Угольный король (СИ)

Я все-таки нашла в себе силы подняться и, кряхтя и постанывая, будто столетняя старуха, решительно поковыляла к крыльцу домика. На мир опустилась ночная тьма, и я предположила, что в забытье провела довольно долго. То ли в первом, после переноса, то ли во втором – во время приступа. То ли в обоих сразу.
Сев на крылечке, я облокотилась на резные деревянные балясины, запрокинула голову вверх - и застыла от восторга. Надо мной сияли сотни, тысячи звезд! Кажется, я таких ярких звезд нигде и никогда раньше не видела. Они мягко мерцали на черном бархатном небе, и мне почему-то подумалось, что под таким красивым небом просто нельзя думать о плохом. Это просто… кощунственно!
Я сидела на крыльце маленького желтого домика, надо мной сияли звезды и шумели кроны, а в цветущих кустах старательно выводил свою ночную песню соловей.
Они все как будто говорили мне: держись, Арника!
И я решила: что бы меня ни ждало дальше, я не сдамся. Здесь и сейчас мне нужно перво-наперво позаботиться о себе. А обо всем остальном я подумаю завтра!
Слабость и тянущая боль в мышцах немного утихли, как это всегда бывало после приступов, и я решила осмотреть свое новое, и надеюсь, временное, жилище.
Дверь домика оказалась не заперта, но я этому ни капли не удивилась. Чувствовала: это место в буквальном смысле слова создано для меня, поэтому здесь все будет именно так, как мне бы хотелось. Сделав всего один шаг за порог, я почувствовала, что страх и душевные терзания отступают, уступая место ощущению умиротворенности и спокойствия. Как будто это МОЙ дом, и он меня ждал.
На небольшой тумбе у входной двери без труда нашлись свечи и спички – именно там, где я и ожидала их найти. В их мерцающем теплом свете холл первого этажа выглядел особенно уютным и каким-то родным. Совсем небольшой, он, тем не менее, был довольно изящно обставлен. Стеновые панели из темного дерева доходили лишь до середины стены, а от середины и до потолка стены были оббиты темно-зеленой фактурной тканью.
По стенам развешены морские пейзажи. Деревянная лестница с узкими блестящими перилами. Круглый придверный столик с выгнутыми тонкими ножками. Когда-то именно так я представляла себе идеальный холл в моем будущем доме. Когда-то, когда у меня еще была надежда иметь собственную семью и детей.
Полный осмотр дома я решила оставить на утро – ужасно хотелось спать. И даже снова проснувшийся голод не смог заставить меня задержаться на первом этаже еще хотя бы на минуту. Предусмотрительно заперев входную дверь на засов, я поднялась на второй этаж по небольшой деревянной лестнице и зашла в первую попавшуюся комнату. Где снова без удивления отметила, что спальня оказалась практически полной копией моей собственной спальни в родном поместье, только намного меньше и уютнее.
Я бегло оглядела комнату в неверном свете свечи, и чуть не взвизгнула от радости! На столике у окна стояли наполненный пузатый кувшин и пустые стаканы. Мучимая дикой жаждой, я буквально набросилась на вожделенную воду, и не остановилась, пока не выпила половину.
Ох, как же иногда мало нужно человеку для счастья! Я раньше никогда даже не задумывалась, каково это – страдать от жажды или голодать. А вот сейчас прочувствовала все на своей собственной шкуре. Знал бы отец...
Мысль об отце мгновенно испортила настроение, и я громко звякнула стаканом, ставя его обратно на поднос.
Лишь привитая Нянюшкиными стараниями привычка никогда не ложиться спать в одежде заставила меня раздеться перед тем, как лечь в кровать. Следовало бы еще аккуратно разложить снятые с себя вещи - все-таки других у меня не было - но этого я делать уже не стала. Как и мыться. Хотя после злоключений этого дня я с ног до головы была покрыта пылью, потом и грязью, дойти до ванной комнаты я заставить себя уже не смогла. Это было просто выше моих сил.
Минута – и я уже спала. Даже не подозревая, что у этой ночи еще найдется, чем меня удивить.
  
Глава 29. Новый друг
 
Я легла спать настолько вымотанной физически и морально, что, казалось бы, даже пушечный выстрел не должен был меня разбудить. И уж тем более не должен был разбудить тихий плач!
 
