Когда пророчества сбываются (СИ)

* * *
Едва Елисей Голованов сквозь пургу, которая с новой силой мела вдоль главной улицы, вернулся в избу управы, как его помощник Игнатий доложил, выбежав в сени, что, пока старосты не было, в Дружковку прибыли важные гости. И находятся они в гостеприимном доме, расположенном у главного деревенского въезда. Пока староста ходил в часовню, оттуда прибегал сын хозяина, чтобы весть принести.
— Что еще за гости в такую погоду? Кто такие? Зачем приехали? — осведомился староста, снимая теплую одежду.
— Какие-то монахини. Не знаю, ради чего они явились. Наверное, к нашей матушке настоятельнице приехали по какому-то важному делу, — проговорил Игнат.
— Непонятно, что там за дело такое. Наверное, действительно, очень важное, раз в такую погоду в дальний путь женщины пуститься не побоялись. Но, Ксения ничего мне о приезде гостей не сказала. Впрочем, не удивлюсь, если специально скрыла, старая, что гостей ждет. Она же считает, что нас ее церковные дела не касаются, — пробормотал Елисей.
Помощник уточнил:
— Парень сказал, что с ними еще и охрана. Четыре всадницы на боевых медведях. И Федор Горелов, который гостеприимный дом содержит, не знает, что с этими зверюгами делать.
— Вот это да! Всадницы на медведях, говоришь? Ну, что ж, тогда я сам, пожалуй, пойду взгляну на такую диковинку! — воскликнул староста, надевая свой овчинный тулуп и шапку обратно.
Слышал, конечно, Елисей Голованов за свою жизнь разные слухи, что есть будто бы у церкви своя боевая гвардия, какие-то тайные ордена монашеские, противостоящие тьме. И там, вроде бы, из обычных хищных животных научились делать боевых, которые беспрекословно подчиняются всадникам. Рассказывали ему, например, про братство Возмездия, которое точно существует, и символ которого похож на заостренный с каждой стороны крест. Только неизвестно, есть ли в том братстве подобная медвежья кавалерия?
Само по себе это казалось Елисею очень странным. «Но, ведь имеется же у одного из деревенских казаков целый боевой тигр? Так почему же не быть и специально выведенным боевым медведям?» — рассуждал про себя староста. Вот только, что не всадники управляют подобной кавалерией, а всадницы, он вообще понятия не имел. Потому и сделалось ему очень любопытно. Вот и решил пойти проверить. Да и выяснить нужно было, как можно скорее, что же все это значит. Смутное подозрение закралось к Елисею, что не просто так это все. Права, наверное, Ксения, что беда идет. Предчувствия старосту тоже одолевали нехорошие. Сначала черта-морока мальчишка Илларионовых увидел. А теперь еще наведались без приглашения какие-то непонятные медвежьи наездницы с монахинями.
Гостеприимный дом, стоящий возле главного въезда в Дружковку, принадлежал семейству Гореловых. По сути, это была вторая изба, которую сначала, лет двести назад, построили по той причине, что семья у Гореловых сильно разрослась. Много детей родилось, да старшие подросли, заведя собственные семьи. Но потом, когда пришла падучая хворь, почти все в большой семье перемерли. И второй дом, построенный на участке в хорошие времена, остался пустым. Вот и решили оставшиеся в живых Гореловы селить в том доме проезжих купцов за плату. А их в летние месяцы по Длинному Тракту немало с караванами передвигалось между столичным городом Сибирском и портовым Моржовском, находящимся на целую тысячу верст севернее, на самом берегу Холодного океана.
Огромная страна Сибирь, что и говорить! Почти две тысячи верст с юга на север и почти полторы тысячи верст с запада на восток. А раньше, до Великой Войны, говорят, что была Сибирь еще больше, начинаясь от самых Уральских гор на западе и простираясь до Большого океана на востоке. Теперь же границы государства Сибирского пролегали по-другому, чем в древние времена. Да и эти границы чтобы восстановить потребовалось пережить множество междоусобных войн. Да и до сих пор они на разных концах страны иногда вспыхивали, да и соседи на границах не давали покоя. Об этом Елисей Голованов знал. Читать он умел, а умные старые книги, где сказано было про историю и географию родного края, достались ему от предков. Конечно, они, наверное, немного устарели. Но, в целом, в мире за последние двести лет вряд ли многое сильно поменялось. Во всяком случае, староста Дружковки очень надеялся на отсутствие плохих новостей, когда шел сквозь колючую метель к гостеприимному дому.
 
Гостевой караван расположился в просторном дворе Гореловых. И медведей в нем оказалось гораздо больше, чем ожидал староста. Сани на широких полозьях, оказывается, тащили еще четверо бурых хищников. Похоже, медведи в этом караване заменяли самых обыкновенных лошадей. И, что удивительно, они мирно сидели под большим навесом, установленным на прочных деревянных столбах, предназначенным для коней, и ели какое-то угощение из обычных корыт, не обращая никакого внимания на людей.
Впрочем, кроме двух девушек в коротких шубках, меховых шапках и теплых шерстяных юбках, задающих медведям корм, никого больше снаружи староста не увидел. Обе девушки были нездешние, молодые, стройные и приятной наружности. Они кормили своих медведей и поглаживали их, словно то были какие-то большие лохматые игрушки, а не свирепые хищники. Но, Елисей не мог понять, как такое возможно, если медведи, обычно, зимой спят в берлогах? Что-то совсем непонятное было во всем этом. Да еще и сани выглядели весьма необычно, напоминая формой, скорее, лодку, поставленную на полозья.
Не переставая удивляться, староста зашел внутрь гостеприимного дома и сразу же оказался лицом к лицу с незнакомкой. Высокая рыжеволосая женщина средних лет, одетая в меховой жилет из белого песца, надетый поверх длинного платья, связанного из выбеленной шерсти, неожиданно вышла ему навстречу, и внезапно сказала приятным голосом:
— А вот и сам деревенский староста пожаловал!
— Я не припомню, чтобы мы были знакомы, — пробормотал Елисей, немного смутившись оттого, что в женщине этой он сразу почувствовал власть.
Выражение ее красивого лица с высокими скулами, тонким носом, волевым подбородком и крупными зелеными глазами говорило о том, что она привыкла распоряжаться. А еще Голованов сразу заметил у нее на шее крест на цепочке. И то не был обычный крестильный нательный крестик, а довольно крупный золотой и витой, все четыре конца которого заканчивались наконечниками копий. И это сразу проясняло многое. Перед ним была одна из сестер таинственной церковной организации Огненный Крест Справедливого Возмездия. Или же просто Возмездия, как называли это в народе. Староста слышал, что сестры этого ордена стоят не только над духовной властью, но и над светской. И обладают они полномочиями покарать любого правителя во имя справедливости. А суд их, якобы, неподкупен. Потому, староста смиренно спросил:
— Не провинился ли я чем-нибудь перед вами, сударыня? Простите, не знаю, как вас величать?
— Я сестра Алевтина. И вы ни в чем не провинились. Мы прибыли сюда лишь потому, что получили сигнал об опасности проникновения тьмы с этого направления в самое ближайшее время. Ведь в наши обязанности входит и организация духовной обороны на местах от воинства Сатаны, — сказала женщина.
— Значит, нам действительно угрожает серьезная опасность? — спросил ошарашенный староста.
— Боюсь, что так, — кивнула сестра Возмездия.
— Да, не случайно мальчишка Илларионовых видел этого рогатого морока, — пробормотал Елисей.
— Этот морок всего лишь предвестник, вражеский лазутчик. За ним скоро придут другие, — сказала женщина в меховом жилете. Потом добавила:
— Где этот мальчик? Раз он увидел морока, значит, и сам он не совсем обычен. Ведь подобных тварей дано видеть не каждому. Я должна познакомиться с этим ребенком.
— Он уже не ребенок. Ему исполнилось шестнадцать. У нас в деревне дети взрослеют рано, — сказал староста.
— Не важно. Я обязательно должна услышать о мороке от самого свидетеля, — произнесла Алевтина тоном, не терпящим возражений.
  
Глава 5
 
Когда в дом Илларионовых прибежал Саша, тринадцатилетний сынишка Гореловых, передав, что Петю ждет в гостеприимном доме какая-то важная приезжая монахиня, чтобы расспросить его, Петя не знал, что и подумать. Хватило с него уже и того, что бабка Ксения сегодня расспрашивала. А тут еще какая-то монахиня приезжая, незнакомая. Но, не отказывать же в просьбе важной гостье? В Дружковке так не принято. Потому Петя, спросив позволения у отца, собрался и пошел на улицу вместе с Сашей.