Добровольцы на заклание (СИ)
– А это не опасно? – засомневался следователь.
– Да, может затопить подземное помещение. Потому что постоянно прибывают грунтовые воды, а без электричества насосы не работают.
– А как проверить?
– Вот телефон, – Лёха показал на листок, прикреплённый к стене. – Это дежурный подстанции Мосэнерго. Позвоните и спросите.
Пока следователь набирал номер, Лёха ещё раз переглянулся со Светкой. Она на всякий случай на мгновенье поднесла палец к губам.
– Всё в порядке, – следователь отложил телефон. – Электрик сказал, что напряжение не снимали. А где включается машина времени?
– Вот этот рубильник, – услужливо подсказала Светка.
– Можно? – следователь осторожно потрогал рукоятку.
– Конечно! – великодушно разрешил Лёха. Следователь толкнул рукоятку рубильника и прислушался. Откуда-то из-под земли донёсся глухой взрыв, с потолка посыпалась пыль.
– Это что такое?! – побледнел следователь.
– Вероятно, взорвалась конденсаторная батарея, от которой питается установка, – предположил Лёха.
– Я не виноват! – испугался следователь. – Вы же сами разрешили! А это можно будет починить?
– Вряд ли, – развёл руками Лёха.
Следователь помялся, поперебирал бумаги в своей папке.
– Ну что же, поехали назад.
– Вы забыли составить протокол осмотра места происшествия, – напомнила ему Светка. – И мне потом заверенную копию сделайте.
Глава 33. Мир изменился
Ольга вышла в коридор в больничном халате, уселась на скамейку и устремила безразличный взгляд в бесконечность.
– Что говорят врачи? – осторожно спросила Светка.
– Говорят, что, возможно, следующая беременность будет удачной, – не меняя позы и выражения лица, ответила Ольга.
– А эта? – не поняла Светка.
– А этой больше нет, – Ольга наконец-то обернулась к ней. – Выкидыш у меня был, понимаешь ты?! Ваньки нет, и ребёнка его нет.
Она снова уставилась в бесконечность.
– Мы где-то ошиблись. Мы рассчитывали, что стоит чуть-чуть подправить будущее – и всё будет хорошо. А это не сработало. Может быть, даже стало ещё хуже. Вы понимаете меня?
Лёха со Светкой в недоумении глядели на неё. Увидев, что её не поняли, Ольга нетерпеливо продолжила:
– Не надо было туда лезть. Я имею в виду – в прошлое. Надо действовать сейчас, но используя уроки прошлого.
– А в прошлое уже и не залезешь, – сообщила Светка. – Я уничтожила машину времени. Отключила насосы, и бункер опять залило водой. А потом дали высокое напряжение, и взорвалась конденсаторная батарея. Бахнуло знатно, даже на поверхности было слышно! Так что с путешествиями во времени покончено.
Ольга отреагировала равнодушно.
– Ладно, сейчас выписку заберу, и поеду домой.
– К родителям? – уточнила Светка.
– Нет, на съёмную. У нас ещё на три месяца оплачено. Хочу побыть одна, а то родители будут жалеть, вздыхать, и вообще.
На обратном пути до Лёхи неожиданно дошло:
– Слушай, а без машины времени всё это не имеет смысла – аренда территории бывшей части, поиск денег на музей, да и сам музей!
Светка добавила:
– Тогда и сама общественная организация «Вспомнить всё» не нужна.
– Значит, её надо ликвидировать, – подвёл итог Лёха.
Сказано – сделано. На следующий день приступили к ликвидации. Но эта процедура оказалась несколько сложнее, чем казалось вначале. В результате заветные слова «Данная организация в реестре юридических лиц не значится» Светка услышала уже спустя три месяца, когда зима уже подходила к концу. В отличие от Светки, которая радовалась освобождению от бремени, Лёха был подавлен и мрачен.
– Три года! – патетически восклицал он. – Три года мы занимались этим! И где результат?! Нет результата!
– Лёша! – пыталась уговаривать его Светка. – Результат есть, то есть был. ГКЧП не разогнали, его действия сгладили переходный период. Да, Советский Союз в конце концов прекратил своё существование, но зато в России оказалась почти две трети Украины. Не были разорваны хозяйственные связи, не возникло напряжения в отношениях братских народов…
– Ты телевизор давно смотрела? – перебил её Лёха.
– А что там?
