Синдром разбитых коленок (СИ)
Выглянув в коридор, я улыбнулась. На стенах горели ночники. Теперь мне не нужно красться в кромешной темноте, словно испуганному воришке. Я сделала несколько шагов и услышала разговор за соседней дверью. Пришлось остановиться. Обойти комнату, где обосновалась Елена, не представлялось возможным. Вернуться к себе или идти дальше? Если меня засекут у приоткрытой двери, обязательно решат, что я подслушиваю. А мне это и не надо вовсе. Мне вот всё равно, о чём эксцентричная особа беседует с мужчиной моей мечты. Мне наплевать, чем они там занимаются.
Я очнулась у входа в золотые апартаменты, прильнула к узкой щели и прикрыла рот ладошкой. Вот это роскошь! Мягкий свет пробивался сквозь стены, покрытые желтовато-розовым искусственным камнем. У нас дома именно таким был выложен камин. А тут целая пещера Али-Бабы. Занавески из воздушной органзы и огромные вазы, расставленные в углах, наводили на мысли о загадочном Востоке. Возможно, именно в такой комнате Шахерезада рассказывала сказки жестокому Султану тысячу и одну ночь. А вот и Султан.
Игнат лежал на огромной кровати, закинув руки за голову. Он был совершенно голым. В неярком свете загорелая кожа казалась бронзовой. Нет, я догадывалась, что под той самой кожей находится довольно мощный мышечный каркас, но та-акой и представить не могла. Идеальное тело! Сразу захотелось записаться в спортзал, накачать животик и укрепить попку. Я уже представила себя на этой кровати рядом с красавцем-атлетом, как… Да. Всё испортила Елена. Усевшись на шёлковую простыню, она капризно сморщила носик и пропела:
─ Нэт! Я всё поняла. Ты стал импотентом. Если такая женщина, как я, не возбуждает твой организм, выход один ─ отдаться докторам.
Игнат перевернулся на бок и укрылся покрывалом.
─ Ты уговорила меня просто переночевать с тобой. И я пошёл на это, памятуя о твоей боязни темноты. Но о сексе уговора не было.
Барби подсела ближе и запустила тонкую ручку под золотистую ткань.
─ О нет! Раньше твой малыш вставал, стоило тебе увидеть меня. А теперь… теперь он не подаёт признаков жизни даже при прикосновении.
Тулинов дёрнулся.
─ Отстань. Оставь мой член в покое. Считай, он спит. Я тоже спать хочу.
Если бы мне сказали отстать, я не только бы отстала, я бы больше не взглянула в сторону такого парня. Но Елена не сдавалась.
─ Давай попробую ртом.
Меня передёрнуло. Подавив рвотный рефлекс, я ждала развития событий.
─ Ты забыла русский язык? Мне вставать через пять часов. Спи, или я пойду к себе.
Барби оживилась.
─ Пойдём к тебе. Ты прикуёшь меня к своей кровати и…
─ Тише. ─ Игнат оборвал пошлячку. ─ За стенкой ребёнок спит.
Ребёнок? Я давно перестала быть ребёнком. Гибель родителей поставила огромный крест и на моём беззаботном детстве, и на безоблачной, полной надежд юности.
─ Ребёнок? ─ взвизгнула Елена.─ Да этот ребёнок всё знает и всё умеет лучше меня. Думаю, она давно перестала быть такой невинной, какой ты стараешься её выставить.
─ Заткнись!
─ А!─ красотку понесло. ─ Я поняла. Возможно, тебе хочется юного тела? Тогда договорись со своей дочуркой. Она подгонит малолетних подруг, таких же потаскушек, как она.
Тулинов взревел, вскочил с кровати и кинулся вон из пещеры Али-Бабы. Я успела вжаться в стену. Хвала богам! Чудом не слетевшая с петель дверь укрыла меня от гнева хозяина дома. Когда громкие шаги стихли наверху, я попятилась и проскользнула в своё убежище. Повалившись на кровать, приказала себе никогда не вспоминать то, что видела пару минут назад.
Глава 5
Мне снилось, что я нахожусь дома, в своей комнате. Где-то хлопнула дверь. Наверное, отец уже ушёл. Запах Галюсиных пирогов приятно щекотал ноздри. Настало время просыпаться, но я бессознательно пыталась оттянуть пробуждение, надеясь, что вот-вот войдёт мама и проведёт тёплой нежной ладонью по моим волосам.
Тихие шаги. Тёплая ладонь. Нет, не мамина. Она шире и не такая нежная, с мозолями и шероховатостями. Осознав, что уже проснулась, я всё ещё лежала в той же позе, крепко сжав веки. Рука переместилась с волос на мою щёку, а затем кожу обожгло горячее дыхание, и я почувствовала на губах вкус поцелуя.
