Бракованный подарок (СИ)
Думает, что кинусь мстить? Нет, этого не случится. Я не хочу оказаться за воротами колледжа, мне надо выучиться и достичь своих целей. Думала сказать об этом Нэйтону, но госпожа эо Лайт появилась следом за нами, прошлась вальяжно, как кошка, и села за стол. Казалось, еще немного, и она замурлыкает.
— Присаживайся, Нэйтон, — указала на свободный стул. — В ногах правды нет, дорогой.
Куратор послушался, а мой слух резануло это «дорогой». Обычное слово было сказано таким тоном, что стало неприятно. Но подумать об этом я не успела, потому что в дверях появилась госпожа Киткин. Она подталкивала Кэтти и незнакомую мне Ванессу — нескладную темноволосую девушку, которая таращилась на хозяйку колледжа с ужасом.
— Вы знаете, зачем вас вызвали? — спросила госпожа эо Лайт.
Кэтти покосилась на меня, а Ванесса пролепетала:
— Нет, госпожа.
— Да что вы говорите? — Хайди прищурилась и поднялась из-за стола. — То есть, это не вы полчаса назад забрались в комнату студентки Деи ле Аррет?
— Н-нет, — дружно ответили обе.
— Ложь! — Хайди схватила со стола статуэтку, служившую грузиком для бумаг, и швырнула точно между девушками. Статуэтка угодила в стену и оставила некрасивую вмятину. — У вас есть минута, чтобы рассказать, как всё произошло. Либо вы говорите правду и получаете наказание, либо выметаетесь без права вернуться в колледж. Как вы сами понимаете, после этого ваши шансы занять приличное место в жизни будут равняться нулю. Ну же!
— Я все расскажу, — всхлипнула Ванесса, а Кэтти поджала губы. — Кэтти предложила проучить новенькую. Сказала, что в их колледже она была ябедой.
У меня вспыхнули щеки. Никогда такого не было!
— И что вы сделали? — с фальшивой мягкостью спросила Хайди.
— Мы порвали её игрушку. — Кэтти поняла, что лучше не молчать. — И расшвыряли кусочки по коридору.
— Какую игрушку?
— Котенка, — тихо ответила я. — Это подарок моей покойной мамы, единственная память о ней.
Ванесса отвела взгляд. Кэтти, наоборот, задрала подбородок.
— Хотите сказать, что поступили достойно? — поинтересовалась Хайди.
— Нет. — Ванесса не сдержала слезы, и они крупными каплями покатились по щекам. — Я прошу прощения. Я не знала.
— А ты, значит, знала. — Госпожа эо Лайт перевела взгляд на Кэтти. — Конечно, вы ведь учились вместе. Что ж, я оценила вашу правдивость. Нэйтон, золотко, пусть каждой отсыплют по десять ударов палкой и на сутки посадят в карцер.
— Не надо палкой! — взвилась я. — Зачем?
— Вы слишком добры, Дея, — усмехнулась Хайди. — Жизнь таких не любит. Так что сделайте выводы и учитесь старательно. Ступайте.
Я вылетела из кабинета. Кэтти и Ванесса плакали, что-то доказывали госпоже эо Лайт, а я бежала и бежала. Да, Мик — моя главная ценность, но разве порча игрушки заслуживает жестоких побоев? Я этого не хотела!
Влетела в свою комнату и упала на кровать. Сердце билось быстро-быстро, я задыхалась от переполнявших эмоций. Протянула руку, взяла со стола Мика и прижала к себе. Он был целым, чистым, даже выцветшая ткань снова обрела первоначальный цвет. И всё благодаря куратору Нэйтону. Я по-прежнему его побаивалась, но сейчас душу наполняла благодарность. Он сделал для меня то, что не стал бы делать кто другой. Не стал бы — и не смог. Не просто вернул Мика, но и защитил от дальнейших нападок Кэтти и её подруг. Вот только всё ли будет в порядке с девочками? А с самим куратором Нэйтоном? Потому что госпожа эо Лайт не была довольна тем, что он использовал силу. Оставалось надеяться, что мы скоро увидимся, и я смогу убедиться, все ли хорошо. А сейчас надо взять себя в руки и начать переписывать конспект, который дали Лонда и Таисия. И поблагодарить соседок, что они за меня заступились, потому что сама я никогда бы не обратилась за помощью.
Впрочем, к ним даже идти не пришлось. Услышав, что я вернулась, девочки сами появились на пороге. Обе выглядели искренне взволнованными.
