Хениц. Книга I (СИ)

Прикрыв рот рукой, зевнула.
— Крейнер избавляет от такой угрозы — артефакт принимает на себя весь откат от использования заклинания и поглощает его, после чего безопасным способом рассеивает в пространстве. Крейнеры различаются по двум основным параметрам. Первый, это объём отдачи, который они могут погасить. А второй — максимальная медианная энергии, которую артефакт может воспринять, безопасно для себя.
Она собиралась продолжить, но Венерия махнула рукой, давая девушке знак прерваться.
— Как я вижу, вы неплохо разбираетесь в устройстве крейнеров и их назначении. Намного лучше, чем обычный студент первого курса. Не подскажете, откуда вы?
Я отчётливо услышал, как негромко вздохнула Синра.
— Синра Пайотт из Леттеля.
Преподавательница кивнула, а по аудитории прокатился шумок. Она специально заставила её озвучить место жительства, чтобы вызвать подобную реакцию? Или на самом деле хотела запомнить имя подкованной студентки?
Дальше последовал вопрос по поводу ловкости обращения с нотными символами, на который тоже отвечал один из присутствующих. А потом мы слушали дополнения от Венерии.
Собственно, половина занятия прошла именно в таком формате — она задавала вопросы и искала человека, который сможет дать хотя бы какой-то ответ, после чего развёрнуто комментировала этот же момент.
Ничего критичного нового я не узнал, но некоторые старые данные углубил. А ещё понял, что Синра подготовлена куда лучше нас. Девушка всю лекцию просидела, уткнувшись в книгу и не реагируя на происходящее вокруг. Единственный момент, на который она отвлеклась — тот самый прямой вопрос Палм, когда девушке пришлось отвечать. Всё остальное время изучала содержимое манускрипта.
Впрочем, был ещё один вариант — литература оказалась настолько интересной, что Пайотт сознательно предпочла чтение учебному процессу, посчитав первое более важным.
Когда мы покинули аудиторию, я попытался поинтересоваться этим вопросом, но девушка лишь отмахнулась. А времени, чтобы настаивать на своём, у меня не было — расположение помещений пока оставалось неизвестным, так что поиски места проведения второго занятия оказались достаточно длительными, чтобы мы снова чуть не опоздали.
Тут всё оказалось ещё более скучно. Мужчина, в брюках и свитере, что форматом одежды чуть напоминал Синру, нудно и въедливо рассказывал нам о работе рунных комбинаций и роли начертательных символов в магии. Не знаю, почему он так фанател от рун, но за время лекции, преподаватель не меньше двадцати раз упомянул, что начертательные символы входят в девяносто два процента сложных комплексов и без них магия не смогла бы существовать.
Весь объём полезной информации на этой лекции сводился к одиннадцати базовым рунам, которые он изобразил на доске и попросил перечертить в свои тетради. Предполагалось, что к следующему занятию мы потренируемся с ними и точно запомним, как чертить каждый из этих новых символов.
Когда в коридорах раздался сигнал, означающий окончание занятия, студенты, по аудитории прокатился слитный вздох облегчения и студенты дружно рванули к выходу.
А вот дальше нас ждало занятие с главой факультета. Помеченное, как практическое. Что скорее всего означала непосредственный контакт с мёртвыми душами.
Времени на разговоры снова не осталось — мы и так едва успели найти нужное место, которое внезапно оказалось не аудиторией, а площадкой в одном из внутренних дворов Хёница. Квадрат земли, к которому с трёх сторон примыкали здания университета, а четвёртая упиралась в горный склон.
Тут нас уже ждал, нетерпеливо поглядывающий на часы, Бруно Консер. Впрочем, в отличии от других преподавателей, наставник не отправил назад опоздавших. Лишь заставил их встать отдельно от всех остальных. А когда все оказались в сборе, заложил руки за спину и принялся неторопливо расхаживать перед студентами, которые образовали что-то вроде неровного строя.
Спустя пару минут его медленной ходьбы из стороны в сторону, все разговоры благополучно затихли — внимание студентов оказалось приковано к фигуре наставника. Тогда он наконец заговорил. И начал тоже с вопроса.