Что это было? Дверь бесшумно закрылась. Я села в кровати и приложила палец к губам. Явь, похожая на сон? Сон, похожий на явь? Запах дорогого одеколона ещё витал в моей комнате, подтверждая, что всего мгновение назад тут находился мужчина.
Я подошла к окну и отодвинула штору. Огромный крокодил покидал особняк, выруливая на узкую улицу. Значит, Игнат вот так попрощался со мной.
Тяжело вздохнув, я натянула шорты и спустилась в столовую.
О нет! Утро, которое началось с новых надежд и ощущений, не могло подложить тощую размалёванную свинью в виде проклятой Елены. Я тихонько заскулила, но прошла вперёд. Мадам Бражкина сидела за столом, вся в тюли и перьях, и потягивала молочный коктейль. Чего это ей не спится? Тайные мечты, что мы не столкнёмся в стенах огромного дома, рухнули в одночасье. Я напряглась и постаралась вспомнить, что являюсь воспитанной девушкой из приличной семьи.
─ Доброе утро.
Барби скривилась.
─ Кому как.
Я села на стул Игната, подчёркивая, что имею на этот дом, как и на его хозяина, определённые права, и улыбнулась Жаклин.
─ Чай, мадемуазель?
─ Если можно.
Через мгновение передо мной появилась чашка цейлонского напитка, молочник со сливками и целое блюдо ароматных круассанов.
─ Если вам, девушки, ничего не нужно, я отлучусь ненадолго. Скоро привезут овощи.
Да. Нам тоже возили на дом парное молоко, румяные помидоры, хрустящие огурчики и молодую зелень из соседней деревеньки.
─ Ты мне не нравишься. ─ Когда дверь за домоправительницей закрылась, Елена отодвинула высокий стакан и уставилась на меня рыбьими глазами. Почему-то сейчас они казались абсолютно бесцветными. Линзы! Да она же просто носила яркие голубые линзы! А сегодня забыла их надеть.
─ Кажется, Вы глазки в спальне оставили.
Барби захлопала длинными ресницами и покраснела.
─ Не твоё дело.
В десяточку! Мне не было никакого дела до того, как выглядело проселиконенное существо. Если бы кто-то вернул женщине первозданный вид, она бы замыкала строй невзрачных, обычных и заурядных. Но то, как потрудились над ней работники модной индустрии, заслуживало аплодисментов.
─ Мне безразлично, как Вы ко мне относитесь, тётенька.
─ Тётенька? ─ Барби перешла на визг. ─ Какая я тебе тётенька? Мне только двадцать три.
Я усмехнулась.
─ Двадцать три? А выглядите на тридцать два.
Елену затрясло. Вскочив из-за стола, чудо в перьях опрокинуло недопитый стакан и помчалось наверх.
─ Поссорились? ─ Жаклин вошла в столовую, отряхивая фартук.
Я пожала плечами.
─ Вот ещё. Нервная система у старушки ни к чёрту.
Домоправительница присела у окна и тяжело вздохнула.
─ Будь с ней осторожнее. Елена барышня мстительная. Змея, не иначе. Вот только не знаешь, когда укусит.
Налив стакан воды, я осушила его залпом.
─ Ничего, прорвёмся.
Слоняться из угла в угол мне порядком надоело. Ныть и стенать я больше не хотела. Чётко понимая, что это не воскресит моих родителей и не вернёт прежнюю жизнь, решила действовать. Полагаться оставалось только на себя. Я и представить не могла, что творилось в голове Игната, но он произвёл впечатление парня роскошного, преуспевающего, но нерешительного и изнеженного. Чего он хотел? Сбежать на острова и жить там счастливо лет двести? О! Это так по-мужски! К чему искать убийцу, тратить силы, нервы и деньги, если можно попросту спастись позорным бегством? Я бы даже не удивилась, если б после похорон он так и сделал. Что он сказал? В России у него есть друзья? Ах, я даже представляла тех самых друзей, таких же лощёных адвокатов, докторов или экономистов.
Немного поразмыслив, вышла в коридор. Жаклин суетилась внизу, передвигая кресла, а Барби, как сквозь землю провалилась. В тайне я надеялась, что она пошла топиться в ванну или приняла порцию крысиного яда. Впрочем, через пару минут я забыла о скверной особе. На цыпочках, чётко следя за тем, чтобы ни одна половица не скрипнула, я поднялась в мансарду и остановилась у запертой двери. И что дальше? О чём я думала, придя сюда? Порывшись в карманах, нашла шпильку. Да, когда мои косы закрывали задницу, такие предметы валялись везде. Как же это делается?