Черная Луна (СИ)

Я спрыгнул с лошади и, ткнув пальцем наугад за ближайший дом, заорал во всё горло:
— Да вон Иной, точно говорю! Влад, охраняй капитана.
— Я и без тебя знаю, что мне делать! — возмущённо отозвался Истомин, уже перехватив Василия за плечо.
Не слушая телохранителя, я уже бежал по улице, подавая знаки Стражу Душ: «Там он, там!». Тот с подозрением смотрел на меня, но с ещё большим подозрением косился туда, куда я тыкал пальцем.
Потом он всё же сорвался с крыльца и побежал в мою сторону. В его руке появился пистолет.
— Гвардеец, твою сраную Пробоину, ты можешь не кричать?! — поравнявшись со мной, выругался Страж Душ.
— Так Иной же! Одержимый, луну его налево! — тяжело дыша, выругался я, — Он туда побежал, хрипел, весь в пене! Убьёт сейчас все-е-е-ех!!! — я чуть не осип от своего крика.
Страж был немолодым брюнетом, с пробившейся сединой. Судя по бронзовой кокарде на фуражке, ранга невысокого.
— Заткнись! Сейчас деревню на уши поднимешь, оно тебе надо?! — зашипел на меня оракул, — Тогда Иной всех порешит, дурень.
— А, ну точно… — я почесал лысину, потом стукнул себя кулаком в грудь, и снова рявкнул, — Нас в Лавинной Когорте учат — видишь Иного, бей сразу!
В некоторых домах хлопнули ставни. Это люди выглядывали на улицу, услышав не свойственные для их деревни крики и шумы, а потом сразу же прятались обратно, почуяв неладное.
— Да замолкни ты, долболунь! — выругался Страж Душ, пряча пистолет за пазуху и махая кому-то в окне, — Всё в порядке.
Ответом ему был хлопок закрываемых ставней.
Мы забежали с оракулом в проулок между двумя рядами штакетника. На узкой тропке было тесновато, и я, будто бы не рассчитав, со всего маху приложил Стража Душ плечом об забор. Бедное дерево треснуло, и оракул едва не провалился в чей-то огород, нырнув в брешь головой.
— Идиота кусок! — заорал он, пытаясь выбраться из трухлявой западни.
— Ой, господин Страж, я ж не специально, — с деланным беспокойством я схватил его за руку, рванул на себя, ставя на ноги.
— Да чтоб… тебя… — гневный взгляд оракула скрестился с моим, а потом он задрожал мелкой дрожью, понимая, в какую ловушку угодил, — Ты… не-е-е…
Трудно найти «точку сборки» у мага стихии. С этим беднягой всё было намного легче, потому как оракулы привыкли выплёскивать ярость вместе со своей магией через глаза.
* * *
Самым сложным в моём плане было оказаться внутри Стража. Ну, а дальше дело техники.
Их приём защиты я выучил уже давно. И этот оказался не исключением.
Стремительной мысленной тенью на меня устремился хищный разум оракула, собираясь припечатать непрошенного гостя. Одним движением мысли я ушёл в сторону, скрывшись глубоко в подсознании Стража, а потом выскочил и всей мощью псионика приложил несчастного, размазывая по энергоконтурам.
Лежа-а-ать, капитское отродье!
Оглушённый разум оракула задёргался, и я быстренько засунул его за тот же занавес, где обычно обитал Василий. Вспомнив, как Одержимый не давал мне перехватить контроль над телом, я на всякий случай провёл такие же манипуляции, отрезая пути к выходу.
Убивать пока разум оракула я не стал. Мало ли, вдруг Пульсар рядом так взбесится, что даже самые чёрствые чурбаны почуют, или, что ещё хуже, и вправду Одержимый в кого вселится.
Через несколько секунд до меня дошла боль от плеча — пальцы Фёдора стискивали его так, что рука даже занемела.
— Так, отбой, — я похлопал его по руке.
— Э-э-э, — тот тряхнул головой, — Это ты?
— Я, я.
Он убрал руку, и мы вышли с ним на улицу. Во дворе дома, где мы пробили брешь в штакетнике, появился хозяин. Но, едва бросив взгляд в нашу сторону, он пробурчал какие-то извинения и опять исчез за дверью.
— Так, Фёдор, — начал я, пока мы шли к лошадям, — Пока стоите, действуете по обстоятельствам. Если что, минут через десять меня заберёшь, ясно?
— То есть как заберу?
— Не тупи, ты всё понял.
