Станьте моей помощницей (СИ)
— Ангелина! Я желаю вам с Яночкой добра. Ты меня напугала до безумия! Ангелина я…
Няня запнулась. Тщательно обдумывая и подбирая слова для ответа.
Понимаю, что в ее глазах я сейчас выгляжу мелкой потаскухой, которая пытается выбить себе хорошо оплачиваемую должность тем самым местом.
— Надеюсь ты знаешь, что делаешь?! Яна весь вечер капризничала. И я чуть сума не сошла…
Она снова протяжно выдыхает и добавляет.
— Приезжай, только если тебя твой начальник привезет домой! На такси так поздно ездить не надо. Ты видела, что на улице твориться? Я правда очень за тебя переживаю.
— Простите меня пожалуйста, Анна Валентиновна…
Скидываю звонок. На глазах появляются слезы. Чувствую себя самой грязной, порочной женщиной, самой ужасной асоциальной мамашей. Чувство вины накрывает меня с головою. Еще и шефу на глаза показываться после всего этого…
Аккуратно выхожу из комнаты. Ух! Я, оказывается на втором этаже. На цыпочках спускаюсь по лестнице. На первом этаже тихо. Лишь вдали за закрытой дверью слышится негромкий разговор телевизора. Как воришка подкрадываюсь, нерешительно стучусь и на ватных, похмельных ногах заплываю внутрь.
Андрей сидит за столом и вертит в руках стакан с коричневой жидкостью.
На нем серая футболка и черные спортивные штаны. Одежда очень сексуально обягивает спортивную фигуру. На правой руке начальника рукавом набита татуировка. Вот уж никогда бы не подумала…
Огромный ствол дерева с размашистыми ветками тянется по руке вверх. Подозреваю, что татуировка заканчивается где-то на груди и упирается в шею. Корни дерева начинаются чуть выше кисти. Мне вдруг очень любопытно стало посмотреть, что же там дальше. Вот так видишь каждый день человека и даже не подозреваешь, что он прекрасный холст для такой красоты. Эх…Такой шедевр прячете от любопытных женских глаз… И ведь правда, Андрей всегда одет в строгий костюм и одному Богу было известно, что он там прятал…
Да нет… Не только Богу. Еще и Марине… А может и не только Марине. Интересно, сколько у него было женщин?
Внезапный укол ревности неприятно перехватил дыхание. Я грустно вздохнула. Я не имею права ревновать.
Мой громкий вздох не остался незамеченным. Андрей смотрит в мою сторону и на его лице появляются нотки раздражения.
— Очнулись от пьянства? Надеюсь Вы не разукрасили мою комнату содержимым своего желудка? — Андрей откинулся на спинку стула и принялся обшаривать мое тело глазами.
Ну зачем нужно быть таким хамлом! Часто дышу, пытаясь успокоить нарастающий гнев.
— О! Нет! Вы что! Все содержимое я старательно берегу для Вас! Еще пару колкостей и мой желудок, пожалуй созреет для комплиментов.
Бровь начальника ползет вверх. Слишком красивый! Слишком уверенный в себе! Так и заехала бы по этой колючей щеке!
Ну или поцеловала…
Ого… Последняя мысль, пожалуй была лишней. Что это? Отравление мозга качественным коньяком или так на меня действует его взгляд, тембр и запах? … Вспоминаю свой сон и мурашки ползут по коже.
«Шухер! Гелька!» — кричит внутренний голос «Фенилэтиламин пытается захватить наш мозг»
— Не слишком ли дерзкий тон для полуголой девчонки? Ты, как всегда на моей территории. Поэтому будь любезна не ерничать!
Фу! Какой грубый! Нет ну надо же! Возмущение во мне нарастает со скоростью света… Какие-то странные перепады в моем настроении. Сейчас явно ощущаю, как мне хочется выплеснуть содержимое его стакана прямо на серую футболку, которая сейчас так жадно обтягивает его стальной пресс.
— То есть Вы будите на меня нападать, а я раскрыв рот должна лопать все ваши издевки? Ну уж нет! Я еще вчера Вам дала понять, что на меня Вы не производите впечатление альфа самца! И, поверьте, я не мечтаю оказаться в вашей постели.
Глаза шефа опасно блестнули, а губы тронула победоносная улыбка.
— Заметьте, Вы только что из нее вылезли!
Вот ведь гад! Любит «быть сверху»!
