Антимаг. Часть 1

В лагере поднялась суматоха: из шатров посыпались вооружённые люди, на ходу затягивая ремни кирас и шлемов.
Всё это беглецы рассматривали на ходу, торопясь к лесу, благо парочка бегущих вояк вполне вписывалась во всеобщую суету и неразбериху.
И тут ночь превратилась в день.
За спинами беглецов словно вспыхнуло солнце. Обернувшись, они поражённо замерли. У богатого шатра стоял мужчина, из руки которого бил луч света, словно от мощного фонаря. Вот только луч этот не исчезал в небесах, а сплетался в световую сеть над лагерем, освещая каждую пядь и не оставляя ни единой тени, в которой можно было затаиться.
– Ма́дре Ди́ос, [6] – потрясённо прошептала Миа, глядя на невиданную иллюминацию.
Лёха хорошо её понимал. Он и сам, щурясь, обалдело пялился на световое шоу.
– Охренеть вовремя… – зло буркнул он, отворачиваясь от мужика и поправляя шлем, чтобы скрыть лицо в тени полей.
Кто бы не был этот тип – подгадил он беглецам знатно. До заветного леса оставалось каких-то жалких сто метров, но кто даст их пробежать?
Шум утих – часть вояк успокаивала лошадей, а остальные, недовольно ворча, торчали под дождём, пока командиры выясняли причину переполоха.
– Эй, вы, двое! – хлестнул по ушам окрик.
Медленно обернувшись, Стриж увидел вояку в шлеме с алым плюмажем, печально обвисшим под ливнем. Какой-то чин рангом пониже, чем главнюк из шатра. Офицер, или тот самый десятник. Да и как-то похрен на его звание, тут куда важнее другое: сейчас он приглядится – и всё, приплыли.
А ведь почти получилось…
– Хрена вы там яйца мнёте? – продолжал чин, упирая руки в бока. – Что-то рожи ваши разглядеть не могу… А ну, орёлики, подойдите поближе.
Миа тихонько выругалась по-испански. Лёха стрельнул глазами по сторонам и тоже не сдержал мата: на начальственный ор многие обратили внимание. Выбор не богат: или сдохнуть обоим, напоследок постаравшись продать жизнь подороже, или…
Стриж посмотрел на девушку. Ну что ж, как говорится: сам погибай, а товарища выручай. Прям как в прошлый раз. Хотя тогда он помирать не собирался.
Он жестами приказал Мие: «беги по моей команде.» Оставалось надеяться, что она не будет тупить и воспользуется подаренной возможностью.
– Э, дебил, ты чё там руками машешь? – рявкнул чин. – Кому сказано: ко мне оба!
Разворачиваясь, Лёха уже мысленно прикидывал, успеет ли подойти вплотную к горластому и урыть его раньше, чем тот опознает сбежавших пленников, как в уши врезался высокочастотный звук, едва на грани слышимости.
Стриж, Миа, да и почти все вокруг пытались прикрыть уши, но избавиться от звука не выходило. В сводящий с ума визг органично вплёлся неописуемый инфернальный звук, от которого кровь в жилах застыла, а колени разом подкосились.
Рядом свалилась Миа. Уткнулась лбом в грязь, она отчаянно скребла пальцами по шлему, будто пыталась выцарапать мучительный звук из черепа.
Температура упала так резко, словно их швырнули в промышленный морозильник. Грязь за несколько секунд покрылась колючей ледяной коркой, а мокрая одежда буквально примёрзла к телу.
– Разлом! – прорвался сквозь этот ад сильный мужской голос. – К бою!
Командовал тот самый главнюк со встроенным прожектором. Световая сеть в его руке исчезла, вернув лагерь во власть ночи, но тут же в небо взмыли и повисли там поочерёдно четыре сияющих, как маленькие солнца, шара. Они разогнали и тьму, и холод, позволив выдрать сапоги из промёрзшей было грязи.
Ослаб и сводящий с ума звук, будто в уши воткнули затычки. Бойцы, подбадриваемые матерком десятников и офицеров, сбегались к командиру, выстраиваясь вокруг него в каре.
– В строй, кретины! – взревел чин. – Бегом, удолбанцы! Где ваши арбалеты, вы, две кучи ослиного дерьма?!
Лёха бросил взгляд в сторону спасительного леса и замер: метрах в тридцати от него висел… Стриж даже не знал названия того, что видел. Воздух переливался и сиял, будто неведомый великан зачерпнул ладонью северное сияние и швырнул себе под ноги.
