Звезда галактического ринга (СИ)
Следующий удар уже не чувствуется, как первые… А сколько их прошло, да хрен его знает. Сознание мутнеет. Мила смотрит с некоторой тревогой. Картинка гаснет, теряю сознание. Какое счастье, мира нет…
* * *То яркие огни, то кромешная тьма. То краски, то просто белое полотно или черно — белая картинка. Мир вокруг, и я то слышу его, то нет. Иногда он слышит меня, и это самое паршивое. Мир вокруг — это информация… реклама. Бесконечное навязывание потребления.
Мне бы отвлечься и не думать ни о чем, но я в Красной лиге.
В Красной лиге открываются новые возможности для участников и более интересное зрелище для гурманов. Спешите приобрести абонемент и билеты! Осталось полтора процента от тиража!
Некоторые правила третьего круга шоу «Реслинг»:
Допускается оголять интимные части тела соперника, а также проникать в них.
Однако, запрещено наносить сопернику увечья. Нарушение данного правила грозит — штрафом в сто пятьдесят тысяч кредитов агентству участника…
***
Вторая столичная система империи. Город — планета Эриэр.
Красная лига. Бой первый.
Противник Кэтрин — Фара, активистка сопротивления, выступающего против преобразования планет. Выписка из анкеты: Двадцать девять лет по земным меркам. Заключенная, приговоренная к смерти, но помилованная по ходатайству агентства. Сексуальная ориентация: гетеро.
Подавлена, разбита и чувство, что я ничтожество, не оставляют меня. Рабыня, над телом которой они имеют власть. Вскоре заберут и душу, не могу сопротивляться. Сил моральных нет терпеть боль, ум утягивает липкое осознание безысходности. Деваться просто некуда. Даже в бессознательном состоянии долго лежать не дали.
Иду к рингу, как израненный зверь с двумя косами на башке. Спина, задница, бедра, все горит огнем. Меня не лечили, в медкапсуле отлежаться не дали. По словам Милы я должна все прочувствовать до конца. Пять дней не было боев, а вот тренировки стали мукой и издевательством. Сразу дали понять, что на обиженных не только воду возят…
Гордость моя втоптана в грязь, ибо на мне нет одежды. Заменяют ее кожаные клепаные ремни шириной не более полутора сантиметра, они стягивают мое саднящее и стонущее тело. Проходят поперек груди двумя дорожками, да так, что одно неверное движение, и сдавливает соски, которые предательски стоят. И я подозреваю, что мне просто подмешали афродизиака в напиток перед выходом. Продольные ремни соединяются с ошейником, тем самым… его теперь снимать запрещено. Дальше они идут по спине и сходятся там на большом железном кольце. От него отходит ремень до самого копчика, оттуда — опоясывающий талию, и другой накрест вниз, он меня больше других нервирует, потому как невероятно сильно стягивает мою промежность. Его Мила хорошо подтянула, несмотря на то, что я возмущалась и даже кричала.
— Паршивая симулянтка, — поговаривала она злобно.
Все эти жесткие, скрипящие от новой кожи ремни идут четко там, где их и хотели увидеть извращенцы, это обеспечивается дополнительными поперечными креплениями, чтоб те не сползали в особенности с груди.
Иду, как старая бабка, скрипя и охая от трения. Жесткая кожа ремней беспокоит обожженную нежную кожу, а внизу просто натирает все по новой. Надо мной ржут все зеваки, что стоят по оба борта вдоль дорожки до ринга. А я стараюсь абстрагироваться, концентрируясь на собственном теле и всех его проблемах. Хочу отработать, отваляться на ринге сколь угодно и потом просто полежать в гордом одиночестве в номере, ни о чем не думая, ибо боюсь собственных мыслей и воспоминаний.
Соперницу увидела и чуть не повело от ужаса. Фара!! Вот почему Мила обронила фразу, мол, ты будешь в восторге от противника. Вот, тварь. Что же они делают?!
Фара узнала меня. Мурашки по коже от ее испепеляющего взгляда. Не знаю, что хуже, кнут или эта встреча?! Она ведь тоже думает, что я убила всех ее людей, детей там и всех остальных.
— О! Какая встреча! — Комментируют ублюдки комментаторы. — Девушка лидера повстанцев против той, что предала их доверие. Бой обещает быть интересным!
