Синдром разбитых коленок (СИ)
Репин усмехнулся.
─ А ты недобрый, брат. Так о девушке отзываться.
─ Не добрый? ─ Игнат сжал кулаки. ─ Да на ней клейма негде ставить. Впрочем, я и сам пользовался её услугами, так что знаю, о чём говорю. Итак, мадемуазель Бражкина имела странные склонности. Как это теперь называется? БДСМ? Словом, она и затащила меня в клуб «Подкоп». Плясать предстояло оттуда. Если ты бегло просмотрел полицейские отчёты, то обратил внимание, что у всех погибших имелись следы от наручников и раны, нанесённые предметом, похожим на ремень или плеть. Скажи, у тебя остались вопросы, почему я пришёл в клуб для садо-маз?
─ Вопросы остались. Ты это… сам-то как? Ну, пробовал, как они?
─ Я нормальный, Питон. Нор-маль-ный. Но я пробовал. И это мне не понравилось. А как, по-твоему, я мог стать своим среди них?
Репин кашлянул.
─ Прости. А дальше?
─ А дальше посыпались приглашения на сессии, на показы и на тематические вечеринки. Я высматривал тех самых рабынь, тех, кто здесь недобровольно, но так и не нашёл, пока не попал в «Кению».
─ Кения ─ родина слонов.
─ Вот-вот. Именно там проводятся аукционы. И знаешь, кто были лотами?
─ Догадываюсь. Юные прелестницы.
Тулинов помрачнел.
─ Не знаю, как их заставили, угрозами или наркотиками, но никто из них не выражал своего неудовольствия, пока их лапали и осматривали, как скот.
─ Значит, ты пошёл по ложному следу?
─ Не скажи. ─ Тулинов усмехнулся. ─ Меня заинтересовал один персонаж. Он приобрёл двух рабынь, похожих друг на друга, как две капли воды. Всеми правдами и неправдами я проник на второй аукцион. И снова он. На этот раз с ним ушли три девушки одного типажа. То же повторилось и в третий раз. Мне показалось, что он работает под заказ. Вот посуди, некто хочет заполучить голубоглазую брюнетку с грудью третьего размера и ростом не ниже ста семидесяти сантиметров. Но девочка должна прибыть к хозяину дрессированной, сговорчивой. Посредник берёт двух-трёх и выбирает ту, единственную, согласную на всё.
─ А остальных в расход?
─ Не знаю. Возможно, перепродаёт или забавляется сам, возможно, везёт весь хоровод. Это неважно. Тут можно думать и предполагать всё, что угодно, вот только ответа мы не найдём. Просто моя интуиция подсказала, что нужно разрабатывать именно его, посредника.
Репин задумался.
─ Чую, в этой истории замешаны немалые деньги и влиятельные люди. Вот только не говори, что ты полез дальше сам, без прикрытия.
Тулинов кивнул.
─ Полез. И ты прав, насчёт сильных мира сего. Алибек Валлав Талиби. Думаю, тебе ни о чём не говорит это имя. А вот Муртазу Джабала Суинди ты, думаю, помнишь.
Питон побледнел.
─ Гюрза! Человек, развязавший ни одну локальную войну.
─ Вот-вот. Но сейчас с войнами туговато. Крупные державы разыгрывают крупные карты. И переворот в какой-нибудь африканской стране уже мало кого волнует. Муртаза занялся новым бизнесом. И этот бизнес не сравним ни с войнами, ни с переворотами.
─ Давай, не томи. ─ Макс ёрзал от нетерпения. Проклятый Гюрза, за которым они охотились, воюя в Легионе, словно растворился в горячем воздухе джунглей. Ходили слухи, что он погиб. А вот сейчас это имя вновь всплыло, воскрешая кошмарные воспоминания.
─ Мне удалось выяснить, Али, верный пёс Гюрзы, имеет связи в Китае. Возможно, он и предложил хозяину то, что Муртаза поставил на поток. Торговля человечиной.
Питон почувствовал, что волосы на его голове зашевелились. Он мог предположить, что угодно, но только не это.
─ А теперь слушай внимательно, Макс. Каннибализм ─ не выдумки. Это реальность. В некоторых ресторанах Китая можно заказать суп из младенцев или эмбрионов. Ходят слухи, что такой суп поднимает тонус и жизненные силы, усиливает потенцию. В перенаселённом Китае справлялись, что называется, своими силами. Многие беременные женщины специально вызывали искусственные роды, чтобы получить деньги за младенцев. Но несколько лет назад людоедство вышло за пределы Поднебесной. В Европе и в Америке начали открываться подобные рестораны, где люди с нарушенной психикой заказывали супы и поджарку из человеческих детёнышей.