— Как ты? — кинулись ко мне. — Что с Кэтти и Ванессой?
— Госпожа эо Лайт устроила им взбучку, — ответила я. — Обеих посадят в карцер и дадут по десять ударов палкой.
— Да уж, не думала я, что госпожа эо Лайт примчится лично, — покачала головой Лонда. — Если бы разбирался господин Нэйтон, он все равно бы их наказал, конечно, но он обычно мягче, чем его иль-тере.
— Она почувствовала, что он использует силу, — ответила я и показала девочкам абсолютно целого котенка. — Вот мой Мик. Куратор Нэйтон восстановил его, и я до сих пор не понимаю, как.
— Все говорят, что Нэйтон — очень сильный ай-тере, — понизила голос Таисия. — Вот только никто не видел, как именно он применяет силу. Точнее, может, и видел, но молчит, так что это редкое зрелище.
— Спасибо, что позвали на помощь, — сказала я. — Если честно, не думала, что кто-то будет разбираться из-за игрушки.
— Если не остановить Кэтти сейчас, потом будет только хуже, — вздохнула Лонда. — Ты ведь понимаешь, что она бы так просто не угомонилась.
— Конечно. И я сама не пошла бы к куратору. У нас в колледже ди Хомфри виноват всегда был тот, кого некому защитить. То есть я. Насколько знаю, у Кэтти есть семья, и они часто вносили взносы на счета колледжа. А я…
Развела руками, показывая собственную никчемность. Я всего лишь девчонка, за которую некому заступиться. Значит, надо становиться сильнее и защищаться самостоятельно. Чтобы сберечь то, что мне дорого, и не допустить, чтобы в моей жизни снова всё пошло вверх дном.
— Ничего, теперь у тебя есть мы, — заверила Лонда.
— Да, — улыбнулась в ответ. — А у вас есть я. Поможете разобраться с конспектом?
Мы вместе склонились над записями, а я поймала себя на мысли, что, несмотря на жуткий день, впервые за долгое время ощущаю себя счастливой.
ГЛАВА 13
Нэйт
Я не собирался вмешиваться в дела новой студентки. Личные проблемы каждый решает сам. Этот принцип царил в колледже эо Лайт, и Хайди не думала его менять. Но когда увидел лоскутки игрушки, последней памяти о близких людях, меня взяло зло. Захотелось пойти к Кэтти ди Реан, схватить за шкирку и хорошенько потрясти, чтобы наступила ясность в голове. Я этого не сделал. Не успел. Глупо было думать, что Хайди не почувствует, как тяну из неё силу. Ай-тере и иль-тере очень крепко связаны, а учитывая, что моя собственная сила застряла, только начавшись раскрываться, то для восстановления игрушки я воспользовался потенциалом Хайди.
За эти семь лет я слишком хорошо узнал Хайди эо Лайт и знал, на какие пружины давить. Обычно не пользовался этим знанием, но сейчас хотел, чтобы виновных наказали. И когда Хайди приказала притащить девчонок в её кабинет, в глубине души был доволен. Рассчитывал, что глупышки посидят в карцере, но Хайди решила устроить свою любимую забаву и всыпать девчонкам палкой. И когда она приказала мне проконтролировать исполнение наказания, всё стало ясно: бить их мне.
Дея умчалась, и мы остались вчетвером. Хайди с полуулыбкой наблюдала за мной, я же смотрел на испуганных второкурсниц.
— Я неясно выразилась? — пропела иль-тере. — Наказать их. Немедленно.
— Хорошо.
Что еще мне оставалось? Сам виноват. Но о восстановленном котенке я не жалел. У меня от Элли ничего не осталось. Даже её лицо постепенно становилось все более расплывчатым, когда я пытался представить её. Время стирает всё. Время диктует свои условия. Остаются лишь отблески воспоминаний.
— Идите за мной, — приказал девчонкам.
— Господин Нэйтон, пожалуйста! Мы больше не будем! — взмолились они.
— Вы и так больше не будете, — ответил им. — Но наказание должно быть приведено в исполнение. За мной.
— Что ж, тогда я тоже последую за вами. — Хайди поднялась из-за стола. Опасается, что пожалею их? Я бы пожалел, но Хайди не оставила мне такого шанса. Пока мы спускались на цокольный этаж, где располагались карцеры, я слышал, как стучат за спиной её каблучки, и от одного этого звука внутри всё сжималось. Не от страха, конечно. От отвращения.