Тот переглянулся со мной, потом кивнул:
— Ясненько — тут Фёдор замялся, — Слушай, а ты мне это, объяснишь потом, ну, это…
 
— Что?
— Да ты, помнишь, тогда у меня в теле… ну, магия всякая. Я такие приёмы и не знал, а повторить пытался, но… это, хм-м, сложненько.
Скорее всего, он говорил про то сканирование пространства через каменную поверхность. Ну да, это умение даёт большое преимущество, хотя я думал, что у Фёдора с этим проблем нет.
— Договорились, — кивнул я, потом махнул рукой Владу, — Привет, секретник!
Тот держал наготове саблю, прикрывая Василия. Растерянно кивнув, мне, он крикнул:
— Что с Иным, Страж?
— Ничего серьёзного. Всплеск Вертуна, наверняка из-за твари в долине, — я отмахнулся, потом завернул в сторону гостиницы.
Оставив позади весёлую компанию, я уверенным шагом поднялся на крыльцо и толкнул дверь. После солнечной улицы внутри оказалось темно, и мне понадобилось некоторое время, чтоб привыкнуть.
Весь первый этаж здесь занимала таверна. Высокая стойка с хозяином расположилась у дальней стены. В зале стояли дубовые столы, и за ними посетители, склонившиеся над своими тарелками и кружками. Очень много посетителей, старательно изображающих утреннюю сонливость.
В воздухе повисло напряжение, будто буквально в этот момент все готовы были сорваться со скамеек. До меня дошло, что наши крики об Ином раздались буквально за секунду до того, как заговорщики бы начали действовать. Но схватка с Одержимым не входила в их планы, и теперь все ждали новостей.
Царь, толчковый ты пёс… И где же твоя хвалёная армия?! Где Гвардия? Если у государя и был какой-то план, то я его так и не понял.
Я вытаращил глаза, делая вид, что после яркого солнца не могу ничего внутри рассмотреть, и пытался понять, есть ли у меня тут сообщники. Одновременно я настроил чувствительность слуха, чтоб расслышать, что шепчут за ближайшими столами.
— Эй, Маркус, ты чего там застыл? — меня окликнула мужчина за одним из столов, где-то посередине.
Я махнул ему, улыбаясь, и мысленно накидал план действий. Сразу вспомнилась та потасовка в таверне, когда мы зашли попить пивка с Эвелиной.
Эх, Незримая, прошу простить заранее, ведь здесь и вправду могут быть невинные. Надо бы как-то их отсеять.
Я поднял руки и громко произнёс:
— Господа, это правда, про Иного!
— Да твою ж грёбаную Пробоину, этого не хватало! — прошипел кто-то совсем рядом, за столом, — Чего делаем?
— Ждём, идиот, — ответили ему шёпотом.
— Вернёмся к старому плану, к долине двинемся…
Я так и не пошёл к своему месту, а кивком подозвал предполагаемого друга. Тот нахмурился, встал из-за стола, подошёл ко мне.
— Не понял, Маркус, чего там с Иным? Ты убил его?
— С ума, что ли, сошёл? — прошептал я, закачав головой, — Уходить надо, Стражи Душ здесь.
Я говорил негромко, но так, чтобы крайний стол нас расслышал.
— Какие, на хрен, Стражи Душ? Ты же сам Страж…
— Ты не понял, идиот. Настоящие! К деревне подходят, сейчас всем мозги проверять будут. Сам Царь едет, и его Гвардия, пусть и разбираются с Иным! Сворачиваемся!
Я рванул его на себя и вытолкал за дверь на улицу. Зал за спиной наполнился свистящим шёпотом и гулом, словно осиное гнездо. Все, кому надо, меня услышали.
Да, тут было полно заговорщиков, и никому не было нужно, чтобы их проверяла Когорта Стражей Душ. И слова «о старом плане» навели меня на мысль, что что-то пошло не так, и замысел Царя явно не удался.
Впрочем, как и двадцать лет назад, когда он потерял первого своего наследника. Ничему старика жизнь не учит.
— Ух, сгинь моя луна, — выругался мой сообщник на крыльце, потом удивлённо ткнул пальцем, — Царевич же вон, ещё успеем…
Он как раз повернулся, чтобы с удивлением заметить, как мой нож погрузился ему под рёбра. Одним пинком я скинул его с крыльца и метнулся к двери. Створка уже открывалась, наружу торопливо вышли двое. Вышли, чтобы сразу рухнуть с перерезанным горлом.