Ключевой Проры. Ключ (СИ)
— На тебя не похоже.
— Да шли сюда, по дороге гопнички встретились. Под жэдэ мостом сидели. Обычный разговор «Бабки-артефакты». Постреляли малость. Хорошо, что с ними свободяи были. Миром разошлись, но подранка оставили им. Пришлось расплатиться парой магазинов. Вот кукуем… Никита всё — снайпер, мля, — рассказал Химик, похлопав по крутому плечу своего здоровяка-напарника Никиту Пригоршню, — Вот когда не надо он обязательно попадает!
Никита проворчал что-то, но было видно, что согласен.
— Нам бы до схрона подскочить, делов на полдня, как не меньше. Взаймы отсыпь патрона, мы вернём, у нас там хабар богатый.
— Химыч, я тебе дал бы, ты знаешь. Ну неформат этот ваш винтовочный нам с Провом. Вот, — Призрак похлопал по Пищалке, — других не держим-с. Но не падай духом, как говорил Глеб Жеглов, не имей такой привычки. Мы тут с вояками завязались, чего да как — говорить пока не стану. Но могу обещать к завтрему тебе твоих 9Х39-ых. И натовских до кучи.
— Вот разговор! Точно? — Химик повеселел.
— Всё к тому.
— Я тут краем стариковского уха… — на сцене появился новый персонаж.
— Бааа! Ніяк Лісник? Що ти тут робиш, Діда?
— Холод і голод вигнали клишоногого з лісу… — отвечал сталкер Лесник, известный как ремонтник-самоучка и напарник Зверобоя. Обычно он обретался в «Башне» — высоком и узком строении теплостанции на окраине Рыжего Леса, недалеко от перехода к железнодорожной станции Янов и окрестностям крупного завода, в советское время носившего имя «Юпитер» и производившего разную бытовую и военную электронику.
— Клишоногий это что значит? — вклинился Никита.
— Косолапый значит, москаль Никитушко, — отвечал ему Лесник, смеясь в бороду, — про ведмедя эта присказка.
— А чего ж случилось? — поинтересовался Призрак.
— Да… Бои местного значения. Сначала монолитовцы набежали, да их Свобода-то повыгнала. А потом пошли зомбари толпой. Тут уж ми зі Звіробоем и свободными ноги то и дали. Дальше — на Росток, но там мне что? Там места позаняты. Вот решили пока суть да дело тут отсидеться, работу какую-никакую поделать честнОму народу. Я к чему спросил-то. Можешь масло, керосин, ремкомплекты достать? Раз уж вы с вояками заякшавшись? Гроши-то есть.
— Можно и ремку, раз так. Давай тогда, мы выходить собираемся сейчас уже.
Подошёл недовольный Ковбой, окинул взглядом компанию.
— Ты, Діду, чаю то хочешь? — нейтрально, не глядя на подошедшего поинтересовался у Лесника Химик, потянувшись к чайнику.
— Чому ні? — хитрожопый старикан просёк тему и начал рыться в мешке в поисках кружки. Достал, обтёр, и как будто продолжил:
— Та вот ишшо история то была, а я там пока сидел…
— Приз, нам бы на пару слов, если не возражаешь, — Ковбой понял, что договариваться о прямых поставках за его спиной тут не собираются и возбухать не стал. А зря — договариваются, ещё как договариваются…
— Я вот набрал тебе деньгой, кое-что артами, посмотри и список мне заверь. Только до Отца дойдём, чтобы всё при свидетелях, лады?
— Да, счас, только Пров подойдёт. Мы вроде как вместе в деле.
— Ну давай, мы там, у меня тогда, — Ковбой отправился к себе, а Призрак вернулся к печке-буржуйке Химика и Пригоршни.
— Так я, значить, вот — Лесик протянул пачку евро. Ничего так, достаточно объёмную, — по месту как будешь, ты мне на ПДА скинь что там почём. Я тогда решу, и ты возьмёшь, добре?
— Так добре.
— А мне тогда патроны, ну ты понял чего. Я — вот, — Химик протянул артефакт Медуза. Хоть и слабоватый в плане защиты от радиации, зато свежий, крупный. Призрак быстренько заховал его в разгрузку.
