Моя Альфа (СИ)

— Ты чем днём занимался? — Мальчик виновато опустил голову от моего вопроса.
— Играл… — Вздохнув от безнадеги, я облокотилась спиной о холодильник.
— А должен был уроки делать, а потом играть идти. — Я посмотрела на супруга. — Гарт, переложи Алана в его комнату, потом уложи старшего и спускайся назад! — Мужчина напряжённо вздохнул.
— … Пошли, доделаем уроки… — Он взял сына на руки и быстро пошел к лестнице.
— Так, стоять! — Мужчина остановился и обернулся ко мне. Я же одной рукой уперлась на стол, а второй на своё бедро ближе к спине, а не к животу от тяжести. — Если через семь минут не спустишься сюда, плохо будет всем! — Гарт спешно поднялся на второй этаж.
В течение этих самых семи минут, я сидела за столом и молча, стучала по нему пальцами от нечего делать. По истечению времени Гарт действительно спустился обратно.
— Уснул? — Мой тон довольно смягчился.
— Да. — Я с трудом, но встала на ноги. Ладно, уроки завтра утром помогу ему сделать.
— И мы пошли спать. — Я направилась к лестнице. Гарт даже с каким-то разочарованием посмотрел на меня.
— Ты же хотела поговорить…? — Остановившись, но, не поворачиваясь к мужчине, я цокнула языком.
— Живи пока… Но, если что-то случится, учти… — Подойдя ко мне, он встал передо мной, прям нос к носу.
— Адель, любимая, я клянусь, что ничего с нашими детьми и тобой не случится! — Он снова прикоснулся к моему животу.
— Я за себя не переживаю… Я за тебя боюсь… А то смотрю, перспектива вдовой побыть нарисовалась… — Скрестив руки на груди, я отвернула голову в сторону.
— Ну что ты говоришь такое, ну? — На этот раз я сама прижалась к нему.
— Знал бы ты, как я испугалась сегодня за тебя, когда Чарли подбежал ко мне, испуганный, дорожит весь от страха, и говорит, что его отцу кто-то угрожает… — Гарт крепче прижал меня к себе и поцеловал в висок.
— Адель, поверь, одну тебя с тремя детьми я не оставлю… По крайней мере, пока собственноручно дочь замуж не выдам.
— Ты издеваешься? — Я посмотрела на него.
— Нет, конечно. Я серьёзно. — Приложив уже обе руки мне на живот, он посмотрел на него. — Я ни за что не оставлю вас! Я ведь люблю тебя, ты подарила мне сыновей и скоро дочь подаришь… Я люблю наших детей и никуда не денусь от вас. Обещаю! — Я немного успокоилась. Гарт никогда не нарушал своих обещаний.
***
Через три дня состоялся бой между тем самым Роландом и Гартом. Собрались абсолютно все стаи воедино. Гарт смог доказать, что он единственный вожак своей стаи, и что никому не позволит занять его место. Чарли и Алан видели его победу и начали сильнее гордиться своим отцом и брать с него пример.
А ещё через два дня у меня начались схватки. По сравнению с первыми двумя тяжёлыми родами, эти пошли быстро и легко. Я даже особо понять ничего не смогла. Очнулась тогда, когда мне на грудь положили маленькое, теплое тельце, которое громко кричало, но почувствовав меня рядом — успокоилась. УЗИ не обмануло. У нас с Гартом родилась дочь.
Когда посетителей впустили ко мне в палату, Гарт там же передал малышке свой запах. Я даже словами не могу описать, как он был счастлив.
Я сама нарадоваться до сих пор не могу тому, что у меня есть дочь. Все-таки моя кровь не сыграла особой роли.
— Интересно, а она Альфа или Омега? — По случаю её рождения, через три дня, после выписки из роддома у нас дома собрались наши сГартом родители и близкие родственники, включая близких друзей. — Красивая!
— Отойдите от неё, а то разбудите! — Чарли всецело начал защищать малютку и не подпускать к ней «чужих». Даже родным бабушкам и дедушке не позволил подержать её на руках.
— Какая разница кем она будет? — Мы с Гартом решили вмешаться в разговор родни. Подойдя к сыну, я погладила его по голове.
— Вот именно… — Гарт подошёл ко мне и приобнял за талию.
— А как назвали? — Мы переглянулись с мужем.
— Марией. — В честь моей бабушки. Улыбнувшись друг другу, Гарт поцеловал меня в губы. В этот момент, к нам подбежал Алан и начал проситься на руки. Гарт нехотя отстранился от меня, чтобы взять сына на руки. Малыш начал с интересом разглядывать спящую сестрёнку.
 
— Мария… — Многим это имя понравилось, а некоторым нет. Моя мама начала убеждать меня. Что нельзя ребенку давать имя погибших, иначе повторят их судьбу. Но нам все равно. Мы поднимем детей на ноги, и они станут великими волками! Как и те, в честь кого они названы.