 
— Какая основная задача демоноборца? Вот ты, скажи мне.
Остановившись, указал пальцем на незадачливого толстяка, который пытался оттереть пятно со своей рубашки и тот подпрыгнул на месте. Пару секунд изумлённо смотрел на преподавателя, как будто не веря, что спросили именно его. После чего начал отвечать.
— Уничтожать демонов.
Консер с усмешкой кивнул.
— Верно. Только это и отличает вас от других студентов Хёница. Необходимость научиться расщеплять мёртвые души. Само собой, вы будете изучать все остальные сферы магии, чтобы действовать максимально эффективно. В конце концов, среди исчадий мира посмертия попадаются разные. Включая и тех, что сохранили какой-то объём своих сил. Столкнувшись с такими, вы не сможете обойтись без магии в её широком понимании.
Замолчав, сделал несколько шагов и продолжил.
— Иного удобного способа уничтожить демона навечно, по сути не существует. Тут классическая магия спасовала. Те, кто служил в штурмовых отрядах, поймут о чём я. Ловушки, рунические гранаты, связывающие нотные комбинации — всё это либо не наносит смертельного урона, либо крайне сложно применимо. А вот ваш айван, идеален. В теории он позволит уничтожить любого из обитателей мира посмертия.
Когда он снова замолк, в толпе раздался чей-то голос.
— Разрешите задать вопрос, наставник.
Тот развернулся, найдя глазами говорившиего.
— Разрешаю.
— Почему наша программа обучения настолько отличается от остальных? Все другие студенты просто получили книги и возвращались назад по лабиринту без указателей, а на нас ещё и выпустили некроконструктов. И после процедуры присяги, нас тоже атаковали. Зачем всё это?
Видимо этот парень не дошёл до простой мысли, что библиотекарь является одержимым. Интересно, сколько всего демоноборцев решило эту задачу?
Сам Бруно недовольно кривит губы.
— Если ты об этом задумался, то считай уже труп. Вы демоноборцы. Маги, которые будут на острие битвы. Вплоть до того момента, пока мёртвые души не прекратят прорываться в этот мир. Либо до тех пор, пока вы не умрёте. Каждый из вас должен быть круглосуточно готов к опасности. Всегда. При любых обстоятельствах. Поэтому программа подготовки нашего факультета, пусть и смягчена на фоне экспериментальной, но остаётся достаточно жёсткой.
Снова пошёл вперёд, даже не смотря на строй стоящих сбоку от него студентов. Остановился, развернувшись к нам лицом.
— Единственный способ научиться эффективно использовать айван — прямое столкновение с врагом. Сейчас каждая из ваших пятёрок зайдёт в пещеру, где будет находиться одержимый. Можете не волноваться — его уровень опасности около двадцатого. И само собой, вы можете использовать оружие, которые имеется при вас. Но для окончательной ликвидации цели, вам понадобится применить свой магический талант. Расщепить мёртвую душу, либо выкинуть её обратно в мир посмертия.
На момент замолчав, принялся отдавать команды.
— Пайотт-Тольский-Кравнец-Довано-Пфорен, вперёд. Лойс-Маккато-Ровен-Таам-Горский, вперёд.
Он продолжил перечислять фамилии других групп, но я уже не прислушивался, сосредоточив внимание на черном прямоугольнике, который появился прямо на горном склоне. Рицерова печень. Снова демон? Двадцатый уровень угрозы, это не так серьёзно. Но тут многое зависело от того, какая именно пещера ждала нас впереди. Если у противника получится внезапно атаковать с фланга или тыла, может произойти всякое.
Мы подтянулись к своему входу первыми. Обменялись взглядами. И зашли внутрь.
Если быть до конца точным — сначала туда отправился я. Сжимая в руке револьвер и сосредоточившись на своём айване. Замерев в полной темноте, дождался появления Довано, после чего шёпотом скомандовал.
— Огонь.
Девушка сразу же запалила пламя, осветив начало пещеры, из которого имелось сразу три прохода. И отошла в сторону, пристально разглядывая чернеющие впереди проёмы.