Маг 9 (СИ)
— Думаешь, так серьезно будут настроены? — удивляется Брат.
— Да, еще и отомстить захотят за своих порезанных и денег возместить, которые я у курьеров забрал. К ментам, сам понимаешь, с такими требованиями не подъедешь. Поэтому точно меня в виновные запишут и будут изо всех сил убеждать, что мне конец неминуемый приходит.
— И что тогда делать? Знакомых ментов или кого повыше подпрягать?
— Думаю, что сам разберусь, — помолчав, отвечаю я, — Тут по легкому никак не съехать. Твои знакомые силовики тоже захотят сильно нажиться на наших проблемах. Придется зубы показать по-настоящему. Не факт, что после этого проблемы рассосутся, но, попробовать можно. Буду действовать по обстоятельствам, прокачаю их на правду и там решу, что с ними делать. Ты давай, начинай еще сильнее ману прокачивать, защитный купол тебе в любом случае здорово необходим. Что здесь, что в другом мире. Если мне не повезет, придется тебе снова с документами ехать в Грузию через Осетию. Чтобы встретить меня опять в Храме. Или тогда решим еще как-то, может даже уйдем. Нет, тебе в Храм лучше не пробираться, я тогда сам в Осетию перейду, буду в Квайсе ждать у твоего знакомого.
— И так через день по два часа в парилке сижу, другой бы давно сердце посадил с концами, — отвечает Брат.
Это да, хорошо, что можем лечить друг друга хоть каждый день. Да и у самих на себя ману обращать получается нормально.
Я теперь через день трачу ману на работе, на следующий день восполняю ее в бане или хамаме фитнеса после тренировки. Благо, что всего восемь-десять процентов оставляю на работе, иногда даже шестью ограничиваюсь, поэтому возместить потраченное могу без особых проблем. Стараюсь шесть обходиться, однако, не всегда получается.
Пришла тут очень красивая мамочка с дочкой лет пяти, хорошенькой девочкой. У той глазки в разные стороны смотрят, нужно на операцию ложиться, однако, мамочка решила все же посетить меня. Узнала от кого-то из работников нашего центра о новом умельце и, хоть видно, что сильно не верит в мои способности, все же пришла и записалась.
Надежда — это такое дело, она никогда не умирает.
Делал все манипуляции я при ней, потратил пару процентов маны и свел зрачки ребенка уже в норму. Даже не хотел так быстро все устроить, однако, под внимательным взглядом редкой красавицы, лучащемся искренней надеждой, не смог устоять. Придавила меня своим обаянием молодая женщина и я полностью вылечил дочку.
Это когда она посмотрела на небольшую, но, сильно верующую в мое лечение толпу около нашего рецепшена, тогда что-то и поняла для себя. Народ даже без записи приходит на тот случай, если кто-то пропустит свою очередь.
Ну и на маленькое чудо посмотреть, которое видно в глазах каждого выходящего пациента.
А когда стал переназначать через пару месяцев следующий сеанс, чтобы все настроилось нормально, получил конкретное предложение принять их через неделю. За любое вознаграждение, и высокая грудь очень ощутимо прижалась к моей, а глаза… Ну, я в них утонул и с огромным трудом выплыв на поверхность, все же смог отказаться.
— Приходите через месяц! — сказал хриплым голосом, мгновенно севшим от перевозбуждения.
Какая-то конкретно сильная природная магия есть у мамочки девочки, однако, я ее не смог обнаружить даже посмотрев магическим взглядом. Вспомнил в этот момент тех сестер-колдуний, Анэль и Гериэль, которых пришлось убить каждую по два раза в итоге. Какое-то из той же серии ощущение меня посетило на самом деле.
— Придем через две недели! Мое предложение остается в силе, — услышал я в ответ.
Потом приходил в себя целый час, размышляя с точки зрения этики и морали, что будет, если я соглашусь.
Вроде и некрасиво выходит, однако, очень хочется морально оступиться. Нормальные мужские мысли, ничего не скажешь. Просто обязан с ней переспать, чтобы не было мучительно больно.
Так и поступили с Братом, как договорились. Без десяти двенадцать он быстро вышел из подъезда, дошел до одной подворотни и сам заскочил в подъезд с пакетом, из которого уже вышел я без пакета.
Пусть враги поломают голову, кому и что он там оставил.
