Госпожа Удача (ЛП)
Лекси, повернувшись в его сторону, склонила к нему голову, но даже в профиль было видно, как широко она улыбается, прижимаясь носом к его подбородку, пока он наполнял бокалы шампанским, стоявшие на столе перед ними. Она обвила руку вокруг его талии, а он обнимал ее за плечи, его голова была слегка повернута к ней и опущена, глаза закрыты, и он вспомнил, о чем думал с закрытыми глазами. Лекси прижалась к нему, он ощущал ее сиськи, вдыхал аромат ее волос и духов, зная, что она улыбается, потому что только что смеялась. Ему казалось, что в него что-то ударило, так сильно, что это было чертовски безумно.
Он думал, что не возражает против времени, проведенного в неволе, потому что, выйдя, обрел все это.
Уставившись на экран, Уокер вспомнил, как она сидела в кабинке после того, как официантка вернула камеру, — наклонив голову, рассматривая отснятые фотографии и бормоча: «Нужно еще одно фото. Каминная полка выглядит пустой».
Ее бормотание доказало, что он прав. Она превращала его дом, в их, потому что у нее тоже никогда не было дома, и она намеревалась продолжить.
Выключив камеру, Тай положил ее на комод. Затем присоединился к Лекси в постели, прижавшись к ее спине, обнял и притянул ближе. Он поступал так каждую ночь с тех пор, как попытался довериться ей и сделал их ими. И как каждую ночь, во сне, она прижималась ближе, и он знал, что она останется в его объятиях, потому что каждое утро с тех пор, как они стали собой, он просыпался рядом с женой, тесно прижимавшейся к его телу.
И каждую ночь, с тех пор, как они стали собой, он засыпал, вдыхая запах ее волос, а не забитого мужиками исправительного учреждения, чувствуя ее тело, плотно прижатое к нему, а не грубые простыни, ощущая прохладный воздух, а не адскую жару, и видя лунный свет, сияющий сквозь огромные окна, а не маленькие отверстия, закрытые решетками.
Но в эту ночь он засыпал, думая, насколько это безумно, чертовски безумно, но это было правдой.
Он не возражал против того времени, что провел в тюрьме, когда оно означало, что он выйдет к Лекси.
Глава 11
Жизнь, наполненная светом
— Детка.
Подняв глаза на зов Тая, я увидела его в проеме стеклянной двери на передней веранде, он держался за ручку, и лицо у него было довольно странным.
Было воскресенье, через полторы недели после того, как я получила работу, и мы это отпраздновали, и в эти полторы недели я приложила массу усилий, чтобы отвлечь Тая от его грандиозного плана мести.
И, насколько я видела, мне это удавалось.
В основном с помощью секса.
Но (увы) мы не могли заниматься сексом каждую минуту, нам нужно было работать и принимать пищу, поэтому мне пришлось подойти к вопросу творчески.
И этому творчеству помогла Лори, когда пришла в салон на стрижку и покраску. Пока она ждала, чтобы Доминик закончил с клиентом, я поделилась с ней своими планами, относительно озеленения веранды, но отсутствием опыта, поскольку всю свою взрослую жизнь прожила в квартире, однако сумела сохранить комнатное растение живым в течение нескольких лет, так что, пусть мне не хватало знаний, но у меня была надежда. В свою очередь, Лори поделилась, что Бетти, которая вместе с Недом владела отелем «Карнэл», обустроила на его территорий роскошные цветочные клумбы.
Усевшись в кресло Доминика она позвонила Бетти, и примерно через семь секунд та вошла в двери «Карнэл Спа», чтобы прочитать мне очень длинную, но дружескую лекцию о том, как продлить жизнь растениям на открытом воздухе в горах Колорадо.
Я делала заметки.
Целых три страницы.
Кстати «Спа» Доминика, на самом деле был просто парикмахерской, где делали маникюр и педикюр. Но парень Доминика, Дэниэл, обустроил в задней части здания пару комнат, в надежде расширить спектр услуг по уходу за лицом и массажу.
— Если байкерским крошкам в этом чертовом городе нужен массаж и уход за лицом, — сказал он. — Я был ошеломлен, узнав, что эти сучки делают маникюр и педикюр. Я живу среди них уже много лет, но все еще их не понимаю. Конечно, им хочется почистить перышки, но наводить полный марафет? Э-э… нет. Когда твой мужчина не удосуживается бриться или стричься, полагаю, кому захочется делать французский педикюр. Но не успел я открыть салон, как эти байкерские сучки набежали со всех сторон. Словно по щелчку. Может, я и обломаюсь с косметическими процедурами, и в ближайшее время они не будут пользоваться большим спросом, но никогда не узнаешь, пока не попробуешь.