─ Хватит! ─ Репин схватился за горло, пытаясь подавить приступ тошноты. ─ Я не могу это слушать.
─ А придётся. Мне удалось накопать на Али столько компромата, что ему хватит на сотню пожизненных. Он-то и сам содержал подобные рестораны. Но, как известно, спрос рождает предложение. Как оказалось, ни эмбрионы, ни плаценту нельзя замораживать. Поэтому, Муртаза завёл свою ферму. Перед прерыванием беременности женщину доставляют в нужную точку земного шара и уже там…
Репина мутило. Подойдя к окну, он пытался выровнять дыхание.
─ Это ещё не всё. Гюрза пошёл дальше. Теперь гурманы могли заказать не просто человечину, а ту, что содержит определённый генетический материал. Помнишь, почему аборигены съели Кука?
─ Да заткнись уже!
─ Я-то заткнусь, Питон, но проблема сама собой не рассосётся.
Репин отдышался и вновь опустился в кресло.
─ Прости, брат. Я готов слушать дальше.
Игнат вздохнул.
─ Дальше я нашёл человека, который когда-то работал на Муртазу. Врач-генетик. Зачатья проводились искусственным путём. Знаешь, некоторые покупатели хотели, чтобы у эмбриона, поданного в супе, были голубые глаза, а некоторым казалось важным, чтоб цвет волос оставался рыжим. Не спрашивай, почему. Самому тошно. Так вот, тот врач, с позволения сказать, умирал. Тяжёлая неизлечимая болезнь, а перед смертью, видимо, захотел очистить душу своей исповедью. Но и это не всё. Он передал мне запись, сделанную на всякий случай, в целях собственной безопасности. Там и Али засветился. А кроме этих двоих подонков ещё один. Но запись я видел мельком, третий мужик в тени стоял. Так что я его не разглядел.
Репин развёл руками.
─ Какие проблемы, капрал? Отдадим фильмец пацанам, они по молекулам, по милликадрикам его разложат. Завтра узнаем, кто ещё вхож в бизнес. Накроем тварей без суда и следствия. Ты же не думаешь в полицию их сдавать?
Тулинов задумался.
─ Пожалуй, нет. Но вчетвером мы не справимся.
─ Ещё как справимся. В первый раз, что ли? ─ глаза Питона полыхали нехорошим огоньком. Игнат надеялся, что гражданка охладит парней, ан, нет.
─ Хорошо. Но нужно всё продумать. Не знаю, когда начнём операцию, ведь мы так и не занялись поисками того, кто заказал мою семью и родных Насти. Девочка всё ещё находится в опасности. Легенда хлипкая, хлипкая до такой степени, что не выдержит первой же проверки.
Репин кивнул.
─ Ты прав. Придётся работать сразу в двух направлениях А чего нового в командировке узнал? Информацию проверял?
─ Лучше бы не проверял. Ты уверен, что хочешь знать всё, до конца?
Питон тяжело вздохнул и махнул рукой.
─ Тогда слушай. Если честно, у меня просто в голове не укладывалось, что людоедство существует. Копать долго не пришлось. Я полетел в Китай. Фошань. Провинция Гуандун. Небольшой частный ресторан. Меня сопровождал один знакомый, Гвен Ли. Он работает в Пекине под прикрытием и разрабатывает именно это дело. Он согласился помочь. Гвен сделал заказ, но к моему счастью, свежих младенцев не было. Не было и плаценты. Нас успокоили, мол, очень скоро одна приезжая пара, решившая подзаработать, продаст двойню. Женщина находилась на шестом месяце беременности и согласилась сделать её прерывание. Брать эмбрионы или же плоды про запас не имело смысла. При заморозке мясо теряло вкусовые качества. Дале мы отправились в г. Тайшань. Нашли нужный ресторан. И вот там мне удалось проникнуть на кухню. ─ Тулинов помолчал. ─ И там я в первый раз своими глазами увидел то, о чём слышал. На разделочном столе лежал маленький труп младенца. Питон! Ты представляешь, их варят целиком, а потрошат уже за столом.
Макс выбежал из кабинета и помчался вниз. Его желудок выворачивался наизнанку. Прошедший несколько войн солдат, не мог принять открывшейся правды.
Игнат понимал друга. Те же позывы он испытал там, в Китае, когда Гвен Ли выводил его, чуть живого, на свежий воздух. «Хорошо, фотки Питону не показал!» Подойдя к шкафу, Тулинов вытащил папку и вложил в неё новую улику, ежемесячный журнал Гонконга «Next Magazine», где была опубликована статья, в которой рассказывалось о том, что мертвые младенцы и эмбрионы являются самым ценным деликатесом. Тут также описывались все подробности их хранения и приготовления.