиеся пусканием в нас стрел урги вместе с неистово орущими и бегущими к нам воинами — все улеглись на землю перед нами, молча и одновременно опустились на нее, родимую и теперь просто молчат.
Остался десяток воинов около пленников и еще в замке продолжается обыск с грабежом, однако, победа уже на нашей стороне. Немногие раненые пытаются подняться и продолжить движение в нашу сторону, только, ждать я их не собираюсь.
Вскакиваю на коня и продолжая держать защитный купол скачу к замку, объезжая по кругу нестройную толпу недобитых степняков. Постепенно они сами падают на землю, понимая, что серьезно ранены и пришло время умирать.
Теперь бы не дать ургам захлопнуть ворота, да разобраться с охраной новых рабов. Чтобы сразу их вооружить и повести на второй за этот день захват замка. Уже под моим мудрым и просвещенным руководством.
Так же под куполом я оказываюсь перед колонной пленников, до которых осколки валунов не долетели. И перед десятком охраны, которых теперь расстреливаю хладнокровно из пистолета в упор.
Одна пуля на одного урга — больше и не требуется с расстояния в пять метров. Тяжелые пули сбивают врагов на землю одного за другим, дальше о них позаботятся бывшие пленники.
Сначала, конечно, спрыгнув с лошади и оказавшись прямо перед десятком ощетинившихся копьями потрясенных степняков. Что случается с теми, кто бежит на меня в атаку — они уже увидели, теперь думают отсидеться в обороне.
От грохота выстрелов все валятся вместе, и урги, и пленники на землю.
Думают, что я убиваю их громом и молниями, что я — неистовый в гневе Бог людей!
Сверху со стен летят редкие стрелы, скользя беспомощно по куполу, однако, ворота все так же гостеприимно распахнуты. Не нашлось у ургов больше опытных вождей, которые отдали бы приказ закрыться в укреплении и стоять насмерть.
От страшного грохота пленники тоже попадали там, где стояли и ждут неминуемой смерти. Хорошо, что я снова вручил лошадь Криму, могла бы она меня понести от такого бабаханья над ушами. и так бьется и рвутся подальше, парень их удерживает с трудом.
Еще живых ургов будет добивать мой помощник с пленниками копьями, я же больше не стреляю, и так ошеломив степняков до предела. Тратить дефицитные здесь пули на добивание — слишком разорительно.
Пленники начинают поднимать головы, однако, помочь пока ничем не могут, находясь в путах.
— Освободи их! — командую я Криму, а сам отхожу немного от стены замка, чтобы уже из карабина с оптикой погасить сопротивление оставшихся ургов. Пока парень торопливо перехватывает веревки и пинками поднимает народ.
Вон оставшиеся степняки жизнерадостно высовываются между зубцами и пускают стрелы по нам обоим.
Купол перестает защищать Крима, одна из стрел ранит нашу лошадь и та вырывается, убегает от замка.
Патроны для карабина и пистолета — ресурс не возобновляемый, однако, довольно тяжелый, чтобы много дней его таскать с собой. Придется их тратить прямо сейчас, чтобы не гибли зря спасенные мужики.