Ключевой Проры. Ключ (СИ)
Герман перекладывал ненужные бумажки ещё секунд пятнадцать, потом поднял свой матово-невидящий взгляд на молодого человека:
— Вас ожидают. Результаты замеров прошу представить до конца рабочего дня, напоминаю, это 19–00.
— Но я жду проводника, прошу прощения. И как…
— Вас ожидают, — Алексей отвернулся, давая понять, что приём окончен.
— Кто? — совсем потеряв запал, тупо спросил Васильев.
— Ваш сопровождающий по имени Комар.
— Мы с профессором Сахаровым договорились, вопрос исключительной важности, был вызван высококлассный специалист Призрак, уровень риска на контрольных точках беспримерный! — повышая тон, снова начал Васильев, — Вы мне предлагаете непроверенные кадры, я …
— Младший научный сотрудник, вас эвакуируют вертолётом до конца светового дня. Ваша характеристика будет отправлена завтра, — так же буднично, надтреснутым голосом перебил его Герман.
Васильев сдулся окончательно, упоминание характеристики убило желание построить деревенского выскочку. Повернулся и молча вышел. В руководстве, оставленном Сахаровым, был один короткий абзац, посвящённый Васильеву. Если сжать до двух слов, то это означало «избавиться немедленно».
— Ну чего, я, тогда к Бармену, ты, раз так, то к Пете? — Призрак, кивнул головой на выход, — Миха ещё работу работать будет часа полтора. Проводник мрачно спросил, не двигаясь с места:
— И куда ты так собрался?
— Чего, в смысле? — не понял его напарник.
На что Проводник вынул свой CZи вручил товарищу, — На кого заказ есть?
— Да я до Бара только, — улыбнулся Призрак, но Проводник не подержал, ткнул в пистолет пальцем и с уверенностью заявил:
— Индюк тоже думал…
Пришлось согласиться. Напарники разделились. Проводник отправился к полковнику Петренко, а Призрак — к доброму знакомцу Бармену, которого звали Панасом Фёдоровичем, но об этом знали только друзья и партнёры. Для остальных он был Барменом, бывшим сталкером и завидным барыгой.
Долговец на входе только коротко кивнул авторитетному Вольному. Петренко, как всегда, заседал в своей сараюшке. Проводник сунулся внутрь, но там шла торговля, один из Бояринских пытался пробить Петренку на скидку. Ожидаемо обломался, и, расставшись с грошами, вышел, бормоча что-то про жлобство некоторых товарищей.
— Здравь жлаю тащ паловник! — Проводник вскинул руку к виску.
— Здоровенькі були! Чув про твої подвиги, — Петренко кивнул на стул возле рабочего стола, — Колобок був, розказав всё, — и неуловимым движением раскинул по столу пару гранёных стаканов, в которые без малейшей паузы булькнул по полста какой-то ароматной жидкости. Откуда только пузатая бутылка взялась в руке, мистика, однако!
— Дякуємо за гостинність, — поблагодарил Проводник, пригубив выпивку. Вполне внятный бренди.
— К нам надолго? — Петренко, выпив, перешёл на язык «по умолчанию», то есть русский. Обычно, это означало что разговор принял деловой оборот.
— Это как получится. Есть дело. От Халецкого вісточка. Просит вернуть должок и подтверждает договорённость сорок шесть по патрону АК. 3 ящика сейчас может.
— А что сам? — Петренко плеснул ещё на донце стаканов.
— Командует на Северном. Был у него. С виду готов к свершениям, желал продолжать дела.
Петренко медленно допил свой стакан и посмотрел в угол. По всему — не был рад таким вестям. Покутил стакан в руке, поставил на стол, вздохнул. В проёме двери нарисовался незнакомый долговец, видать, из молодых. С прыщавой мордой, хитрожопым взглядом и какой-то собачьей угодливостью в движениях.
— Цыба, вийди звідси! — скомандовал полковник, и тот поспешно повиновался.
— Тут, понимаешь, теперь не всё гладко. Должок, это да, отдам как смогу, сейчас просто не готов был. А что касаемо патронов… Халецкий что-то с генералом не поделили. Меня не спрашивай, я — сторона. Таченка приказал брать патроны у Ковальского. Строго сказал. Я бы и не против, но — командир. Так что, звіняй друже, я тобі тут не помічник.
— Что ещё нужно, может? У него аптечки старые — с промедолом, противогазы хорошие, русские. Комплектующие, гранаты, пайки, броня, антирад, стволы?