 
Из этой хрени и тянуло лютым холодом.
Жаль, этим спецэффекты не ограничились. Из сияния соткалось несколько странных силуэтов. Зверюги размером с телёнка больше всего походили бы на волков, если бы не три головы, исторгающие безумный, пробирающий до костей вой. Когда за ними начали формироваться высокие рогатые силуэты, вспыхнуло пламя, отрезая лагерь от тварей.
Это походило на «огненную стену» на полигоне. Только там полыхала огнесмесь, залитая в специальные канавы, а тут не было ни канав, ни какого-либо намёка на применение зажигательного состава.
Чёрт, да даже запаха не было!
Сходство с полигоном прибавляло то, что ливень абсолютно не мешал огню, как и при горении огнесмеси. Лишь в одном месте оставалась прореха – точно напротив ощетиневшегося пиками и алебардами строя. Эдакое ненавязчивое приглашение тварям, которое те радостно приняли, ломанувшись прямо на наконечники пик.
Хлопнули арбалеты и первый ряд монстров свалился прямо под лапы собратьям. Упавших втоптали в грязь, даже не замедлив скорости.
Досмотреть фантастическое представление не позволила Миа. Дёрнув Лёху за плечо, она указала на самый удалённый от боя участок огня и приглашающе махнула рукой. Девушка похлопала себя по набрякшему от влаги плащу, натянула капюшон до самого подбородка и изобразила прыжок.
Смысл в этом был. Твари явно сосредоточились на предложенном участке боя, как и люди. На беглецов никто особого внимания не обращал. Но что будет, когда одна из сторон одержит победу? Точно ничего хорошего ни для Лёхи, ни для Мии. А огонь… Они слишком мокрые, чтобы загореться сразу. Да и, случись такое, к их услугам ливень и мокрая грязь.
Кивнув, Стриж огляделся в поисках возможных свидетелей побега. Им оказался один из охранников шатра местного главнюка. Видно было там что-то ценное, раз он остался на посту, а не присоединился к бою, как остальные.
Лёха уже прикидывал, какой участок огненной стены не просматривается бдительным стражем, как заметил странное: увеличивающуюся прореху в полотнище шатра. В образовавшуюся дыру выбралась скрытая плащом женская фигурка. Почему женская? Из-под плаща выглядывал подол стремительно темнеющего от грязи платья.
С планированием у неизвестной было не очень: она умудрилась вылезти аккурат позади закованной в доспех туши стражника, и при этом явно нашумела, поскольку тот обернулся.
Лёха уже решил, что стал свидетелем самого короткого в мире побега, как тонкая девичья рука стремительно легла на забрало, словно благословляя воина на ратные подвиги. А в следующее мгновение под шлемом полыхнуло пламя, которому позавидовала бы и доменная печь, и уже мёртвое тело рухнуло в грязь.
– Твоэмат… – ошалело пробормотала Миа, тоже наблюдавшая невероятное зрелище.
– Охренеть, – поддержал её Стриж.
Слова стражников про «господ магов» обретали смысл. Рехнуться можно…
Беглянка, между тем, странно скособочившись и пошатываясь, двинулась к лесу. Наверное, латник перед смертью успел-таки пырнуть её чем-то из своего арсенала.
Всё это Лёха обдумывал на бегу, в компании Мии торопясь вслед за неизвестной. Местная – ценное подспорье для беглецов. Тем более, способная сжигать одним махом. Главное – договориться с ней до того, как с перепугу спалит их самих.
А в том, что договориться можно, он не сомневался. Враг моего врага – мой друг, а раз дама так спешила покинуть защищённый лагерь в такой момент, на то были веские причины.
Оставалось загадкой, как еле плетущаяся беглянка собралась проскочить через огненную преграду. Неплохой момент для них с Мией, чтобы предложить помощь и положить начало взаимовыгодному партнёрству.
Вот только помощь не понадобилась: пламя расступилось перед женщиной, как море перед Моисеем, и вновь сомкнулось за её спиной.
– Твоэмат… – повторила Миа и, выдохнув, с разбегу бросилась в огонь.
Лёха задержался на секунду – подобрать алебарду покойника. Против тварей этот гибрид топора с копьём давал куда больше шансов, нежели короткие клинки убитых стражей, больше похожие на старинные сапёрные тесаки.