В теле пацана (СИ)

Понюхала пирожок прямо с моей руки. И покривилась. А затем вопросом обескуражила:
— Кристиан, можно я помечу твою кровать?
— А это обязательно? — Опешил.
— Могу диван, думай скорее, — выпалила, не отрывая от меня крестообразных зенок.
— Подожди, может, ты хочешь пописать? — Спохватился.
— Да, испражниться, — согласилась гарпия, косясь на кровать.
— Секундочку! — Воскликнул, метнулся к кровати и вытащил ночной горшок. — Это подойдёт?
Гарпия посмотрела безрадостно на тару. Но ответила:
— Непривычно, но да.
Когтем стопы пододвинула горшок ближе. При этом от неприятного скрипа скривилась сама. И без стыда и совести прямо на месте присела над ним, не отрывая от меня взгляда!
— Только не промахнись, — выпалил я, отступая.
— Не беспокойся, я точно помечаю, — выпалила Ешшунора и зажурчала! Зазвенела струя, ударяясь о железную стенку.
Отвернулся к окошку. Похоже, я засмущался больше, чем гарпия. Обернулся, когда звук прекратился, а она уже на диване сидит и бутылку пустую нюхает. Двинулся обратно, чуть не запнувшись за горшок. Вот блин, а он до самых краёв. И вонь, как от мочи кошачьей! Взял аккуратно и вынес на балкон.
Вернулся. А гарпия на диване дрыхнет, храп стоит на всю комнату! Голову запрокинула, длинный красный язык на бок свесила. Страшно такую будить.
Не прошло и минуты, за дверью грохот и голоса! Ешшунора вскочила перепуганная, озирается.
— Она где — то здесь! Ищите олухи!! — Раздаётся бешеный женский голос!
Гарпия дёрнулась в сторону балкона. Но вышло неожиданно неуклюже. Ноги её заплелись, и она вперёд повалилась, успев когтями за занавеску зацепиться, чтобы окончательно равновесие не потерять. Крыльями дёрнула, видимо, чтобы расправить, да не тут — то было! Что — то там у неё запуталось, как в плохо уложенном парашюте. Отшатнулась обратно и на меня с паническим ужасом посмотрела.
— Охотница Вебисида идёт, — взвыла гарпия. — Всё, не жить мне. Крылья не слушаются, тело не слушается. Уууу.
Понятно, перепила.
— Куда! Стоять! — Слышу голос моего стражника. — К лорду нельзя без ведома!
— Да я вам сейчас причиндалы отрежу! Вон пошли, щенки плешивые! — Забранилась Вебисида прям под дверью.
Мы с гарпией переглянулись. Сглотнула.
В дверь мощно постучали.
— Прощай человек Кристиан, — прошептала гарпия с грустью и, шатаясь, отступила к двери принимать свою смерть, видимо.
— В шкаф! — Осенило меня, и я рванул открывать дверцу. — Залезай скорее.
Ешшунора бросилась из последних сил, на четвереньках влезла в ворох одежды. Подтолкнул её за зад, закрыл неплотно. Отскочил к кровати.
Через мгновение дверь выбивается, похоже, с ноги! И в комнату врывается ошалелая полуголая Вебисида. Сиськи всколыхнулись бидонами, едва не выпрыгивая из тоненького чёрного бикини! Меч широченный наголо, глаза серые кошачьи навыкате.
— Щенок, ты цел?! — Гремит, замерев на полпути до меня.
Киваю неуверенно. Воительница нюхает воздух и смотрит с подозрением. А я стараюсь незаметно наступить на чёрное перо, оставленное моей гостьей!
Твою мать. Не успел спрятать!
Вебисида подходит вплотную, наклоняется, легко отшвыривает мою ногу и хватает перо.
— Попалась, тварь, — злорадствует и на меня смотрит, выпрямляясь. — Где перо взял?
В сторону балкона киваю.
Ни секунды не медля, женщина кошка срывается на бег. И выносит дверь на балкон, разрывая мне шторы. Пока ошмётки штор ещё не сошлись, закрывая обзор, успеваю увидеть, как мощная атлетическая фигура перемахивает через перила!
— Там же пропасть! — Кричу ей вслед. Да толку? Уже скрылась.
Подрываюсь и спешу на балкон. Такая харизматичная бабёнка пропала, даже жалко. За перила выглядываю. Да толку? Уже упала.
В стороне кто — то выругался. Вебисида?!
Поворачиваю голову на звук. Высовываюсь насколько можно. И вижу её в двадцати метрах от меня, перелезающую через перила на большой балконный переход! Охренеть она акробатка. На меня оглянулась в процессе.
— Запри двери, щенок! — Бросила злобно и скрылась.