— Не, братка, не стоит и предлагать… Узнает генерал — прилетит мне по самые эти. Не могу, пойми. Ты, лучше, артефакты приноси. Теперь сбыт хороший, цену дам — Борода таких не даёт. Особенно с Электры теперь берут. Только давай так — это я тебе лично, не для всех сейчас. А лапы там, хвосты — это наоборот. Перестали спрашивать совсем. Чего вообще слышно, как на Кордоне? — Петренко плеснул в стаканы ещё, на столе появилась вяленая рыбка и галеты, он явно пытался увести разговор от напряжённой темы сотрудничества с Халей. Было понятно, что тут ловить нечего. Потрепавшись о новостях Зоны ещё с полчаса Проводник засобирался. Чтобы не обижать одного из основателей клана, купил пачку люгеровских экспансивов. Петренко, довольный, что вопрос о задолженности больше не поднимался, дал скидку, объяснив личным распоряжением генерала. Может и правда, но, скорее, пытался загладить свой отказ от сотрудничества. Так подумал Проводник, выйдя на скудное осеннее солнце. Погода, вроде установилась. Противной мороси, ледяного ветра или другой гадости не наблюдалось. Дело шло к обеду. Стоило зайти к Громову.
Призрак вошёл в полутёмь Бара. Пара вчерашних героев похмелялась возле стойки, дружелюбно махнув сталкеру — мол, присоединяйся! Тот с улыбкой покачал головой, направляясь к углу бара. Где общался с хозяином заведения вчера вечером. Тот, правильно поняв траекторию движения гостя, поплыл навстречу. В эту утреннюю пору Бар был пуст, Юля из Файрлейка продолжала громко страдать о планете Земля из хриплого динамика CD проигрывателя:
Dancing on the ashes of the world
I gaze up at the stars…
— Как ваше ничего? — Бармен был любезен, видимо вчера кодла Боярина занесла месячную норму прибыли. Поставил перед Призраком — какая экзотика — холодную банку со слабоалкогольным энергетиком. Пришлось пить. Тепло и приятство разлилось по телу, чуть вспыхнуло в голове.
— Спасибо, лучше.
И сталкер в общих чертах довёл до Бармена состояние дел, напирая на возможность получения довольствия с ближней точки армейцев — Северного Блокпоста. Ответ Панаса Фёдорыча не блистал перспективами:
— Ты пойми. Да что, ты знаешь всё… Мои дела с Петренкой не пересекаются. Патроны, аптечки, противогазы, это всё его. Лезть в территорию Долга мне не след. У меня другая история. Вот если бы калибр 358-ой Винчестера или патронов под 338-ой, которые Lapua Magnum, ещё обозначение на коробке «Sniper» у них, знаешь же? Вот их спрашивают. Пулевые 12-ого калибра берут часто ребята. Твои 45-ые влёт уходят последнее время тоже. Это да, это я брать готов. А армейский стандарт — звиняйте дядьку. Не трэба.
— Ну а что ещё нужно, если так?
— Закуска простенькая в пакетиках нужна. Крупы, гречка там, рис… Макароны любые, маргарин, специи и соль. Сахар очень нужен и чай тоже. Кофе растворимый. Любой алкоголь, даже самогон. Красное вино очень брали бы — радионуклиды выводить. Батарейки всех видов, клей моментальный. Всё такое, хозяйственное, ежедневное. Ту же пенку туристическую, термобельё, ножи-мультитулы, топорики, рюкзаки, контейнеры, сухие спиртовые таблетки спрашивают постоянно. И обеззараживающие тоже. Керосин в пластике для артов брать готовы по хорошим деньгам.
От обилия наименований Призрак немного, что называется, прифигел. Вроде давно в Зоне, а так вот, чтобы понять сколько всего потребляет местное сообщество — никогда не сталкивался. Керосин тот же. Для активации артефактов лучше всего. Бензин считается не столь эффективным, а алкоголь — так вообще неправильным. А что делать, редки у торговцев герметичные упаковки с керосином грамм на 100–200.
— Нет, я тут пас, конечно. Если что-то попроще от вояк, то могли бы недорого, а керосин, крупы, бельё, коврики-пенки, это вряд ли, — Призрак прервал монолог Бармена, подняв руки.
— Ну вот, и я то ж говорю. Ты пойми, Приз, тут дальняя Зона. Всё то, что ты предлагаешь тут есть, много и разного. Оно, скорее, бродягам-одиночкам нужно. Предметы первой необходимости. А у меня главным потребителем, считай, клан. У них всё своё, сюда пожрать да выпить заходят. И то, когда денег есть. Так что патроны экзотического калибра, всё такое прочее — это возьму всегда. Чаю хочешь?