Сначала сквозь сон показалась, что хнычет моя младшая сестренка, пятилетняя Рози. Когда малышке снились кошмары, я жалела ее и оставалась спать в детской на диване, поэтому и сейчас по привычке протянула руку, чтобы успокоить сестру поглаживанием по спинке. Вот только рука наткнулась не на ребенка, а на стакан с водой, стоящий на прикроватной тумбочке. Стакан упал, разбился об пол с громким звоном, и я окончательно проснулась. Пробуждение было резким, поэтому понять, где нахожусь, мне удалось не сразу. Пытаясь унять заполошно бьющееся от страха сердце, я села в постели, по старой детской привычке подтянула колени к груди и огляделась.
Я была все в той же спальне, в которой уснула вчера вечером. Судя по слабому свету, струящемуся из-за тяжелых приоткрытых штор, было около пяти или шести часов утра. К сожалению, определить точнее не представлялось возможным: в комнате часов не было, а свои наручные часики я оставила в крепости – Вея, моя юная служанка, обещала их почистить.
Напряженно застыв, я вслушивалась в звенящую тишину вокруг. Неужели мне просто приснился этот тихий жалобный плач? Прошла минута, предрассветную тишину нарушали только щебетание птиц да треск сверчков, и я окончательно расслабилась. И правда, ну откуда здесь взяться ребенку?
Постель была мягкой, одеяло – уютно тяжелым, а моя вчерашняя усталость – слишком сильной, поэтому в сон я провалилась мгновенно.
Не знаю, сколько длился мой сон – час или пару минут - но прерван он был все тем же тихим плачем. В этот раз я не осталась сидеть в кровати, а, движимая каким-то неясным чувством тревоги, поспешно бросилась к окну, отдернула шторы и распахнула настежь деревянные створки. Так спешила, что даже руку об шпингалет поранила.
Разбудивший меня звук на секунду прервался, а затем возобновился с новой силой. В нем начали проскальзывать скулящие нотки, и теперь я уже сомневалась, что слышу именно детский плач. Как бы там ни было, существо, что его издавало, определенно нуждалось в помощи.
Мысленно поблагодарив саму себя, что вчера не стала тратить время на раздевание, я пулей вылетела из комнаты и рванула вниз по лестнице. В моем детстве матушка, наверное, целый миллион раз повторила мне, что истинные леди по лестницам не бегают, вот только сейчас мало кто смог бы опознать во мне ту самую Арнику – лощеную юную аристократку в дорогих нарядах и с выученно-постным выражением лица. Во всяком случае, грязные спутанные волосы и испачканное в угольной пыли платье аристократичности мне точно не добавляли, а уж про лицо я сейчас даже и думать не хотела!
Дверь дома щелкнула засовом и распахнулась сама собой, стоило мне подумать о том, что неплохо бы ей было открыться перед хозяйкой. Эту странность я лишь мимоходом отметила про себя. Обдумаю позже.
Оббежав дом, я оказалась под окном своей спальни. Растущие вдоль стен цветущие розовые кусты надежно скрывали от посторонних глаз неведомое существо, которое продолжало стонать и плакать, поэтому мне пришлось буквально продираться сквозь колючки. Несколько раз я даже поцарапалась, причем в последний раз аж до крови – причем шип вонзился именно в то место, которое я ранее поранила оконным шпингалетом. Зашипев от боли, я принялась баюкать раненую руку, и тут мой взгляд упал на маленький черный комочек под одним из кустов.
Тут же позабыв о ранке и сочащейся из нее алой крови, я присела на корточки и протянула руку к скулящему комочку.
- Иди сюда, малыш! Обещаю, я не обижу тебя! - приговаривала, пытаясь дотянуться до дрожащего животного. Скорее всего – щенка. Хотя в том, что это именно щенок, были некоторые сомнения – уж больно крупным казался этот…эта…это... В общем, детеныш.
Шерстяной комочек замер на секунду, принюхался, а затем поковылял ко мне так быстро, что я даже отпрянула от неожиданности. Наткнулась ногой на сук, споткнулась – и вывалилась из кустов на полянку, больно ударившись некоторыми особенно ценными частями тела. А сверху на меня с разбега прыгнул мой найденыш! Довольно урча и вылизывая лицо шершавым язычком, этот маленький наглец довольно ощутимо потоптался на мне, испачкав и так уже грязное платье еще больше. В конце концов, я не выдержала натиска и аккуратно оторвала его от себя, чтобы хорошенько разглядеть.