Всё, о чем мечтал (ЛП)

Я смотрю, как ее пальцы начинают двигаться, и чувствую, как они трутся о меня. Член набухает от потребности.
— Шон. — Ее веки тяжелеют, когда мой член туго растягивает ее.
— Ты произносишь мое имя, когда ласкаешь себя? Каково это, наконец-то чувствовать меня внутри? — Я двигаюсь совсем немного, не желая расставаться с ее объятиями.
Она выгибает спину, и я наклоняюсь, чтобы пососать ее тугой розовый сосок. Прикрываю рот рукой, когда Бейли ахает и ее тело дергается. Чувствую прилив теплой жидкости, покрывающей мой член, и пытаюсь заглушить собственные стоны, когда горячая сперма наполняет ее.
Дрожу, когда оргазм накатывает на меня, как приливная волна. У меня перехватывает дыхание, каждая часть моего тела напрягается, будто от удовольствия ударило током. Я никогда в жизни не испытывал ничего настолько сильного и невероятного.
Когда пик, наконец, начинает спадать, я в последний раз облизываю ее сосок и смотрю в сонные глаза. Бейли улыбается мне, влажные волосы прилипают ко лбу и щекам. Я возвращаюсь к ней за поцелуем, пока наши губы не соединяются. В этот раз всё медленнее, менее торопливо, и я начинаю двигаться в ней с большим контролем.
— Я чертовски сильно люблю тебя, — говорю я, убирая ее волосы с лица и целуя щеки. Невозможно перестать целовать ее. — Я хочу заниматься с тобой любовью всю ночь.
— Если это что-то подобное, не знаю, выживу ли я, — говорит Бейли, протягивая руку и касаясь моего лица.
— Я никогда не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Обещаю, — клянусь я, снова целуя ее в губы.
— Я знаю, — отвечает она.
Никогда не думал, что могу чувствовать подобное, что могу любить кого-то каждой частичкой своей души. Но если сегодняшняя ночь является показательной — у нас впереди долгая и счастливая жизнь.
  
Глава 10
 
Бейли
Я жду в фойе школы, когда Хейзел спустится вниз. Она будет так взволнована, когда я скажу, что взяла выходной, и мы собираемся удивить Шона на работе. Он запланировал для нас вечер свиданий, но мне хотелось сделать что-нибудь, чтобы хоть раз удивить его. Он всегда делает для нас с Хейзел много хорошего.
Последние несколько недель были сплошным блаженством. Я не знала, что могу быть так счастлива. Шон наполняет меня чем-то таким, о чем я даже не подозревала. Мало того, он обожает Хейзел, а она любит его. Он так легко вошел в нашу жизнь и теперь практически живет с нами. Каждый день после работы он ужинает с нами, помогает ухаживать за животными, а потом устраивается вечером смотреть фильм перед тем, как отправиться в постель.
Мое сердце трепещет при мысли о постели. То, что он делает с моим телом… Я не подозревала, что такое удовольствие вообще существует, но он напоминает мне об этом каждую ночь. Я чувствую невероятную близость с ним. С ума сойти, как быстро это произошло, но мне все равно. Я люблю его, и он любит меня. Я поглощена всем этим и хочу показать ему, как сильно мы его обожаем.
— Мы уходим раньше? — Я оборачиваюсь и вижу Хейзел, стоящую позади меня.
— Я подумала, что мы могли бы устроить Шону сюрприз на работе, — говорю я и смотрю, как она улыбается. Хейзел пропустит всего несколько часов в школе, и ей очень интересно, куда ходит Шон, когда его нет в нашем продуктовом магазине.
— Да! — взволнованно говорит она.
— Почему бы нам не забрать его с собой на ланч? Ты выбираешь. — Я хватаю ее за руку, когда мы выходим из школы и направляемся к машине.
— Я хочу картошку фри. — Она задумчиво постукивает пальцем по губам. — В «У Энни», тогда мы так же сможем купить жареных соленых огурцов.
— Хорошо, я сделаю заказ заранее. — Я достаю телефон, думая, что все отлично складывается. Кафе рядом с аптекой, и мне нужно забрать лекарства Хейзел. Сделав заказ, я отправляю Шону сообщение. Он еще не дал мне карту страховки для Хейзел, но сказал, что обо всем позаботился.
Он отвечает мгновенно.
Шон: Уже все улажено, детка. На самом деле, я забрал ее лекарства сегодня утром по дороге в офис.
 
