О людях, эльфах и волшебных камнях (СИ)

— Здорово, Цемент, — сказал ему Толик, подходя.
Цемент подхватил рюкзак Светы, давая ей возможность выпутаться из лямок. Только тут Ира разглядела, что под колонной уже лежат три рюкзака и еще целая куча пакетов и свертков. Цемент аккуратно пристроил рядом светиного монстра и протянул руку для рукопожатия. Сама Айфе плюхнулась прямо на ступеньки лестницы и принялась разминать себе плечи.
— Это Ирка, — сказал Цементу Влад. — Моя девушка. А это Цемент.
— По игре Ангдол, по жизни Антон, — Цемент улыбнулся и вытер выступивший под банданой пот. — Дунадан с Леей пошли за водой и сигаретами. Скоро будут, я звонил только что.
Ира осторожно пристроила пакет с бутербродами на вершину пакетной пирамиды. Она чувствовала себя странно.
Во-первых, имена. Имен уже было слишком много, особенно для Ирки, которая никогда не обладала на них хорошей памятью. Во-вторых, Ира не любила быть чужой в компаниях. А этих людей со странными именами определенно объединяло что-то большее, чем знакомство друг с другом, и это напрягало.
Словно почувствовав Иркино настроение, Влад обнял ее за плечи.
— Ну что ты, Ришь, — прошептал он ей на ухо. — Все будет круто.
Ирка ткнулась лбом в рукав его футболки. Сказала устало:
— Ты засранец.
Влад смахнул со лба непослушный русый локон, улыбнулся:
— Зато твой засранец. Твой приученный к лотку засранец.
Невольно Ира ответила на его улыбку. Они с Владом встречались уже полгода, и временами она задумывалась о том, что неплохо было бы съехаться. Чтобы закончить на этом общение Влада с ее соседками по квартире, бросающими на парня взгляды сидящих на диете пираний. Да и чаепития с матерью Влада в нынешнем раскладе случались чаще, чем Ире того хотелось.
Может, оно и кстати, что подвернулась эта поездка. Проверят себя экстримом, испытают чувства… Ага, например, эльфийскими принцами. Ира тихо фыркнула и прижалась к Владу крепче. Подумала, что если он будет так же, как она на Толика, пускать слюни на эльфийских принцесс, черта с два поедет куда-то один в следующий раз.
От ларьков к их живописной группе подошли двое. Девушка, маленькая, смуглая, руки в плетеных браслетах, а с ней парень — юная окультуренная версия Цемента. Младший брат, что ли.
— Это Лея, это Дима, он же Дунадан, — сказал Влад и помахал им рукой.
— Я по паспорту Лея, а не по «Звездным войнам», — сказала девушка и протянула Ирке руку.
— Ира.
— Наш поезд уже на табло, — сказал Цемент.
— Ты зануда, — простонала Айфе. — Еще больший зануда, чем я.
— Поднимите ей веки, — ухмыльнулся Толик. — То есть, ее на ноги.
— Я гитару взял, короче, — сказал Дима-Дунадан. — Сигарет на строяк купили, воду в дорогу.
— У нас бутербродов — на пол-Китая, — Айфе рывком встала. Цемент с натугой поднял ее рюкзак, помог устроить его на спине.
И они двинулись. Сначала вверх по ступеням к зданию вокзала, потом — с руганью, стонами и грохотом — через металлоискатель на входе, и дальше, через прохладный зал к перронам. Возглавлял процессию Цемент, и его монументальная фигура рассекала пассажирские волны, как форштевень боевого корабля.
Потом грузились в поезд. Под неодобрительным взглядом проводницы протискивались в недра вагона, закидывали на третьи полки рюкзаки, краснея и пыхтя. Чуть не потеряли где-то пакет с бутербродами, но вовремя нашли. Почти уронили чей-то рюкзак на гитару. Ира осторожно пробралась мимо этого бедлама и внезапно порадовалась, что ей Влад брал билеты отдельно. Да, возле туалета, но полка нижняя и нет риска быть придавленной во сне свалившимся сверху багажом. Ирка не была уверена, что выживет, если на нее упадет рюкзак Цемента. Или Светочки-Айфе.
Пожилой дядечка интеллигентной наружности помог ей устроить вещи, спросил что-то вежливое про поход. Со стороны оккупированной эльфами плацкарты доносился смех и громкие голоса. Ира присела на край своей полки и всерьез задумалась, а стоит ли ей идти туда.
С одной стороны, ей хотелось. Поймать общую волну, стать своей среди этих людей, с которыми ей придется жить пять дней. Она ехала отдыхать и развлекаться, так почему бы не начать прямо сейчас.
 