Вздохнул мечтательно, глядя на звёздное небо. Всё — таки баба — огонь. Вот бы потрогать её перекаченную задницу. Нереально.
 
Вернулся в комнату, стражники в дверях стоят.
— Как вы, маленький лорд? Мы говорили, что не велено сюда, но кто ж эту злабесию остановит? Третью ночь она за своей гарпией гоняется. Два крыла на уши поставила, теперь и ваше.
— Я понял, спасибо, — отмахиваюсь от них.
— Может служанку разбудить? — Не спешат уходить дядьки.
— Нет, спасибо, — спешу прогнать, ибо один уставился на стоящую у дивана бутылку.
Закрываю дверь. Благо, с петель не слетела. Замечаю задвижку, и почему раньше ей не воспользовался? Хотя… для ошалелой бабы она бы не стала проблемой. С этой мыслью задвигаю дверь на засов. И иду к шкафу.
— Всё, отбой, вылезай, — шепчу, открывая двери.
А внутри никого. Ага, доска сдвинута. Сую голову дальше.
— Ешшунора? — Зову в темноту.
Издалека доносится скрежет когтей по камням. Блин, наверное, свалила по тайному ходу. Ну и ладно. Спать пора, а то три часа ночи, судя по ощущениям.
Только улёгся, в шкафу шорох. Не успел подойти, вылезла гарпия сама. В когтях две жирные дохлые крысы.
— Закуска, — демонстрирует добычу гарпия и хрюкает.
Это она так смеётся что ли? Кладёт одну крысу на тарелку с пирожками, вторую с собой берёт. Усаживается обратно на диван, расплываясь по нему устало.
— Вот же я струхнула, — раздаётся от гарпии, когда подхожу. — Только подумать, четыре рака назад нас была целая стая. А теперь только я. Этот страшный фелис совсем житья не даёт. И не успокоится, пока не поймает меня.
Обхожу. Сажусь рядышком.
— Настолько страшная? — Спрашиваю участливо.
— Ещё какая, — хмыкает гарпия. — По стенам бегает, как угорелая, и высоты не боится. Слышала я от старого выводка. Вот летишь ты высоко, по тёплому потоку паришь и смерти никак не ждёшь. А эта ужасная живодёрка прямо с башни на спину прыгает, крылья отрывает так — шааах! И сама ими машет до земли, преспокойно приземляясь. Я такой страшенной воительницы ещё не встречала.
— Может, стоит перебраться в более безопасное место? К примеру, в горы, где таких страшилищ нет?
— В горах хуже, там хищники, — отвечает гарпия, поглядывая на меня с грустью.
— А в городе?
— Мы высоту любим. Крыши дворцов и башен. И поздно уже. Гнездо свито, яйца отложены. Знала бы, что здесь эта ужасная и жестокая фелис. Бежала бы прочь, покуда силы не кончились.
Мурашки прокатились по спине. Представил рой из маленьких и злобных гарпий, обгладывающих человека на лету!
— А чем вы питаетесь? — Спросил и продрал внезапно пересохшее горло.
— Людской скот таскаем. У свиней мясо нежное. Вот бы сейчас свинку сожрать. После твоего снадобья голод проснулся зверский. И ты вкусно пахнешь теперь, Кристиан.
Вот же блин! Страх мой почуяла.
— Но не беспокойся за свою шкуру, — сказала мягко и хрюкнула. — Ешшунора чтит слово. Ешшунора помнит доброту.
Встрепенулась вдруг гарпия. Оглянулась в сторону балкона.
— Рассвет близиться. Поспеть нужно на охоту, — с этими словами поднялась.
На лоджию пошла, рывками крылья расправила полностью. Помахала на месте, похоже, проверяя свои лётные способности. Не прощаясь, вскочила на перила и прыгнула дальше.
Выскочил следом, через каменный бортик вниз глянул. И увидел! Тенью чёрной над крышами несётся гарпия, удаляясь от дворца. Минуты две наблюдаю за полётом существа, пока чёрной точкой не растворяется среди тёмных крыш.
На лоджии три пера чёрные оставила и перевёрнутый горшок. Подобрал улики от греха подальше спрятать. А лучше сжечь в камине. Пока поднимал, ощутил что — то необычное. Вроде ничем не примечательные гусиные перья, вот только тяжёлые оказались на подъём. Но стоило чуток махнуть ими, как рука едва ли не воспарила, будто в невесомости она!
Так вот за счёт чего такая туша летает! Перья не простые, а гравитационные. Четвёртое поднял с пола у кровати, пятое нашёл в ковре у камина, ещё два в шкафу. Всю охапку в тумбочку убрал. Авось пригодятся ещё. Особенно если насобирать нужное количество.