Рискуй, если любишь

Валери прыснула.
— Кларисса — наша ровесница!
— Да, но вечеринки она устраивает с пяти лет! Хорошо помню, как мама охотилась за приглашениями на детские праздники, которые проходили в доме Клариссы. Мне так и не удалось побывать ни на одном из них.
— Я бы взяла тебя с собой, но приглашение на одну персону.
— Ты уже вписала туда свое имя?
— Еще нет. Я не решаюсь.
— В таком случае я у тебя его выкраду, — совершенно серьезно сказала Шарлотта. — Душу продам за этот кусок картона.
— Я положила его в сейф, извини.
— Ну зачем тебе вечеринка у Клариссы? Ты и так счастливейшая из женщин. А вот мне просто необходимо попасть в общество суперснобов. Представляешь, сколько там моих потенциальных клиентов?
— Прости, Шарлотта, я тебя очень люблю, но приглашение не отдам ни за какие коврижки.
— Я куплю его у тебя за триста тысяч.
— На моем банковском счете — четыре миллиона, — скучающим тоном произнесла Валери, рассматривая ногти на руке. — Зачем мне твои жалкие триста тысяч?
— Ты плохая подруга, — вздохнула Шарлотта, откидываясь на спинку кресла.
— Смирись. Кстати, мне будет нужна твоя помощь.
— Наглости твоей нет предела.
— Походишь со мной по магазинам? — пропустив мимо ушей последнюю фразу подруги, спросила Валери. — Мне необходимо новое платье.
— Что бы ты ни надела, наряд Клариссы все равно будет лучше и дороже.
— Я не гонюсь за вычурностью и дороговизной. Платье должно мне идти — это все, что от него требуется.
— Я помогу тебе выбрать наряд, так и быть, — согласилась Шарлотта. — Только обещай мне, что расскажешь в подробностях о вечеринке. Кто во что был одет, кто что говорил, какого цвета были тени на веках Клариссы…
— Если нужно, я даже загляну ей под юбку.
— Тебя неправильно поймут, и ты опозоришься.
— Зато прославлюсь на весь свет.
— Скорее ославишься. Когда идем тратить деньги?
— Прямо сейчас. — Валери потерла виски. — Пятый день сижу дома, у меня уже голова болит от однообразия и скуки. Сегодня утром мне пришлось беседовать с тремя претендентами на должность дворецкого. Все они гораздо хуже предыдущего. Я уже начинаю жалеть, что его уволила.
— Так возьми его обратно. Уверена, он еще не скоро найдет себе новую работу.
— Вот еще! Я никогда не иду на попятный. Он серьезно провинился. Дай я слабину — слуги сядут мне на шею.
— Верно. Как-то я застукала горничную в объятиях садовника и не отругала ее. И она до такой степени осмелела, что однажды затащила своего любовника в винный погреб. Вместо того чтобы заняться сексом, они распили бутылку мерло урожая тысяча девятьсот семьдесят шестого года, которую я собиралась откупорить по случаю получения самого крупного гонорара за всю мою практику. Когда я обнаружила пустую бутылку, которую они даже не соизволили убрать из погреба, я впала в ярость. Горничная очень быстро призналась, что это именно она совершила преступление. Я, разумеется, уволила и ее, и садовника. И с тех пор очень строго отношусь к своим слугам. Они у меня по струнке ходят.
— Наверное, они нас ненавидят всей душой, — задумчиво произнесла Валери.
— Разумеется, ненавидят! И страшно завидуют. Что поделать: всегда будет существовать разделение по социальным классам. Что говорить о каких-то там слугах, когда даже в высшем обществе нет однородности. К примеру, мы никогда не будем ровней Клариссе.
— Пойду переоденусь. — Валери встала с кресла и потянулась. — Мне понадобится минут двадцать, не больше. Выпей пока кофе и подумай, куда мы могли бы поехать за платьем.
— Только к Рудольфо! — Шарлотта назвала имя самого известного в городе модельера. — На прошлой неделе он открыл новый бутик. Там такие цены, что не каждый рискнет купить себе наряд, так что еще не все красивые вещи расхватали. Но ты-то теперь можешь позволить себе потратить пару десятков тысяч на платье.
— О да, теперь могу! — насмешливо произнесла Валери, вспомнив, насколько жаден был ее муж.
