Хранитель Рун (СИ)
Тема нейрофизиологии и биоинженеринга, отчасти, по понятным причинам, в свое время увлекла меня еще в старших классах интернатской школы, преподавательский состав которой по праву считался одним из лучших — деньги меценатов это позволяли.
Наш учитель биологии проникся ко мне особой симпатией, и с удовольствием помогал мне готовиться к поступлению в медицинский университет, однако в отделе абитуриентов меня ждало разочарование — заключение медицинской комиссии было неудовлетворительным, и мне посоветовали попробовать себя в науке, т. е. — подать документы на биологический факультет одного из ведущих ВУЗов, конкурс в которых последние десять лет держался стабильно не ниже двухсот пятидесяти человек на место. Попасть туда без связей, или больших денег было попросту нереально, даже учитывая мои льготы, как инвалида.
Опять-таки, по совету школьного биолога, я решил попробовать обходной путь, устроившись на работу в одну из компаний холдинга «Injerix», где, при определенной доли везения и заинтересованности компании, можно было в перспективе получить грант на обучение по профильной специальности с гарантированным дальнейшим трудоустройством.
Социальная инспекция долго обрабатывала мой запрос, пока, наконец, не нашла вакантную должность оператора в департаменте клиентского сервиса «InjerixCare». Понятное дело, к науке эта позиция относилась примерно в той же степени, что позиция уборщика, однако, это была хотя бы призрачная возможность.
Я вздохнул, и пробежался по списку, присланному Алекс.
Так, что тут у нас?
Жалоба от «франка» (так мы между собой называем владельцев имплантов) на недостаточно яркую цветовую гамму и ограниченные поля зрения, после установки зрительного биопротеза в затылочные доли (пометка Алекс — «см. технические характеристики импланта») — тут все стандартно, бюджетная модель, устанавливаемая по ОМС, случай не страховой.
«Чипер» (владелец электронного чипа), претензия с требованием возмещения ущерба — сбой работы виртуального управления системами дополненной реальности, с поломкой чипа и отеком запястья (помарка Алекс: «ответить стандартным уведомлением, кейс направить безопасникам — скорее всего попытка несанкц. доступа»).
Да, непонятно на что парень рассчитывает: краш чипа — это по любому, либо паленый контрафакт, либо попытка взлома виртуального доступа к защищенным системам, вроде банкоматов, или ВИП-зон. Вычисляется на раз, но некоторых все-равно не останавливает.
О, а это уже интересней — досудебная претензия. Женщина, импланты груди (размер Unix, регулируемый), чип управления виртуальным помощником, модель «Артур Home Edition Pro» — утверждает, что в процессе, хм, эксплуатации модели, обнаружила у себя признаки беременности, которые подтвердились при медицинском обследовании. Затребованный объем возмещения морального ущерба — один миллион кредитов. Сумма, подлежащая взысканию через суд в случае отказа — десять миллионов.
Однако, аппетиты у дамочки немалые. Приписка Алекс: «стандартный ответ по форме 01. Комм. юр. отдела: рекомендовать клиентке обращение в органы п/порядка с заявлением о факте сексуального насилия»). С юмором ребята…
Постепенно, я погрузился работу и почти отвлекся от одолевавшей меня хандры, так что время до обеда пролетело незаметно.
Уже перед самым перерывом пришло еще одно корпоративное уведомление — приглашение в отдел кадров.
Я насторожился — персонал моего уровня в кадры, практически, не вызывают никогда — все вопросы решаются через начальников отделов. Какова должна быть причина персонального вызова работника низшего звена — я не мог представить даже приблизительно. Судя по выражению лица Алекс — она тоже.
Уже в холле, в ожидании лифта, меня вдруг кольнуло сумасшедшей, захватывающей дух мыслью — что, если это — пересмотр моего статуса и перспектива повышения?! Конечно, мысль была слишком хороша, чтобы быть правдой, но на какой-то короткий миг, я безумно хотел в неё поверить. Пусть даже не повышение — хотя бы перевод в отдел, имеющий хотя бы косвенное отношение к науке, где у меня будет шанс проявить себя. Разве не это было главной целью моего обращения в социальную инспекцию? Так почему бы сейчас, в день долбанного совершеннолетия, им не пойти навстречу мне хотя бы в этом!
