Право Вызова (СИ)

Я задумался.
Хм…
Илье Ильичу, — то есть мне, — всего-то нужно было вернуть пустяковый карточный долг в тысячу рублей. То есть изначально проблема упиралась в деньги. Ну а как мы помним по древней мудрой пословице богоизбранного народа — если проблему можно решить деньгами, то это не проблема, а просто непредвиденные расходы.
Однако теперь всё усугубилось. Теперь всё гораздо серьёзней. Теперь в мою сторону сработает безразличный ко всяким оправданиям механизм кровной мести, и хрен я в моем нынешнем состоянии смогу его остановить. Меня убьют, поместье сожгут, Любашу вообще по кругу пустят.
Грустненько как-то получается.
Хотя если… И ещё… А потом ещё…
Отлично!
План готов.
— Значит так, — сказал я. — Кузьмич, оттащи господина Клоновского в его машину. И его друга тоже оттащи, он где-то там внизу валяется, — я махнул рукой в сторону разбитого окна. — А ты, Любаша, прибери-ка в моей комнате. И выкинь всё. Всё, кроме документов, одежды и ноутбука.
— Как? — удивилась Любаша. — Вообще всё?
— Вообще всё.
— И приставку⁉
— И приставку.
— И порнуху⁉
— Порнуху в первую очередь выкини, — кивнул я.
— Но как же вы дрочить-то будете, Илья Ильич⁉
Эта семейка заботится обо мне на каком-то сюрреалистичном уровне. Интересно, а жопу Илья Ильич сам себе подтирал? Наработана ли у меня мышечная память на это дело?
— Не беспокойся, я что-нибудь придумаю, — я подмигнул девушке. — И вот ещё что, Кузьмич, у нас сеть ловит?
— Нет, — коротко ответил бородач; он до сих пор был немного в шоке и не мог поверить в происходящее. — Мы же не скопили на то, чтобы её до нашей глуши протащить. Илья Ильич, не помните что ли?
— Помню-помню. А мобильная сеть здесь где-нибудь ловит?
— А вот там вот, — подала голос Любаша и мотнула головой в неопределённую сторону. — На дубе возле сарая. Я туда лазаю, чтобы музыку послушать.
— Ай ты ж моя хорошая, — я расплылся в улыбке умиления. — Мыжуку ана шлушает, — я не смог удержаться, подошёл и потрепал Любашу за щёчку.
Девушка зарделась, как закатное солнышко.
— Барин, — смущенно сказала она, — ну ёбаный-трепаный, чего вы дразнитесь-то?
— Милаха ты, вот чего. Ладно. Приступим. У вас задание есть, а я погнал на дуб деньги зарабатывать.
С тем я нашёл среди хлама телефон Ильи Ильича, вышел во двор, осмотрел свои заросшие владения, — до этого я даже не представлял, как всё запущено, — нашёл сарай, нашёл заветное дерево и начал карабкаться вверх.
Пу-пу-пу. Да, тело совсем никакое. Мышц нет, всё приходится делать через силу. Ладошки нежные, сразу же ободрались об кору. И если уж на то пошло, центр тяжести смещён в могучий помещичий пердак, так что меня постоянно куда-то заносит.
Да, завтра тело впервые в жизни проболится. А я ведь всего-то навсего залез на дерево. Ну ничего. Молодой метаболизм быстренько перегонит холодец в мускулы, было бы желание.
Так. Ладно.
Я удобно устроился на ветке и поймал слабенький сигнал мобильной сети. Пора делать кеш.
Телефон походил на добренькую такую рацию, только расплющенную и с сенсорным экраном. Я свайпнул вверх, ввёл пароль, — благо, что пароль вспомнился сразу же, — и изучил приложения. Кроме тупорылых игр а-ля «три в ряд», на телефоне Ильи Прямухина было всего несколько иконок. «Мои документы», «Мой банк», «Мои сообщения», «Локатор Химер», таинственное «ГМК», «Имперский Рейтинг», «Имперские Новости» и браузер «ПоисковикЪ». И все они, как я подозревал, были предустановлены. Илюша ими явно не пользовался.
Илюша не пользовался, а вот я попользуюсь. Я из этого мира всё выжму. Он ещё пожалеет, что воскресил меня.
Ну… Начнём. Браузер. Тык. Строка поиска. Тык-тык-тык.
Отлично! Именно то, что нужно. На экране появился сайт аукциона арестованного имущества. Наживаться на банкротах и должниках — моё хобби из прошлой жизни. И очень прибыльное, надо сказать, хобби.