– На референдуме в Украине большинство населения проголосовало за отделение от России. Процесс идёт полным ходом.
– Что, серьёзно? – удивилась Светка. – Сейчас родичам в Черкассы позвоню, уточню обстановку.
Через полчаса она озадаченно отложила телефон.
– Пока мы тут занимались ерундой, мир кардинально изменился!
– Что случилось? Днепр пересох? – спросил Лёха.
– Нет, не пересох. И его даже не переименовали. В отличие от всего остального.
– Например?
– Например, в Черкассах больше нет улицы Героев Сталинграда!
– Ну и что? – Лёха не разделял её возмущения. – Самого Сталинграда тоже давным-давно нет.
– Есть! Это станция метро в Париже!
– Да, с географией тоже что-то случилось!
– Лёша, ты становишься похож на Ваньку! – возмутилась Светка. – Бутылки пива не хватает.
Вспомнив покойного друга, Лёха погрустнел.
– Ольгу давно не видели. Интересно, чем она занимается? Поехали, что ли, посмотрим?
Но на квартире, которую снимала Ольга, их ждал сюрприз. Дверь открыл смуглый парень.
– Вам кого нужно? – на ломаном русском спросил он. – Ольга? Здесь нет Ольга, только я. Я здесь два месяц живу.
– Наверное, к родителям перебралась, – предположил Лёха. Но Ольгины родители тоже не знали, где находится их дочь.
– Уехала, а куда не сказала, – обеспокоенно ответил её отец. – Мы думали – она с вами, поэтому не очень волновались.
– А что она сказала? – уточнила Светка.
– Сказала, что они едут на юг, почти на море. И что-то про то, что будут продолжать, что уже начали.
– Интересно, что это значит? – озадачился Лёха. – Она какие-то координаты оставила?
– Нет. Сказала – устроится на месте, тогда сообщит.
Поняв, что больше ничего выяснить не удастся, Светка дёрнула приятеля за рукав.
– Пойдём!
Уже на улице она принялась рассуждать.
– Куда можно поехать на юг? Да ещё ближе к морю? В Турцию? В Абхазию? В Крым?
– Ну не в Одессу же! – ответил Лёха. – Одесса теперь в другом государстве.
– Погоди! – вдруг остановилась Светка. – Что она может продолжать? Значит, слушай, что мне черкасские родичи рассказали. Что российские террористы захватили украинскую атомную станцию и ближайшие населённые пункты, и объявили их независимым государством.
– И давно? – удивился Лёха.
– Сказали – месяц назад.
– А почему у нас про это не говорят?
– Якобы это сделано по заданию ФСБ. Западные страны тоже делают вид, что ничего не знают. Потому что атомная станция – объект повышенной опасности, и если правительство страны его не контролирует, то это очень серьёзно. Но сделать ничего нельзя – получается вмешательство во внутренние дела. Короче – сплошной заговор.
– Но в интернете что-то должно быть? – не поверил Лёха.
В интернете было немного, но зато от души. Лёха стал читать вслух:
– Официальное заявление руководства Атомной социалистической республики. Мы берём в свои руки всю полноту власти в республике. Мы провозглашаем основными принципами нашей деятельности равенство всех граждан, организацию жизни общества на основе науки и планирования…
Он оторвался от экрана.
– Какая-то ерунда! У любой атомной станции многоуровневая охрана, её может победить только армия, да и то с трудом.
Светка принялась деликатно отодвигать его от компьютера.
– Дай я сама погляжу!
После получасового рысканья по поисковикам она с довольным видом откинулась на стуле.
– В общих чертах всё ясно. Когда в процессе отделения украинских территорий от России возникло временное безвластие, группа неизвестных людей объявила, что их не устраивает националистическая политика украинских лидеров, но также не устраивает капиталистический строй в России. Поэтому они захватили городскую администрацию города атомщиков, и заявили, что от России отделяются, к Украине не присоединяются, а создают свою социалистическую республику. Местные силовые структуры, включая охрану станции, перешли на их сторону. Брать их штурмом никто не решается – ведь при этом можно повредить станцию, а это второй Чернобыль. Поэтому все европейские страны договорились объявить им информационный и прочий бойкот – чтобы их задушить, и другим неповадно было. Но проблема в том, что европейские страны и Украина покупают у них электричество, без которого не могут обойтись. То есть тайно сотрудничают, но при этом пытаются засылать туда разведывательно-диверсионные группы.