Интересным. Забавляет то, что и Фара в таком же бандаже из ремней. И судя по тому, что сжалась вся, ей это совсем не привычно. Гордая повстанка на публике без чести. Если меня приучали постепенно, представляю каково ей вот так сразу в таком виде. Смешно, и даже не от истерики. Меня считала шлюхой, получи сама. С одной стороны, забавно. Но страх перетягивает на себя все. Она хочет меня убить! Ведь, как только увидела, взгляд жалкой и униженной женщины сменился злорадством и предвкушением расплаты!!
Судья пригласил к центру. Я подошла, Фара следом, не отрывая от меня взгляда. Походка смешнее моей. Кажется, даже выпячивает зад, будто ее за невидимую ниточку тянут. Зад кстати, единственное, чем она может похвалиться. Сисек нет, ремни их перетянули, что без слез не посмотришь. Впала в невольное сравнение, у женщин это в крови. У меня, к тому же, виртуальная трансляция идет от нано — имплантатов, как бельмо над правым глазом, отключить никак. Наверное, организаторы шоу считают, так я еще больше опущусь в собственных глазах. А я и вижу со стороны, какие мы экзотичные. Как борцы сумо, только вместо тканей это жесткое и крайне неудобное, колючее, жгучее и натирающее. Ой, у нее чуть ниже копчика к ремню прилеплен рыжий лисий хвост, сразу и не обратила внимание, потому как он практически между ягодиц, направлен вниз. Как у поджавшей хвост собаки.
Соперница ростом немного выше, а вот телосложение ничем не примечательное. Я думала, она накаченная и боевая баба. Оказалось иначе. Умеет лишь размахивать бластером и хамить.
— Помните о правилах, — произнесла мощная судья и, резво отступая, скомандовала: — В бой!!
Фара бросилась на меня, шипя как кошка! Если я с гравитацией стандартной совладала быстро, то эта дурында нет! Я оказалась быстрее и увернулась от атаки. Вижу, на ее белом теле нет ни царапины. Никто ее не бил и не пытал. Так чем же она недовольна?!
— Убью, подлая хещь, — хрипит, как невменяемая. — Убью.
— Нельзя! — Осек судья. — Запрещено наносить даже увечья, а убивать уж тем более.
С таким и не поспоришь, как даст под дых, и вся спесь сойдет на нет. Когда своя шкура на кону, плевать на все остальное. Что она тут изображает?! Жертву?!
— Фара! — Ревут за канатами ринга. — Помни, что жизнь Максона зависит от тебя! Оплошаешь, и он умрет в муках!
Взревела повстанка, показывая свое бессилие, и снова пошла на меня, стараясь зажать в углу. Страшно, что позабывала о всех приемах на свете! Все, что учила из башки вылетело!
С несуразным криком девка выбросила вперед ногу и попала мне в живот. Сгибаюсь от дикой боли. Хватает за ремни на спине, тянет! Врезаются жесткие стяжки, ой — ей — ей! Толкает на центр ринга. Лечу, не в силах сопротивляться. Кожа разгорается, вспоминая старые раны, что в одно мгновение воспламеняются и тлеют по новой.
Лежу на животе. Хватает за ремень поясной и тянет! В кису врезается ремень и трет половые губы. Кричу от боли. Вторая рука хватает выше, заставляя подняться. Рывок! И я отрываюсь от пола. Она начинает раскручивать меня вокруг своей оси! Сквозь нарастающий рев зрителей прорывается ее бешеный рык. Пять — шесть витков, и я потеряла ориентацию в пространстве. Еще немного и уже не держат ее руки. Лечу к канатам. Падаю! Колено, локоть, спина, всему досталось. Пытаюсь встать. Да не тут — то было! Острая боль пронзает сосок. Ремни сдавливают его из — за неудачного положения.
Изворачиваюсь в другое положение, но не успеваю подняться. Фара тут как тут! Хватает за ногу, тащит к центру. Похоже, ей понравилось. Взбрыкнула я резко. Соперница не удержалась и плюхнулась на задницу. Ахнула даже, скривилась, изогнулась от боли. А я поднялась. Силы будто бы вновь вернулись ко мне. Вижу, как корчится эта тварь и хочется сделать ей еще больнее.
— Одно падение, и ты спеклась уже? — Злорадствую, хватая ее за распущенные не длинные волосы.