Я пробежался по объявлениям, просмотрел фотографии и заинтересовался одним земельным участком. Участок себе, как участок. Пустой. Ни дома на нём нет, ни дороги, ни водоёма. Кругом какие-то кусты, строительный мусор и контейнер-бытовка для рабочих. Херня, казалось бы. Никому не нужная дешёвка. Вот только на одной из фотографий было чётко видно, что где-то на этой земле стоит старый ржавый подъёмный кран.
 
Видимо, кто-то затеял большую стройку и внезапно прогорел.
Сказка!
Дальше я забил в поисковик строительные компании, промотал первые результаты, — успешные конторы меня не интересовали, — и начал по очереди обзванивать офисы. Да-да-да, я предлагал строителям купить подъёмный кран. Немножечко б/у, конечно, но так и цена бросовая.
Кто-то сразу бросал трубки, кто-то ржал надо мной, кто-то говорил, мол, барыги совсем охренели, а потом посылал нахуй. Согласен, разводить разводил нелегко. Но ведь возможно же!
Примерно на тридцатом звонке я зацепился языком с каким-то прорабом и втюхал ему мою ржавую прелесть по цене вдвое большей, чем стоил арестованный участок.
Звонок в банк, пафосная речь от имени патриарха рода Прямухиных, затем несколько финансовых операций и — вуаля! — я разбогател на три тысячи рублей. Курс с нашим миром примерно один к сотне.
Негусто, конечно, но для воплощения моего плана хватит.
Как только деньги упали на счёт, я перевёл тысячу младшему Клоновскому, — по номеру телефона, всё прям как дома, — с комментарием «Карточный долг превыше всего» и подмигивающим смайликом.
Затем я пару раз ему позвонил.
— Антон, привет! — сказал я, когда включился автоответчик. — Ты сегодня обещался заехать. Ну… Помнишь? Долг забрать. Я если что перевёл, не волнуйся. И набери как сможешь. Ну всё, пока.
Потом посидел минуточек десять и полюбовался видами. А виды с дуба открывались роскошные. Где-то там, за оградой моего поместья, начинался крутой склон. Красно-сине-жёлтый от полевых цветов, этот склон спускался к неширокой извилистой речке, а за речкой начинался лес.
Охуевший тверской лес. С охуевшими раскидистыми ёлками, охуевшим мхом и до невозможности охуевшими по своей красоте клюквенными топями. Как будто иллюстрация русской народной сказки. Завтра же выкрою полчасика на то, чтобы пошататься и подышать свежим воздухом.
Ну а пока что перерыв окончен.
Я написал Антону Клоновскому сообщение: «Антох, долг перевёл, дозвониться до тебя не могу. Когда следующая игра? Не терпится надрать тебе жопу)))».
Ну вот и всё. Алиби готово.
— А кто это у нас тут такая хитрая лиса? — похвалил я себя. — Это Илюха Прямухин у нас хитрая лиса.
И что-то как-то вдруг испугался. Назвал чужую фамилию. Ну то есть не чужую, а свою новую, конечно же. Но всё равно. Кажется, личность потихоньку размывается. Главное, чтобы я в конечном итоге остался самим собой, а не вот-этим-вот недоразумением без яиц.
Спуск с дуба был ещё более эпичен, чем подъём. Я нахватал заноз, ободрал щёку и в конце концов пизданулся в куст крапивы. Пока искал в крапиве очки, обжёг все руки. Плохо быть слабым.
— Готово? — спросил я у Кузьмича, отряхивая голову от листвы.
Кузьмич стоял возле ворот и нервно курил самокрутку.
— Готово.
— Деньги я Клоновскому перевёл, так что технически ему незачем было сюда ехать. Ну а теперь давай сделаем так, как будто бы его никогда здесь и не было. Парам-пам-пам! Чур я за рулём.
— Илья Ильич, — Кузьмич настороженно посмотрел на меня. — Чо происходит?
— Новая жизнь у нас началась, Джакузий Кузьмич. Впереди шампанское с икрой, свет софитов, фисташек сколько хочешь и девки сисястые, — ответил я. — И ещё салют в нашу честь. Разноцветный. Как тебе такое? Заебись?
— Я не… Я не совсем понимаю, если честно.
— Забей, Кузьмич, поехали. Сможешь показать какой-нибудь медвежий уголок, в который можно заехать на джипе? Желательно такой, в котором никто не станет искать?
Джакузий Кузьмич кивнул.
Я запрыгнул на водительское кресло и подивился тому, как хорош отечественный автопром в этой альтернативной реальности. Всё прям, как для людей. Салон кожаный, хрустючий. Кондей, колонки, подстаканники. И очень угарная коробка передач, с ручкой-набалдашником в виде имперского орла. А как урчит! Зверь-машина, надо будет себе такую же справить, как только поднимусь.