Зависимость (СИ)
Нина почувствовала внезапный укол ревности и, не сдержав эмоций, выпалила: «Он уже давно не практикующий...», — чем заставила подругу нахмурить лоб и подозрительно уставиться ей прямо в глаза:
— А ты откуда знаешь? — задала та логичный вопрос.
Прикусив язык, Нина растерянно произнесла:
— В интернете читала... информацию о нем... Просто тоже хотела пойти на спецкурс, но когда удостоверилась, что этот преподаватель не работает по специальности, усомнилась в его профессионализме... Во-о-от, — протянула девушка и потупила взор, потому что знала, что если посмотрит подруге в глаза, то та точно поймет, что Нина привирает.
— И? — непонимающе уставилась подруга.
— Поэтому и тебе не советую записываться к этому... кхм... дилетанту, — сдавленно пробормотала Нина. В ней, конечно же, говорила ревность. Отчего-то девушке совсем уж не хотелось, чтобы подруга стала слушательницей Его курса. Ведь кому, как не Нине, понимать, что ее приятельница — настоящая обольстительница, и перед ее чарами мало кто мог устоять. Тем более, если она захочет...
Подруга пожала плечами:
— И с чего ты решила, что он дилетант? Впрочем, для меня это не имеет значения, — девушка коварно улыбнулась и посмотрела на собеседницу с жадным блеском в глазах: — Симпатичый уж он больно... Хочется познакомиться поближе. Так что на курс я, определенно, запишусь.
С этими словами подруга взяла Нину под руку и уверенно направилась в аудиторию под номером 323.
***
— Боюсь, что спецкурса может и не состояться, — напряженно глядя в экран компьютера, равнодушно произнесла секретарь в деканате.
— Это почему?! — нервно вскричала подруга Нины, осознавая, что перспектива знакомства с симпатичым мужчиной ускользает из под-носа.
— Группа не набралась пока. Не хватает еще пять человек... — не отрываясь от ноутбука, все-так же вяло и нерасторопно проговорила секретарь. — Если даже вы запишитесь, еще пять человек не факт, что найдутся до завтра.
— Четыре!! Она тоже записывается!! — вскричала подруга, не давая Нине, которая все это время просто стояла в стороне, лениво ожидая спутницу, опомниться.
— Чт-т-то-о? Но я... нет! Я не хочу идти на этот спецкурс! — одернула подружку Нина, видя, как секретарь непонимающе смотрит на них.
— Ниночка, пожалуйста-а-а-а... Ну, пожалуйста! — взмолилась подруга. — Этот спецкурс должен состояться!! Ты можешь потом не ходить или отказаться, но сделай так, чтобы группа набралась... По крайней мере, помоги в этом.
— Да сдался тебе этот преподаватель! — злостно шепнула Нина, понимая, как сильно ею овладевает ярость и дает знать о себе чувство собственничества. Странно это — ощущать подобное, когда человек даже никогда тебе не принадлежал.
— Хочешь, подарю тебе сумку «Louis Vuitton», которая всегда тебе так нравилась? Я все равно ее не ношу... — загадочно протянула подруга, которая считала, что у всего есть своя цена, чем всегда вводила Нину в замешательство: девушка иногда задавалась вопросом, почему они, такие разные, и вдруг лучшие подруги.
— Оставь себе, — холодно отрезала Нина, повернулась к секретарю и спросила: — А что будет с преподавателем, если группа на курс не наберется?
— Уволят, конечно, — все так же равнодушно протянула та, будто бы выставлять людей на улицу было ее каждодневной рутиной.
«Уволят, конечно», — эхом пронеслось у Нины в голове наряду с флешбеками из ночного бара, где Он, почти упавший на дно, постоянно находил себя на дне стакана, доверху наполненным чистым виски. Этого девушка допустить никак не могла. Не для такого, в конце концов, она вытягивала его из этой ямы.
— Записывайте, — тяжело вздохнула и добавила. — Думаю, до увольнения не дойдет, оставшиеся четыре человека еще добавятся... — с этими словами Нина развернулась и поспешила покинуть деканат. Услышав слова благодарности подруги, которая сетовала на милосердие и доброту девушки, Нина обернулась и сказала:
— А теперь давай искать желающих посетить курс этого финансиста. Для тебя ведь, дуреха, стараюсь.