Чипы к соседним подъездам и проходным подворотням у нас уже давно приготовлены именно для таких пересменок.
Наблюдатель, конечно, за ним оказался приставлен, сейчас он почти бежал сзади быстрым шагом. Обычный паренек славянской внешности с тощим лицом и во всем сером, очень неприметный.
Увидев, что я вернулся, он сбавил шаг и уставился на небо, как будто там булки летают.
— Не отличил меня от Брата, ну и хорошо, — понял я и подошел к подъезду, где остался ждать продолжения.
Все же выражения лица у нас разные заметно бывают, если что-то такое ждать, конечно.
Телефон я брать на встречу не стал, не хочу светить своей-чужой симкой. Мало ли, куда повернут события в итоге, возможно, что и до трупов дело дойдет.
В общем-то, этого не хотелось бы, однако, криминальные товарищи могут оказаться очень настойчивы в своей жажде наших денег.
Через пять минут тот же паренек получил пиликнувшее сообщение на экран телефона и позвал меня жестом пойти с ним.
— Не хотят светиться перед подъездом на камеру, — и об этом я тоже догадался, когда паренек дошел до стоящей за следующим домом, обычной хрущевкой, черной и наглухо тонированной «Кэмри».
Он позвал меня к машине, распахнув заднюю дверь, теперь стоит ждет, когда я не спеша подойду.
Я дошагал и заглянул в машину, один бородатый абрек на заднем сидении, двое спереди, один — русский, второй тоже южный мужчина.
Сразу меня в невыгодные условия ставят, чтобы в тесной машине долго спорить не вышло у жертвы.
— Садись, поговорим, — услышал я от сидящего сзади коренастого крепыша с перебитым носом.
— Вылезайте. Тогда поговорим, — ответил я и тут же почувствовал острие ножа, сильно вдавленное мне в спину.
— Лезь, — злобно прошипел тот самый незаметный паренек, которого я принял сначала за обычную мелкую сошку-наблюдателя.
Ну что же, ты сам выбрал свою судьбу, парень. В принципе, ты просто мне немного помог оказаться наедине с врагами, ибо, нужно немного поломаться перед посадкой, чтобы выглядело все правдоподобно.
Я и так понимаю, что общаться придется в машине, чтобы дать возможность бандитам выплеснуть свою агрессию и все страшные угрозы на своего беззащитного пленника. Ну, как они должны думать наверняка, именно про беззащитного.
Самому садиться в машину не стоит, а вот под таким давлением уже можно и занырнуть, когда уже деваться некуда.
Высокие деревья прикрывают нас со всех сторон, хорошо приготовили место для захвата и похищения криминальные люди. Никаких свидетелей нет, а из окон дома напротив не видно, что мне там приставил к почке молодой паренек.
Подошел к машине мужчина, наклонился и сам залез внутрь.
От кого пришли? Или кто они вообще? Это мне еще предстоит узнать, а пока я залезаю в машину, делая вид, что здорово испугался ножа.
Пришлось забраться на заднее сидение из обычного черного дермантина, типа, кожи. Паренек захлопнул за мной дверцу, а сидящий теперь слева абрек сразу сильно прихватил за руку.
— Не дергайся и с тобой все будет хорошо, — повернулся ко мне всем телом русский дядька с невзрачным абсолютно лицом и курносым носом.
А ведь он врет сейчас, ничего хорошего точно не будет, а он это твердо знает.
Вот у кого совсем не бандитская внешность, обычный мужик с промки, и только глаза выдают серьезного человека. Глаза и еще низкий угрожающий голос.
— Чего надо то? От кого вы? — я тоже молчать не собираюсь.
Однако, пока никто не отвечает, только сосед еще сильнее вцепился мне в руку повыше локтя и дернул ее.
Пора уже узнать, чего хотят опасные люди и спокойно объяснить им, что не на того напали.
Еще бы пробить их по разговору на это, сами они по себе такие умные нашлись или работают на кого-то по заказу?
Паренек, про которого я думал, что он ушел, мелькнул перед капотом машины, присел там на несколько секунд. Зашел потом за багажник, а я понял, что он меняет номера на машине. Как-то быстро это делает, похоже, что сверху защелкивает приготовленные приспособы. Закрывает номера от камер, таких черных Тойот очень много по дорогам ездит, замучаешься все проверять.