Платили мне, кстати, хреново, но Доминик бился в истерике от счастья, работа полностью исключала стресс, и зарплаты хватало на покрытие расходов на бензин, чтобы добраться до салона и по своим делам, а в «Карнэл Спа» я перезнакомилась с половиной города (его женской половиной), и мне предоставлялся бесплатный маникюр и педикюр и прическа от парня Доминика. А так как он был мастером своего дела, и бесплатный маникюр и педикюр меня устраивал, я считала, что у меня потрясающая работа.
Поэтому, заручившись наставлениями Бетти, как только Тай вернулся домой в субботу днем, я набросилась на него, объявив:
— По субботам садовый центр открыт до восьми.
На это Тай рассеянно ответил, склонив голову к телефону и водя большим пальцем по экрану, посылая кому-то сообщение:
— Езжай, мамочка, мне нужно кое-что сделать.
Не то, что бы мы были неразлучны, но если Тай не работал, он не многим занимался без моего участия, и я подозревала, что сейчас речь шла о делах, связанных с местью.
Я стала быстро соображать, потом тихо позвала его по имени.
Он поднял голову и повернулся ко мне.
— Я… э-э… думала о э-м… деньгах, которые ты мне должен, — начала я.
Вот тут я увидела, как он напрягся всем телом.
Поэтому быстро продолжила:
— Я решила… потратить их на общее дело.
Конечно же, я лгала, так как была взволнована своей миссией — сорвать ему дело, но, надо сказать, я считала эту ложь достойной его спасения.
Я испытала чувство вины, когда Тай моргнул, затем его глаза вспыхнули, он повернулся и пошел ко мне с определенным намерением и милым и горячим выражением лица, поэтому я подняла руку, и он остановился.
— За вычетом цветов и мебели, — добавила я. — Я люблю пить кофе по утрам, наслаждаясь видом, и предпочла бы делать это, не стоя у перил.
В его ответе был весь Тай. Сама быстрота и щедрость.
— Лекс, я дам тебе денег и ты купишь все, что хочешь.
Такое в мои планы не входило.
Поэтому я начала выкручиваться.
— Я хочу, чтобы ты помог мне выбрать мебель. Она ведь будет и твоей тоже, и она должна быть такой, какой хочешь и ты. Я пожертвую остатки, если ты поедешь со мной. Договорились?
Он долго смотрел мне в глаза, пока я старалась выглядеть самой невинностью, затем сказал:
— Договорились.
Я широко ему улыбнулась. Он улыбнулся мне. Затем склонился над телефоном, продолжая скользить большим пальцем по экрану. Тай поехал со мной и не притрагивался к телефону ни в тот день, ни на следующий.
Потому что в садовом центре, где также продавалась потрясающая мебель для веранды, я потеряла голову. Мебель выглядела настолько круто, что даже Тай подключился в процесс выбора, и именно он переборщил.
Итак, мы направлялись домой в «Крузере» набитом поддонами с растениями, мешками с почвой, катушками шлангов и десятью огромными горшками, — четырьмя терракотовыми (для передней веранды), четырьмя бирюзовыми (для кухонной веранды, а также верхней и нижней наружных лестниц) и двумя пурпурно-серыми (для веранды со стороны спальни), — а также ящиком для кухонного окна.
Для кухонной веранды мы также приобрели круглый металлический стол с четырьмя широкими стульями с бирюзовыми подушечками и зонтиком в тон. Еще мы купили самую крутую, самую потрясающую мебель для передней веранды — мягкое, округлое, огромное кресло, куда поместятся двое, из водонепроницаемого каучука цвета соломы, с длинной плетеной подставкой для ног, которая встраивалась в кресло, образуя большое овальное сидение, похожее на раковину, и кресло и подставка шли в комплекте с толстыми подушками песочного цвета на сидениях и большими квадратными подушками для спинки кресла. Это мы хотели поставить в одном конце, а в другом — два одинаковых плетеных кресла с высокими спинками, которые разделит низкий, похожий на пузырь, стеклянный стол. Для веранды рядом со спальней мы взяли большой овальный каучуковый шезлонг, — на самом деле, представляющий собой кресло и пуфик, сдвинутые вместе, — достаточно большой, чтобы уместились двое, даже если один из этих двоих — Тай. Шезлонг шел с темно-серыми, объемными подушками и такого же цвета овальным столом с керамической столешницей. Что делало его еще более потрясающим, — к нему был прикреплен светло-серый брезентовый полог, который можно регулировать в зависимости от интенсивности солнечных лучей или уединения, которого вам бы хотелось.