***
Он был весьма удивлен и обескуражен, когда увидел в списках студентов, желающих прослушать его курс, Нину. Девушка намеренно избегала его уже пару недель, стараясь делать это как можно более естественно. На свои редкие смс он не получал ответа, в баре, куда все же иногда захаживал, получил ответ, что девушка взяла отпуск на некоторое время. Пытался достучаться до нее, подловить в коридорах университета, но не выходило. Ему просто хотелось поговорить с ней, ведь всё яснее мужчина начал осознавать, что именно энергия этой девушки дает ему силу. Силу, мотивацию, цель. Он уже не пытался утаить от самого себя, что по натуре слаб и что ему НУЖЕН кто-то, чтобы он чувствовал, что вообще живет. Раньше он находил себя в работе, в бывшей невесте, которая делала видимость, что Он интересен ей, как личность, а не как тот, кто может в любое время исполнить любую её прихоть.
Нина. На спецкурс придет Нина. Это ли не счастье? Это ли не надежда на то, что она все же не так холодна и безразлична, какой хочет казаться? Это ли не намек на то, что ее этот Дэн — просто лишь панцирь, защита от настоящих, пробивающихся чувств? В этом только предстояло разобраться. Главное, что Нина придет на его лекцию. А там видно будет.
Глава 20
— Ты тоже заметила это? — наклонившись как можно ближе к уху Нины, прошептала подруга.
— Что? — одними губами ответила та.
— Он с нас глаз не сводит. Все время смотрит только на нас, изредка переводя взгляд в другие стороны… Контакт определенно есть! — следя за взглядом и жестикуляцией преподавателя, говорила подруга.
Нина резко повернулась к приятельнице и раздраженно проговорила:
— Расслабься ты уже! Не смотрит он на нас. Изучает лица, не более. Твое, мое и еще с десяток других!
— Да я тебе отвечаю… Смотрит! Смотрит так, будто съесть хочет… Но пока не понимаю, кого именно: тебя или меня! — с озорной интонацией парировала подружка.
— Слушай, дорогая, — по-актерски приторно прошептала Нина, — меня абсолютно не радует тот факт, что я сейчас торчу здесь, на этой лекции, вместо того, чтобы лишний часок понежиться в теплой кроватке рядом с Дэном. Так что замолчи и дай хотя бы послушать!
Девушку этим утром раздражало всё, начиная от назойливой и чрезмерно приставучей подруги, заканчивая тем, что она вынуждена сидеть на спецкурсе преподавателя, от одного вида которого ее просто бросает то в пот, то в холод, одолевает неприятный мандраж и начинает сосать под ложечкой.
Каждую ночь, засыпая в объятиях Дэна, который любезно спас ее от общества мачехи, перевезя к себе в съемную квартиру, Нина видела беспокойные сны, в которых неизменно присутствовал Он, тот самый человек, который в первый день их знакомства запустил в нее стеклянной бутылкой, а потом пришел с покаяниями. Тот самый человек, который пытался спастись, но всё больше тонул в бездне своих отчаяний и воспоминаний. Тот самый человек, которому Нина бросила спасательный круг, и из-за чего, кажется, начинала тонуть сама.
Сидя на лекции, девушка вспоминала, как они вместе готовились к первому собеседованию и разрабатывали план курса, поедая салат, заправленный тыквенным маслом. Нина словила себя на мысли, которую, впрочем, тотчас же отогнала: она скучала по разговорам с этим мужчиной. Его невероятные истории о прошлом могли лечь в основу какого-нибудь остросюжетного кино об авантюрном карьеристе. Даже странно было осознавать тот факт, что с такой сильной рабочей хваткой и стержнем этот мужчина всё потерял.
В один из вечеров августа, когда эти двое, упоенные друг другом, упорно делали вид, что их связывает только взаимопомощь и «крепкая мужская дружба», за бокалом вина вдруг заговорили об истине.