Окей! Я же говорила, что никогда не даю себя в обиду. В таких случаях мне все равно, что разговор давно протекает с подтекстом. Но от колкости все же не удерживаюсь.
— Совершенно верно! И хочу Вам по- секрету сказать, что мне в ней не понравилось!!
Тут я слышу нервный смешок. Пробегаюсь глазами по кухне и замечаю просторный диван, на котором с журналом в руках сидит Лидия Вячеславовна. От волнения пересыхает во рту.
— Прошу прощения! Я не заметила Вас — мою попытку извиниться нагло обрубает грубый мужской голос.
— Вижу моя постель тебе предала смелости? А передо мной извиниться не хочешь?
Чувствую испепеляющий взгляд на своем затылке.
— Нет! Перед Вами я не хочу извиниться! А вот задать вопрос почему я лежу в чужой комнате голая! Почему Вы не отвезли меня домой, как обещали? Это у Вас такое наказание, да? Довести до стыда неугодную Вам сотрудницу?
Останавливаюсь, что бы отдышаться. Тошнота накрывает новой волной. Дышу чаще. Краем глаза замечаю взволнованную маму босса. Она заботливо касается моего плеча. От нее приятно пахнет домашним уютом и травами. Боже, как стыдно-то…
— Присядь Ангелина, я заварила тебе травяной чай. Он поможет тебе справиться с тошнотой. Ты отравилась алкоголем.
Я благодарно киваю.
— Вот это, конечно, наглость! А я то думал, что поступив по совести совершаю благородный поступок, а он нахер никому не нужен! Я, как идиот в дождь таскался с полуголой девчонкой, а из нее вместо спасибо вновь херь словесная льется! Что ж, видимо надо было все же оставить Вас в Вашем доме.
— Вы были у меня дома и не высадили меня?
Ответ начальника застал меня врасплох. От мысли, что шеф носил меня полуголую на руках, стучался в общежитие, разговаривал с вахтером мне становится плохо. Тошнота вновь подкатывает к горлу. Жуть… Мне капец…
Но Андрей сбивает напор. Его взгляд теплеет, даже становится немного насмешливым. От такого внимания у меня в животе разливается приятное тепло.
— Спать мне не с кем. Для работы ты никакая. Может хоть для постели сгодишься!
Табун мурашек вихрем проносится по моей коже. Вновь вспоминаю свой сон. Острит, гад! Понимаю, что острит! Но как же сексуально это делает!
— Андрей.
Тут мама шефа грозным взглядом приказала быть сыну паинькой. Чудеснейшая женщина! Мой внутренний голос ликует: «Ахах! Ну что, самый важный господин в мире, скушали?! Даже Ваша мама видит и понимает, что Вы жутко грубое и развязное хамло!»
Но босс словно не заметив недовольного замечания мамы продолжает.
— Тогда, пару часов назад, мне почему- то показалось, что пропитое существо, которое открыло дверь квартиры, указанной в Вашей прописке, не может иметь к Вам отношение. Сейчас сложив два плюс два, я предполагаю, что ошибся. Я дважды спас Вас от пьянства. Вчера и сегодня.
Если бы на меня сейчас вылили ведро холодной воды, я испытала бы меньше шока. Я даже не обращаю внимание на грубость, которая сейчас приятным баритоном льется из красивого, поросшего черной аккуратно выстреженой бородой рта.
— Вы шарились в моих вещах?
Я стараюсь говорить спокойно, но страх с каждой секундой все сильнее пульсирует в висках. «А если он все знает?» По-любому же в паспорте прописку посмотрел.
— Ты побледнела. Испугалась, что я твои тампоны увижу? Расслабься… У меня есть люди, которым я плачу хорошую зарплату, что бы знать о своих сотрудниках все, что мне нужно!
Произнеся это шеф смотрит на меня так, будто в его руках уже собранно досье на всю мою семью, которая раскладывает закладки во дворах, ворует ложки в дешевых кафешках и я, главарь всего этого бардака. Хотя… Думай он так, был бы недалеко от истины. Семейка у меня та еще!
Пару секунд выдерживаю его взгляд и пытаюсь отразить удар.
— И что же вам удалось узнать обо мне?
Андрей молчит. А я боюсь услышать его ответ.
Повисает пауза. Я просто ненавижу такие паузы. В них люди могут проваливаться с головой и придумывать себе столько глупостей. Поэтому я стараюсь как-то заполнить ее. Замечаю книгу на столе. Подхожу и разглядываю.