С другой стороны, Ирка слишком отчетливо чувствовала себя за бортом. Еще ее бесила Света. И эльфийский принц Толик тоже, но по-другому. И на Влада она была зла. Вот уж действительно конспиратор хренов. Но устраивать сцены прилюдно казалось Ирке глупым. В тамбур его утащить, что ли, на приватный разговор. А толку, если они уже сели в поезд?
По вагону прошла женщина в форме, выгоняя провожающих. Дядечка напротив достал кроссворд. Появился пассажир с верхней полки, гоповатый и не очень трезвый. Ира вздохнула. И пошла к эльфам.
Каким-то чудом им удалось заархивировать все барахло. Наверное, особая эльфийская магия. Только Дима-Дунадан прижимал к себе гитару, а на столике гордо высился пакет с бутербродами и еще один с фруктами, призывно распахнувшие свои целлофановые недра. Пахло колбасой. Лея грызла яблоко. Толик с бутербродом в зубах отважно сражался с окном, пытаясь открыть его хоть немного.
— Это еще что, — сказала Ире Айфе. — Вот обратно поедем, это будет армагеддец. Носково-костровая газовая атака.
— Не пугай человека, — сказала Лея. Она забралась на полку с ногами, забилась в дальний угол, почти спряталась за Димой и его гитарой. Ира присела рядом с ними.
Медленно-медленно фонари на перроне поплыли назад. Набирал силу ритмичный перестук колес. Ветер прорвался в вагон и радостно качал занавески. Жевал бутерброд эльфийский принц Толик. Влад рассказывал в телефон, что он тронулся, то есть не он, а поезд, то есть, он-то давно, а поезд вот только, вот прямо сейчас. Айфе закрыла глаза и прижалась затылком к пластиковой переборке. И Ира с каким-то радостным ужасом осознала — она едет на игру. Что бы это ни означало.
  
3
 
— Ладно, слушай, — сказала Айфе, дожевав первый бутерброд. — Будем тебе персонажа придумывать. Влад — жопа, это не обсуждается. Хоть бы книжку дал почитать девушке, что ли.
— Я пытался, — возмущенно заявил Влад, но, к счастью, воздержался от дальнейших комментариев.
К своему стыду Ира вспомнила, что да, пытался. Правда, без привязки к ролевым играм. И она даже начинала читать. Сломалась почти сразу, на музыкальных экспериментах каких-то сверхсуществ.
Не то чтобы Ира не любила читать. Или плохо относилась к фэнтези. «Игру престолов», например, она смотрела запоем. Фэнтезийные книги, правда, предпочитала полегче. Чтобы был хэппи-энд, чтобы никого не насиловали и не убивали особо жестокими способами. В мире существует достаточно тяжелых книг, а фэнтези она читает для отдыха.
— «Сильмариллион» — это предыстория «Властелина Колец», — вступил Толик. — От сотворения мира и до падения Мордора.
— Мордор — это где башня с глазом? — уточнила Ирка. Это она читала. И смотрела, но на всякий случай предпочла спросить.
— Ага, — кивнула Айфе и вгрызлась во второй бутерброд. — Чтобы не устраивать тут пересказ Сильма в гоблинском переводе, давай тебя в лесные эльфы запишем. Вон Лея тоже из них.
— У меня пафоса не хватает на что-то другое, — девушка улыбнулась. У нее на коленях лежало черно-серебряное одеяние Толика. Лея вышивала. Ире вышивание в покачивающемся поезде казалось чем-то вроде воздушной акробатики. Так же круто и за пределами возможностей среднестатистического человека. — Все эти клятвы, проклятия. Я лучше с луком из кустов.
— Когда одно мешало второму, — хмыкнул Цемент. Он лежал на боковой полке и читал какую-то мятую распечатку. Со своего места Ира могла разобрать только написанный маркером заголовок. «Правила». — Вначале клятвы, а потом из кустов.
— Лесные эльфы называются нандор, — в перерыве между бутербродами сказала Айфе. — А воюем мы с Морготом, предшественником Саурона. Ну, глаза на башне. Фигово воюем, если честно. На игре такой расклад. Какое-то время назад была большая битва. Нирнаэт Арноэдиад.
Айфе положила бутерброд на столик, распрямила плечи. Голос ее изменился, стал как-то глубже и ниже: