Попаданцы в 1922 (СИ)

Следователь придвинулся ближе и невзначай положил ладонь на бедро Оксаны.
— Знаешь, Грета… а ты мне с первого взгляда понравилась… не только красивая, но и умная.
Оксана вежливо убрала руку коллеги с бедра и немного отодвинулась.
Маклаков откашлялся:
— Грета… я человек достаточно прямой. Разве ты не замечаешь, что я к тебе совсем неравнодушен?
— Вадим Иванович, мы просто коллеги по работе. У меня есть муж…
Следователь еще больше раскраснелся и неожиданно резко хлопнул ладонью по столу. С соседних столиков даже начали оборачиваться посетители.
— Забудь ты о своем бывшем муже! Он враг. Не просто враг, а идейный. Его взяли в белогвардейской банде и чудом не прихлопнули. Да и сидеть ему еще очень долго…
— Я точно знаю, что Олег не враг. Он просто случайно попал не в то место, и не в то время… стал жертвой обстоятельств.
— А хочешь… я помогу, организую вам свидание?
У Оксаны быстро забилось сердце.
— Это возможно?
Следователь налил водку в рюмку и залпом выпил, закусив нарезкой.
— Скажи, Грета… я тебе хоть немного нравлюсь?
— Вы отличный чекист и хороший друг, Вадим Иванович… но мое сердце принадлежит другому…
Следователь насупился:
— Знаешь… а я ведь могу очень круто изменить твою жизнь. И снова втоптать в грязь, несмотря на то, что ты недавно задержала опасного преступника.
«Какая он все же двоедушная скотина… — подумала Оксана. — И я хороша… пошла на это свидание… ведь знала, догадывалась, чем все закончится…»
— Так что, хочешь увидеться со своим благоверным? — вкрадчиво спросил Маклаков.
— Хочу.
— После ужина поедем в гостиницу «Москва»…
Оксана мгновенно все поняла. Она резко отодвинула тарелку и привстала.
— Спасибо за ужин и за увлекательный вечер, гражданин начальник.
Оксана развернулась и быстро направилась на выход из зала. Она забрала куртку в гардеробе, набросила и выскочила на улицу.
Вскоре Маклаков догнал Оксану. Он резко схватил ее за плечи и развернул. Сейчас он казался страшен. Его глаза горели бешенным огнем, а губы слегка дрожали.
— Дура ты! Знай! С завтрашнего дня твоя жизнь изменится. Скоро ты и сама окажешься в лагере и больше никогда. Слышишь? Никогда не увидишь своего муженька!
Оксана вырвалась и направилась дальше.
— Подстилка белогвардейская… — процедил сквозь зубы Маклаков.
Оксана вернулась в общежитие. Она приняла душ, разделась и легла в кровать. Конечно она обязана Маклакову, что он вытащил ее из тюрьмы и помог стать сотрудником ОГПУ. Но это не значит, что теперь она должна прыгать к нему в койку. Оксана точно знала, что Зоя уже была в постели со следователем, о чем подруга сама рассказывала. Однако сволочь Маклаков теперь и вправду может сильно испортить ее жизнь, оговорить и даже слепить поддельное уголовное дело… этот ублюдок злопамятен и способен на все…
Нужно срочно что-то придумать, сработать на опережение. Если она снова окажется в тюрьме, тогда уже точно никогда не вытащит Олега…
Утром Начальник Волокамского ОГПУ Дубровин внимательно прочитал служебную записку следователя Греты Ругер. Он печально вздохнул и нахмурился. Дубровин выглядел уставшим, хотя на часах только половина десятого.
— Следователь Маклаков — опытный сотрудник, горячо преданный делу революции. Что там между вами произошло я не знаю… но одно скажу. Я не хочу сейчас проводить никакое служебное расследование…
Дубровин строго посмотрел на Оксану.
— Вы же работаете у нас совсем недавно?
— Меньше месяца.
— Точно. Я вспомнил вас. Это вы задержали в Ростове бывшего милиционера Карташова…
— Да.
— Я только позавчера читал ваше личное дело. Вы действительно владеете английским и французским?
— Английским хорошо. Французским похуже, но свободно объясниться могу.
— Отлично. К тому же у вас неплохие результаты по стрельбе… — задумался Дубровин.
Оксана поняла, начальник явно что-то задумал.
