Напиши обо мне роман

6
– Иначе как бы ты так страстно писала про сексуальных мачо?.. – вертясь в кресле, развил свою мысль крайне бесящий меня сейчас Роман. – Про их могучие сильные руки, твердые животы и вздымающиеся члены?
Все-таки, видимо, что-то он читал…
– Вот так и писала бы, как все замужние коллеги, у которых нормально все с мужиком в доме! – огрызнулась я.
– Им тоже не хватает.
– Мужика? – усомнилась я.
– Любви, нежности, страсти, игры, бешеного траха, в конце концов.
– Слушай, ну давай ты свой личный опыт не будешь распространять на всех? – ядовито улыбаясь, попросила я. – Если тебе хороший мужик помог, не факт, что другим поможет.
Он замер, глядя на меня с прищуром и полуулыбкой. Глаза ярко вспыхивали зеленью.
Роман забавлялся.
Видел все мои слабости, читал укрытые за бравадой позорные мысли, насмехался и играл.
Я тоже насмехалась. И играла. Но надо было признать истину – если правильность жизненных установок измерять достигнутым успехом, то наши споры не имели смысла. Победил он. Сразу и без сомнений.
– Мне просто интересно, – легкомысленным, отвлеченным тоном заговорил он, все так же расслабленно покачиваясь в кресле и глядя в потолок. – Как это вообще – так сильно чего-то желать, чтобы было не лень целыми днями торчать носом в экран, описывая эти желания в мельчайших подробностях? Жаждать так, что жжет в груди и зудит кожа – так ты описывала в одном чате зависть к более успешным коллегам, да?
– А ты не знаешь?
Мне хотелось его ударить. Или удавить. «В одном из чатов», надо же. Как только умудрился…
– Забыл… – пожал он плечами. – Или не знал никогда. Я все могу купить. Хоть первое место в ваших тараканьих бегах, хоть гениальный роман непосредственно из-под пера… кто там сейчас самый талантливый в стране?
– Не все продаются.
– Не всегда за деньги – но все. Даже тебя голую на заднем сиденье моей машины можно купить. Я просто никогда не предлагал достаточно.
– Пфффф… – я закинула ногу за ногу. Видение меня голой на заднем сиденье «порша» немножко меня взбодрило. Правда, что ли, мужик бы не помешал?.. – Нельзя купить любовь. Вдохновение. Здоровье.
– Ой, брось! – скривился Роман. – Здоровье точно можно. Если не тупить, как Джобс, и не пытаться чистотелом рак лечить, будешь почти бессмертен. А скоро – и совсем. Любовь, вдохновение… Можно купить их имитацию – настолько точную, что настоящие и не понадобятся.
– И к чему ты ведешь? Что раз можешь все купить, то ничего не хочешь?
– Вроде того… – его поза стала еще более вальяжной, но…
Но теперь не верила его браваде уже я.
Кто же тот, кто ничего не хочет?
Миллионер? Аскет? Тот, кто себе врет?
Я знала ответ на этот вопрос.
Человек в депрессии.
Натура наша такова, что, получив все возможное, мы начинаем хотеть больше – невозможного. Начинаем с нового ноутбука, останавливаемся на необитаемом острове – но это еще не конец желаний. Получая новое корыто, уже мечтаем о короне Владычицы Морской.
Так устроен человек.
Если Роман все может, но ничего не хочет – у меня для него плохие новости.
Пока мы трепались, офис за стеклянными стенами постепенно заполнялся людьми. Почти незаметно нарастал шум: разговоры, шелест бумаг, гудение компьютеров, шорох шагов, бульканье кулеров и кофеварок. Начиная это странное интервью в полной тишине, спустя пару часов мы оказались в центре бурлящей деловой жизни.
Проходящие мимо по коридору сотрудники переглядывались, замечая Романа, подталкивали друг друга, указывая на нас. Переговаривались, собираясь стайками и косясь в сторону кабинета руководства. Понятия не имею, что можно было понять по нашим напряженным позам. Даже интересно.
Увы, не всех наша странная мизансцена отпугивала.
Роман сидел ко входу спиной, а вот мне было хорошо видно, как ловко длинноногая модель-секретарша сбивала на подлете к кабинету некоторых упорных поклонников начальства.
Поймав пару моих любопытных взглядов за его спину, Роман обернулся и, кажется, только сейчас заметил, что жизнь уже кипит.