Словом, мне удалось почти убедить себя в том, что меня ждут хорошие новости. Разумеется, я глубоко заблуждался.
Глава 2
Отдел кадров поражал воображение размерами и роскошью дизайна. Огромный, просторный и светлый холл — не чета нашему «руму». Вместо потолка — плазменная панель, имитирующая небо в облаках, стены — натуральные трехмерные пейзажи; гибридные рабочие места, оборудованы виртэкранами последних моделей, поддерживающих управление через нейроинтерфейс.
Визатор считал мою пластиковую карту и одобрительно моргнул зеленым.
Ко мне навстречу, на высоких каблуках, уже спешила, сверкая ослепительной улыбкой, молодая девушка-секретарь.
— Вы — Ежи Полански? — уточнила она, хотя моё имя уже высветилось у неё на планшете. — Идемте, Арахна Витальевна ждет вас.
Арахна, она же начальница отдела кадров, по слухам, приходилась родственницей едва ли не одному из главных акционеров «InjerixCare», и занимала высокую ступень в корпоративной иерархии.
Меня она встретила на фоне пламенеющего во всю стену заката над фешенебельным пляжем.
— Ежи Полански, — утвердительно произнесла она, кинув на меня беглый взор поверх виртуальных очков.
Лицо и руки её были покрыты ровным шоколадным загаром, а густые черные волосы, вопреки корпоративным стандартам, небрежно рассыпались по плечам.
Небось, еще и брызги соленых волн чувствует, и крики чаек слышит, в своем 5D кресле. Полный эффект погружения. Интересно, а я как в ее реальность интегрирован? В виде местного туземца?
— Присаживайтесь, прошу вас! — она кивнула в сторону белого кожаного кресла напротив. — Вы, наверное, гадаете, почему я вас вызвала?
Я кивнул, мысленно пытаясь угадать ее возраст. Выглядела она немногим старше меня, но, учитывая возможности современных биотехнологий, ей могло быть с тем же успехом и сорок, и пятьдесят, и вообще сколько угодно лет.
Арахна одарила меня мимолетной улыбкой, которую я определенно видел у одной из популярных телеведущих.
— Не волнуйтесь, повод приятный. У меня для вас хорошие новости.
Я подался вперед, с трудом скрывая охватившее меня волнение. Неужели, все-таки, перевод?!
— Как вы знаете, компания «InjerixCare» является частью холдинга «Injerix», — начала Арахна, — который занимается производством высокоуровневых нейроимплантов и биологических чипов. Полагаю, вам, как никому другому, должна быть известна ценность нашей продукции.
Я осторожно кивнул снова, еще не понимая, к чему она клонит.
— В следующем месяце, — голос Арахны звучал торжественно-монотонно, словно на официальном докладе, — мы выпускаем на рынок несколько новых моделей наших главных линеек. В первую очередь, конечно, это — нейрокорсеты, вроде того, который носите вы. Новая модель изготовлена из усовершенствованного сплава, что облегчает ее вес, у нее существенно увеличен автономный режим, а также обновлен дизайн. Мы рассчитываем на высокие продажи, и, в рамках маркетинговой подготовки, запускаем серию рекламных клипов.
Арахна сделала торжественную паузу.
— Руководство посчитало целесообразным привлечь к съемкам людей с ограниченными возможностями, работающих в холдинге! Их у нас немало — не менее пяти процентов штата, но вы — единственный обладатель такой редкой и профильной патологии!
Последние слова она произнесла почти с восхищением.
Вот оно что. Им просто нужен инвалид, который будет эффектно смотреться в кадре.
— Разумеется, участие будет оплачено, — спохватилась Арахна, по-своему истолковав мое выражение лица. — Точная сумма будет озвучена непосредственно перед заключением контракта, но, можете ориентироваться на гонорар размером около десяти ваших месячных окладов.