Я: Можешь ли ты быть еще более совершенным?
Шон: Я буду таким, как ты захочешь.
Сердце трепещет, и я верю ему. Сегодня утром я упомянула, что мне нужно забрать лекарства, и, как всегда, Шон сделал это для меня. Он всегда пытается избавить меня от проблем.
Как в тот раз, когда мне пришлось уговаривать его не нанимать кого-то, чтобы он присматривал за всеми животными. Иногда с ними может быть тяжело, но, когда мы втроем занимаемся ими, это очень похоже на семейное времяпровождение. Когда я сказала ему об этом, он согласился, но уточнил: если животных станет больше, нам нужно будет задуматься об этом. Мы все еще сможем помогать, но было бы неплохо иметь кого-то, кто будет заниматься ими. Может, Шон и прав, но пока все идет хорошо.
— Когда вы с Шоном поженитесь, он будет моим братом? — спрашивает Хейзел, вырывая меня из моих мыслей.
— Да, но сначала он должен спросить меня.
Я вспоминаю тот день, когда он сказал полицейскому, что я его невеста. От этого простого слова у меня перехватило дыхание, и я так сильно хотела, чтобы это было правдой. С тех пор мы не говорили об этом, но я знаю, что еще слишком рано. Он просто сказал это, защищая меня и Хейзел.
— Хм, — только и говорит Хейзел. Я смотрю на нее и вижу, что она задумалась.
— А что бы ты подумала, если бы это случилось? Ты бы хотела, чтобы Шон жил с нами и был частью нашей семьи?
— Мы будем как три мушкетера. — Она смотрит на меня, все еще улыбаясь. — Думаю, это было бы прекрасно. Я же говорила, что он поможет с Сахарком. — Она напоминает мне комментарий, который сделала несколько недель назад, когда спросила меня о свиданиях и о том, считаю ли я мальчиков отвратительными. — Он спас Сахарок.
Боже, именно в тот день мы с Хейзел заключили сделку. Он покорил нас и показал, что готов ради нас на всё.
— Спас, — соглашаюсь я. Он и нас спас.
Очень скоро мы забираем еду и добираемся до офиса Шона в штаб-квартире корпорации. Я подхожу к стойке регистрации и улыбаюсь секретарю.
— Мы к Шону Риду, — говорю я ей, и она смотрит на нас поверх очков.
— У вас назначена встреча? Он сейчас на совещании. — Она что-то смотрит в компьютере, и я предполагаю, это для того, чтобы проверить его расписание.
— Но еда остынет, — говорит Хейзел рядом со мной.
— Нет, но мы можем подождать, — говорю я женщине.
— Я напишу ему, — вмешивается Хейзел. Она роется в моей сумочке и находит телефон.
— Но это испортит сюрприз, — напоминаю я.
— Могу я узнать ваши имена? — спрашивает секретарь.
— Я Бейли, а это Хейзел.
— О. — Женщина выпрямляется в кресле. — Я не знала. Простите, мисс Уэбб, проходите. Его кабинет в конце коридора. Вы не пропустите двойные двери. Вы можете подождать его там, если хотите.
— Спасибо, — говорю я и беру Хейзел за руку.
— Откуда она знает нашу фамилию? — громким шепотом спрашивает Хейзел.
— Вы находитесь в одобренном мистером Ридом списке. Вы можете проходить прямо в его кабинет, — отвечает женщина.
— И много в этом списке людей? — спрашивает Хейзел.
— Только вы и, конечно, его мама.
Хейзел надменно вздергивает подбородок. Мне приходится бороться со смехом, но я вроде как хочу сделать то же самое. Но держу себя в руках, когда мы идем по проходу между кабинками. Люди, работающие здесь, печатают на компьютерах или разговаривают по телефону. Некоторые из них оборачиваются, чтобы посмотреть, когда мы проходим мимо. Когда мы подходим к двойным дверям, Хейзел, не останавливаясь, входит, будто это ее собственный кабинет.
 
Я останавливаюсь и смотрю налево на стеклянную стену конференц-зала. Вокруг длинного стола сидят люди, а в конце стоит Шон и что-то говорит. Словно почувствовав меня, он оборачивается и, увидев, улыбается. Поворачивается к группе, и я вижу, что он их отпускает.