 
Он взглянул на часы, потянулся и предложил:
– Пойдем позавтракаем, что ли? Кофе это хорошо, но мало.
– А можно мне еще кофе, раз тебе мало? – обнаглела я.
– Там и выпьем, – он поднялся и мотнул головой. – Идем, идем!
Ну, конечно, там мы выпьем какую-нибудь фигню из кофемашины, а не вот это вот божественное… Эх.
Вырасту большая, тоже заведу себе сексуальную секретаршу с божественными скиллами варки кофе. А может даже секретаря. Зеленоглазого.
Вздохнув, я спрыгнула с подоконника, собрала в рюкзак все, что успела разбросать, подхватила мандарин из вазы на столе и направилась следом. Этот мужчина умеет вести за собой. Хочешь – идешь. Не хочешь – тоже идешь, не сидеть же в пустом аквариуме под взглядом рыбок.
Кстати, о взглядах. И рыбках.
Нагнав Романа у клетки с соловьем, я подергала его за рукав и кивнула на яркую брюнетку, стоящую у кулера со стаканчиком воды в руках.
– Слушай, а чего эта ваша мадам смотрит на меня, как гриф на падаль?
Брюнетка реально чуть не прожгла во мне дырку еще когда мы были в кабинете, а когда вышли, так и вовсе не выпускала из поля зрения. Если бы я верила в сглаз, уже планировала бы свои похороны.
– Это? – Роман обернулся, поймал брюнетку в фокус, и загоревшийся было интерес в его глазах погас. – Это моя бывшая.
7
– Твоя бывшая? – почему-то удивилась я.
– А что такого? Ну да, у меня есть бывшие. Сука-бывшая, страдалица-бывшая, святая-бывшая, сталкерша-бывшая и еще пара десятков вариантов, как у всех, – равнодушно отозвался он.
– Фигасе… У всех, конечно, но не все собирают полную коллекцию.
– А ты думаешь, в моем возрасте у мужчины должны быть в прошлом только одни-единственные отношеньки? После которых он завязывает с этим и садится ждать, пока кто-нибудь отогреет его сердечко?
Роман усмехнулся, я фыркнула. Нет, при этом раскладе я бы его даже рассматривать не стала. Зря я три года платила кучу денег своему психотерапевту, что ли? У меня на страдальцев теперь не стоит от слова «совсем». Но вот на наглецов с зелеными глазами – все еще да.
Заметив, что сверлящая меня взглядом девушка от кулера переместилась гораздо ближе к лифтам, у которых мы стояли, я нервно отодвинулась за спину Романа и уточнила:
– Слушай, а она меня кислотой не обольет? Из ревности.
– Не знаю… – пожал он плечами, явно сдерживая смех. – Ты на всякий случай меня не целуй слишком страстно.
– Уговорил, никак не буду, – проворчала я и выдохнула с облегчением, когда двери лифта сомкнулись перед нами. – Мне не понравилось быть роковой женщиной, я лучше останусь в своем амплуа серой мыши.
– Серой мыши? – Роман поднял бровь. – Ну-ну. А когда ты успела побыть роковой?
Я подбросила мандарин к потолку, поймала и принялась снимать шкурку, опустив глаза. Одна из тех историй, которые прикольно рассказывать и в которых не прикольно участвовать.
– Ну… Познакомилась как-то с симпатичным и умным дагестанцем на сайте знакомств…
– Многообещающее начало, – кивнул Роман.
– Да ничего такого, – поморщилась я. – Чувак знал пять языков, и у него было чувство юмора, как у меня. Но, разумеется, случайно забыл рассказать, что женат.
– Случайно.
– Ну, знаешь, им четырех жен можно, так что всего одна никак не помешает единению сердец, – я вздохнула. – Но культурные различия, то-се, мы еще даже встретиться не успели, а я уже решила, что, пожалуй, просто дружить лучше. Однако как-то утром открываю я телефон, а там сообщение: «Здравствуйте, Алиса, я жена Хана, оставьте в покое моего мужа!»
– А ты? – полюбопытствовал Роман.
– А я что? – фыркнула я, выходя из лифта и ища, куда кинуть очистки от мандарина. – Полдня гордилась, что кто-то думает, что я тут женатых дагестанцев соблазняю, а потом сказала ему, что, кажется, дружить не получилось.