Ева (СИ)
— Мне навстречу Катенька идёт.
— Тьфу на тебя! Дурак старый! Мы тут думаем, как нам в этом лесу не загнуться, а он шутки шутит! — отчаявшись, крикнул Саша.
— Да я клянусь! Никаких шуток. А ночью мне вообще угрожали. Какой-то голос странный. Говорил о воссоединении с природой, посмертном воссоединении.
— Петрович, ты сожрал что-то! И, похоже, галлюциногенное! — запротестовал Саша.
— Ну, я так и знал, что вы примете меня за сумасшедшего! Дело ваше, только мы все пропадем.
— Ты о чём? — поинтересовался Марк.
— О том, что Катя, ну или не Катя, не знаю, предупредила меня. Говорит: «останови вырубку леса, любой ценой!».
Саша и Марк переглянулись.
— Ты камеры смотрел? Она утром, после нашей встречи, прямо под камерами показывала, какие травы можно заварить, — продолжал старик.
— Смотрел, ничего там нет. — с досадой отвечал охранник. — Но знаешь Петрович, я не считаю тебя сумасшедшим. Это место такое, я по ночам тоже голоса слышу, только не верю, что это местные обитатели. Это всё лес. Он проклятый, его нельзя рубить.
— И кто же проклял лес? Если тут никто не обитает? — осведомился Саша. — Нет, я уверен, здесь кто-то живёт. Конечно, не внучка Петровича, но кто-то тут есть, определенно. И скоро они нас поубивают, пока мы спим. Вот и всё. Потому-то, Марк, мы и должны это сделать!
— Опять ты за своё! — досадовал Марк.
— Вы о чём? Саша, о чём ты тут просил Марка?
— Петрович, да какая разница-то? Ты лучше со своими «видениями» разберись, — раздраженно ответил Саша.
— Я потому и спрашиваю, я вам рассказал, что видел, теперь вы. Что творится в экспедиции?
— Я расскажу, — вклинился Марк. — Этот кретин просто обезумел! Он перестал выдавать пайки и требует с лесорубов вдвое больше леса, а после того, как ты разбил ему лицо, не снимает нас с караула.
— А лес мы валить не хотим! — не выдержал Саша. — Это особенный лес, необыкновенный, нельзя его рубить! Мы до смерти напуганы, голова свинцовая, ноги ватные! А он всё пыхтит, плюётся, мол: «Что вы ноете? Это просто особенности атмосферы. Привыкнете!»
— А ну-ка попробуй, — сказал Тарас Петрович, протягивая Саше котелок с отваром местных трав. — Тебе станет легче.
— Что это?
— Местные травы заварил, вместо чая.
— Ты совсем спятил, старый? Не боишься отравиться? — удивился Саша.
Но Тарас Петрович молча, едва заметно улыбнувшись, принялся залпом пить из котелка. Марк и Саша с удивлением смотрели на него. Старик, закончив, довольно крякнул и ответил:
— Как хочешь.
— Так вот, что я предлагаю, — продолжил Саша. — Марк может свободно передвигаться по базе экспедиции, его никто не хватится. Он проникнет на станцию и заберёт пульт управления. Без него он не сможет управлять станцией и командовать нами.
— А я уже который раз пытаюсь ему объяснить, что лезть на станцию опасно. Что, скорее всего, меня вышвырнут как тебя, понимаешь, Петрович?
— Отличная идея! — воскликнул старик. — А что если я Вам помогу…
***
Ночью начался дождь. Совсем как на Земле. Только тоскливое «ш-ш-ш» звучало чуть ниже, порой даже закладывая уши. Из-за неизвестных примесей в атмосфере и электрических разрядов молний воздух наполнялся ароматом, совсем не похожим на земной озон. Капли, разрезая воздух, периодически оставляли за собой едва заметное мерцание, похожее на тонкую светящуюся паутинку. «Невероятно красиво!», — подумал Тарас Петрович. В прошлом он не раз любовался на Земле северным сиянием и думал, что ничего прекраснее нет во вселенной. Но теперь, промокая под светящимся ливнем, он больше так не считал, и с нетерпением ожидал очередных откровений новой планеты.