— Я хочу отправить вас в Москву, на курсы. Примерно на неделю. А пока будете в командировке — я серьезно поговорю со следователем Маклаковым. Немного умерю его пыл…
 
Оксана выпорхнула из кабинета начальника ОГПУ, будто на крыльях, и в коридоре столкнулась с Маклаковым. Он тут же опустил взгляд и быстро прошел мимо.
Москва 1922 года напоминала большую деревню. Каменные дома, стоявшие вперемешку с деревянными халупами, булыжная мостовая… однако все равно чувствовалась столичная суетливость, в отличии от провинциального Волокамска. Даже на железнодорожном вокзале не протолкнуться. Одни пассажиры уезжали, другие прибывал в столицу, и все с невероятно громоздкими поклажами и тюками.
Оксану на платформе встретил высокий темноглазый брюнет:
— Вы следователь Ругер из Волокамска?
Оксана кивнула и брюнет заботливо подхватил ее сумку.
— Сильно устали с дороги?
— Выспалась на полгода вперед.
— Тогда сразу в Управление…
Здание, в котором находилось Московское управление ОГПУ оказалось невероятно огромным, со строжайшей пропускной системой. Брюнет привел Оксану в большой кабинет с высокими потолками и сразу удалился. Оксана заметила в углу, возле картотечного шкафчика, невысокого худощавого человека с жидкими волосенками на маленькой голове. Человечек кивнул на стул:
— Присаживайтесь…
Оксана осторожно присела.
Хозяин кабинета нашел в нижнем ящике небольшую папку и подошел к столу. У него была удивительная внешность. Совершенно незапоминающаяся. Да и на вид мужчине можно было дать хоть тридцать, хоть сорок пять лет.
— Андрей Викторович Жилин. Комиссар контрразведки, — представился хозяин кабинета.
— Младший следователь Волокамского ОГПУ Грета Ругер.
Комиссар усмехнулся:
— Бывшая графиня Екатерина Володарская. Я достаточно про вас знаю. Рад, что вы приняли верное решение и встали на сторону Советской Власти.
Комиссар раскрыл папку и выложил перед Оксаной несколько фотографий. На дореволюционном фото, среди разодетых господ и дам, Оксана узнала прабабушку Екатерину.
Комиссар Жилин показал на усатого господина в черном пальто.
— Знакомая личность?
Оксана пожала плечами.
— Да ладно… не прикидывайтесь. Это вам совсем не идет. Ваш бывший поклонник, полковник Балашов. В марте 1920 года смылся в Париж, при отступлении Крымского белогвардейского корпуса. Теперь ведет за границей активную антисоветскую деятельность. Причем довольно бурную. Всерьез планирует собрать Великую Освободительную Армию и вторгнуться на территорию Советской Республики. Как докладывает наша контрразведка — Балашов пользуется огромным успехом у бывших российских офицеров за рубежом, его многие поддерживают… причем не только во Франции.
— Я уже начинаю догадываться зачем меня вызвали в Москву… — кивнула Оксана.
— Изначально вас действительно вызвали на Курсы. Но обстоятельства резко изменились, когда я узнал, что хорошая знакомая полковника Балашова сейчас служит в Волокамском ЧК, причем совсем недавно… Грета, для всех коллег вы действительно на курсах, но на самом деле вам придется съездить в командировку за границу.
— За границу?
— Мы приняли решение ликвидировать Балашова. Слишком много на нем завязано. Но у полковника хорошая охрана. Настоящие спецы. К нему очень трудно подобраться. Думаю вам будет проще это сделать, как его старой знакомой…
— Значит именно я должна ликвидировать Балашова?
— Да. Но не просто ликвидировать. Это должно стать настоящей акцией. Желательно, чтобы все произошло в людном месте, например, в ресторане. Враги революции должны знать, что мы достанем их в любом месте. Хоть в Париже, хоть в Лондоне или Буэнос-Айрисе… Это должно стать очень громким делом.
«Ну вот… — подумала Оксана. — теперь из меня готовят настоящего киллера… как же низко я пала…»
Она опустила глаза.
— Вы не должны сомневаться, потому что вы настоящий чекист и уже доказали это на деле. Мы только начали выбираться из разрухи после Гражданской войны. Погибли сотни тысяч наших соотечественников… А Балашов снова планирует разжечь войну. Ликвидировав бывшего белогвардейского полковника и главаря-антисоветчика — вы спасете миллионы…