Через двадцать минут, как и обещала, Валери вышла из своей гардеробной в светло-сиреневом платье с розовым пояском, подчеркивающим талию. Наряд дополняли шелковый шарфик на шее и фиолетовые туфли на высоком каблуке. А еще через полчаса они с Шарлоттой вошли в новый бутик Рудольфо.
 
— О, какая прелесть! — Валери тут же бросилась в океан одежды.
— Смотри не утони, — пробормотала Шарлотта, но и она быстро поддалась искушению и принялась разыскивать очередную кофточку своей мечты.
— Как тебе это? — Валери выудила из кипы вешалок маленькое коктейльное платье темно-серого оттенка.
— Слишком простенькое. Таким нарядом сейчас никого не удивишь. — Шарлотта придирчиво осмотрела несколько нарядов и потянула на себя полупрозрачное платье.
— Я его не надену! — запротестовала Валери.
— Это последний писк моды! — вмешалась консультантка, сразу же опознавшая в вошедших женщинах клиенток, которые никогда не выходят из магазина одежды без покупки. — У вас превосходная фигура, мэм, и в этом платье вы будете выглядеть сногсшибательно.
— Боюсь, Кларисса Белл меня не поймет, — сказала Валери.
Она обращалась к Шарлотте, однако ее слова произвели магическое действие на консультантку. Услышав знаменитое имя, она вытянулась по струнке и принялась шептать, будто боялась, что ее кто-нибудь подслушает:
— Мы не всю одежду сразу выставляем на продажу. Некоторые вещи мы ненадолго придерживаем для особых клиентов.
Шарлотта очаровательно улыбнулась и даже подмигнула продавщице.
— Но ведь женщину, идущую на прием к самой Клариссе Белл, можно назвать особой клиенткой?
— Разумеется!.. — сладко протянула консультантка. — Следуйте за мной.
Валери и Шарлотта переглянулись. Именем Клариссы они могли творить чудеса. Нужно этим пользоваться, пока есть такая возможность.
Их привели в небольшое помещение с огромным шкафом, диванчиком и маленьким столиком со стоящим на нем дымящимся кофейником. Следующий час Валери и Шарлотта попивали кофе и наслаждались демонстрацией эксклюзивных нарядов от Рудольфо. Итогом этого вечера стала покупка трех неприлично дорогих платьев, двух блузок и одного палантина из кашемира.
— Обожаю фирменные пакеты! — воскликнула Валери, выходя из бутика и потрясая бумажными пакетами с лежащими в них нарядами.
— А я обожаю ходить по магазинам. Надо чаще выбираться на такие прогулки.
— Тогда я останусь без денег.
— Не останешься. У тебя их теперь так много, что ты можешь каждый день разорять бутик Рудольфо.
— Как думаешь, Кларисса не выгонит меня из своего дома, если я сумею затмить ее своей красотой? — Валери встала на край тротуара и вытянула руку, чтобы остановить такси.
— Конечно, выгонит, — рассмеялась Шарлотта. — Ты разве не слышала, что Кларисса очень ревностно относится к красивым женщинам? Среди ее лучших подруг одни страшилки. Всех более или менее симпатичных женщин она держит на расстоянии.
— Я вообще надеюсь, что она меня не заметит, — призналась Валери. — Кларисса не приглашала меня лично, так что в моих же интересах остаться неузнанной.
— Она знает тебя в лицо?
— Пару раз мы сталкивались в ресторанах. Ричард как-то представил нас друг другу, но мы даже не разговаривали.
— А Ричард с ней знаком?
— Конечно, ведь отец Клариссы — его деловой партнер.
— И ты только сейчас получила возможность попасть к ней на вечеринку? — удивилась Шарлотта.
— А по-твоему, я должна была воспользоваться ситуацией и подойти к Клариссе в перерыве между вторым блюдом и десертом, чтобы напроситься в гости?
— Я бы так и поступила.
— Нисколечко не сомневаюсь, — усмехнулась Валери и, заметив проезжающую мимо машину желтого цвета, крикнула: — Такси! Такси!
— Мимо!
— Нет, вы только посмотрите на это! — возмущенно воскликнула Валери. — Я только что оставила кучу денег в одном из самых дорогих бутиков города, а такси поймать не могу.
— На тебе не написано, что ты — одна из самых богатых одиноких женщин Чикаго.