Подошёл Проводник с двумя полузнакомыми сталкерами, что грузили его всё это время у дальней стенки. Поздоровались, оказались Психом и его напарником Сэмом. Психа Призрак вроде помнил — бывший врач психиатр, разочаровавшийся в жизни и любви. Ушёл в Зону и теперь тут не даёт спокойно жить сталкерам. Скучая по профессии, «лечит» каждого встречного-поперечного. Призрак сделал недовольное лицо и попросил Проводника пройтись с ним до кабинета торговца. Уладить последние детали и получить предоплату.
— Ты чего с ними так долго? — недовольно спросил он напарника, когда отошли.
— Клиенты… Как Злой с Угрюмым. Водил их.
— И чё им надо? Я же вижу — присели те на уши, не отпускают!
— Работу. Просят с собой взять, тут говорят тухло. Позавчера попытались походить вокруг, арты поискать — наткнулись рядом на свежего мертвяка. Незнакомого. Та же картина — всё взяли, артик в коробке оставили. Монолит, ясно. Все тут на нервах, боятся, что фанатики придут.
— Да отобьются! — Призрак был прав. Неустроенный и неуютный центр одиночек представлял из себя хорошо защищённый фортификационный объект. Толстые кирпичные стены, мелкие окошки под потолком, на крыше прожектора, запитанные от дизельгенератора. Торцы двора завалены кузовами грузовиков и заграждениями из металлических листов пополам с шифером. Последний — чтобы понизить вероятность рикошетов. Всё это хозяйство обильно, в три слоя обмотано колючей проволокой, срезанной рядом, на холме. Во двор вёл лишь один пятнадцатиметровый петляющий проход — по бокам та же колючка — под контролем пулемёта Медведя, спрятанного за толстенным железным листом.
— Говорят, сняли с трупака «Зарю», притащили, выручили копейки. Надо мне Ковбоя попытать.
— А, ну да! — Призрак вспомнил, что два элемента брони напарника здорово пострадали от огня наёмников возле Барахолки. Громов выпрямил, как мог. Но этот материал не терпит подобного отношения и качество его, понятно, упало. Лучше было заменить.
Это и стало конечной точкой в переговорах между Ковбоем и сталкерами. Денег чуток не хватало, как раз и вспомнилось про «Зарю». Договорились, что к их возращению Лесник уже подготовит бронеэлементы и тут же установит в комбез Проводника.
И тут вдруг проснулся Отец Диодор. Забыл, говорит, обязательно нужна солярка, хоть пару канистр, но — позарез. И не поспоришь. Исходя из последней информации о разгуливающих вокруг Монолитовцах, позволить дизелю сдохнуть было нельзя ну никак.
— Возьмём носильщиков, вон те мои просились. Ну и пусть? — предложил на это Проводник. Призрак не стал спорить. Количество заказанного, да ещё и солярка эта, утащить двоим было явно не по силам.
В результате, наскоро перекусив, в полдень четвёрка сталкеров отправилась по старой асфальтовой дороге в сторону Северного блокпоста. Идти было недалеко, тем более по свету. Погода радовала — дождь не собирался, немного потеплело, стих холодный ветер последних трёх дней. Утренний туман разошёлся и видимость была удовлетворительной.
Через час по правой стороне в дымке меж деревьями проступили тёмные силуэты пары крупных домов. Так называемый Хутор. Сейчас там были люди, немного, как сообщил Проводник. Стоило миновать их побыстрее.
Ближе к посту военных появились слепые псы. Сталкеры изготовились к стрельбе, но хитрые твари сновали меж кустов, близко не подходя. Лаяли и рычали, пугали. Всё это не нравилось Проводнику — псов никак было не обойти. И поведение они демонстрировали очень неприятное. Обычно, эти уроды тупы и трусоваты. Но если их ведёт вожак… А вожаком могла выступать пси-собака. Или даже псевдо-собака. Разница довольно большая. Второе хуже, потому что оно — мутировавший волк с высоким интеллектом и теми же пси-способностями: навести морок в виде фантомных псов, сбить прицел, даже ненадолго ослепить одинокого сталкера. Потому и правило — один в Зоне не ходит! С двумя справиться вожаку не получится, а конкурентов в стае такие не терпят — бьются до смерти.
Сталкеры заняли круговую оборону, разделив сектора. Ждать пришлось недолго — псы перешли к атаке минут через семь. И нарвались на точный одиночный огонь четырёх стволов. Потеряв убитыми и ранеными четверых, собачья стая, визжа и лая, откатилась. Сталкеры рысью понеслись к блокпосту. Но псы не стали преследовать, а почему — стало понятно буквально минут через двадцать лёгкого бега по ровному и удобному асфальту.