Поскальзываясь на мокрых корнях величественных растений, старик в маскировочном костюме спешил в зону обзора, к станции. Она приютилась между утёсом и неизвестными колючими зарослями. Словно паук в центре паутины, она оплела всё вокруг проводами на несколько километров. Три развёрнутые мачты радиосвязи позволяли передавать сообщения на десятки километров. Пол сотни камер видео-охраны наблюдали за периметром и образовывали безопасную «зону обзора». Пронумерованные камеры порой служили неплохим ориентиром на местности для исследователей и лесорубов.
Из центра «паутины» во все стороны были направлены бамперы исследовательских джипов — вездеходов способных ехать практически в любой местности. Безвоздушные колёса «проглатывали» ухабы и торчащие корни, съёмный гусеничный привод вытаскивал джип из вязкой почвы, а гидравлические лапы увеличивали клиренс до полутора метров и позволяли «ходить» по камням.
Всюду были расставлены базы патрульных дронов, которые раздражающе жужжали, слетая на маршрут и садясь на подзарядку. Они, обладая базой лиц членов экспедиции, должны были своевременно оповестить о появлении постороннего.
Словом, подобраться к станции незаметно было практически невозможно. Но у Тараса Петровича были свои соображения. Он обогнул утёс, отыскав более пологий участок, покорил небольшую вершину и оказался прямо над верхним люком станции.
Вид сверху был впечатляющий: густой массивный лес, увенчанный сиянием звезд, очертания ближайшей сестры этой планеты, которая находилась в максимальном приближении к Еве и отбрасывала рассеянное сине-коричневое свечение. Спутники, которые по привычке назвали лунами, напротив, были максимально отдалены и меркли на фоне яркого, но далёкого света маленькой звезды, которую тут ласково назвали «Малышом». «Звезда, вращающаяся вокруг звезды, уму непостижимо», — подумал Тарас Петрович и через несколько секунд спрыгнул на крышу станции.
Эвакуационный люк обычно закрывался изнутри, но не сегодня. Через мгновение, Тарас Петрович уверенным шагом расхаживал по коридорам и отсекам, а в ответ на изумлённые лица объяснял: «Начальник для чего-то вызвал».
И вот его дверь, старик поднял руку, чтобы постучать, но задержался, услышав интересный монолог, явно длившийся не одну минуту:
— …все усилия направлены на поиск углеводородного сырья. Параллельно ведём поиски драгоценных металлов. Лаборатория и геологи работают в две смены. Основной батарейный отсек заряжен на 60 %, турбины не останавливаем круглые сутки. Резервный планируем зарядить через пятнадцать дней. Повторяю, полёт за второй группой — ориентировочно через пятнадцать дней. Внутренний порядок в норме, нарастающее возмущение устраняем, как и планировалось, денежной мотивацией. Самых неудобных из экспедиции выгоняем, лишая провизии…
«Вот свинья!» — выругался про себя Тарас Петрович и ворвался в кабинет без стука:
— Доброй ночи, Вениамин Леонидович. Что? Отчитываешься? Понимаю, это дело хорошее…
Начальник экспедиции от удивления лишился речи. Он вытаращил глаза на старика и сопровождал его по комнате взглядом. И только он спохватился окликнуть охрану, как дед его дерзко прервал:
— Брось, Вениамин Леонидович, неужто ты на старика натравишь своих псов? Я к тебе всего на пару слов. Вот поговорим спокойно, а потом пригласишь их, и они отделают меня как следует!
— Ты что, совсем рехнулся? Как ты вообще сюда попал? — вне себя от ярости, закричал начальник.
— Это не важно, куда важнее информация, с которой я к тебе пришёл. В твоих интересах меня выслушать, если хочешь вернуться на землю и выполнить задание своего генерала.
— Какая информация? Что ты можешь знать? Охрана! — через мгновение в кабинет влетели двое мужчин, с услужливыми лицами. — Куда вы смотрите? Как он сюда попал?
— Он сказал, что вы его вызвали! — оправдывались охранники, хватая под руки старика и толкая его к выходу.
Начальник хотел наорать на них в ответ, но Тарас Петрович, понимая, что медлить нельзя, перебил его, освобождаясь от захватов охраны: