Напиши обо мне роман
– Посмотреть, какой длины ноги у твоей секретарши и какого размера грудь, – я пожала плечами. – Так ты ответишь, или мне в интернет лезть? Вообще-то выбор занятия для героя книги очень важен. Встраивается в образ.
Вот сапфиры, например, хорошо встраиваются… Я мечтательно вздохнула.
Альберт у меня в романе, хоть и суровый бизнесмен, не был таким злым. У меня все герои – пушистые котики.
Ближе к хэппи-энду – точно становятся!
А этого еще придется обрабатывать напильником, чтобы он мог кого-нибудь очаровать.
– Так придумай что-нибудь, – посоветовал Роман. – Ты же не собираешься производственный роман писать, как Хейли? «Отель» уже написан.
Иногда я соображаю так быстро, что удивляю сама себя.
– Значит, гостиничный бизнес?
– В точку!
– Так ты знаешь много интересного, и не такого устаревшего, как у Хейли!
– Нет.
Роман откинулся в кресле, буквально ввинчиваясь в меня взглядом. В любом другом случае это было бы жутковато и неуютно, как, видимо, и задумывалось. Но зеленые глаза… Я просто таяла, когда мне удавалось смотреть в них так долго. Мой личный фетиш. Продолжайте, Роман-как-вас-по-батюшке, блин, надо было все же погуглить!
Интересно, он сейчас гадает, почему на меня не действует это психологическое оружие или применяет его просто по привычке?
– То, чем я занимаюсь – довольно скучно. На моем уровне менеджмента практически все равно, чем ты там владеешь – БДСМ-клубом или ядерной электростанцией. Самыми интересными вещами занимается управляющий. Или начальники смен. Или повара. Или горничные? Познакомить тебя с горничными?
– Лучше с официантками, которые вас на вечеринках… – я только тут поняла, что по привычке обнимаю губами колпачок ручки и лучше срочно перестать это делать. – …обслуживают…
– Это не ко мне. Я у себя загулы не устраиваю. У меня сеть семейных отелей для состоятельных людей.
Семейные отели… Даже без эскортниц? Да уж, для книги это катастрофа.
– Вообще-то я хотела узнать другое, – сказала я, выключая диктофон и смахивая микрофон обратно в рюкзак.
Все это чушь.
Я не делаю интервью для «Форбса». Никто не будет заверять слова Романа Витта и засуживать меня, если я изменю хоть запятую.
Это просто книга. Моя книга. Что хочу, то и делаю.
Возможно, от реального Романа в ней останется один зеленый «Порше».
Главное, чтобы осталась его суть.
– Что же? – поднял брови Роман.
– Какой ты – настоящий миллионер? Наверное, если в рублях считать, то даже миллиардер? Как ты относишься к деньгам? Как у тебя получилось их заработать? Как получается сохранять? Имеют ли они для тебя абсолютную или относительную ценность?
– В смысле – абсолютную?
– Ну, например, для меня пятьдесят рублей – не особо деньги. Я спокойно отдам их попрошайке, не расстроюсь, если выпадут из кармана и скорее всего даже не замечу если потеряются в расчетах. Допустим, мой доход 100 тысяч. Значит они для меня – 0,05 % моего дохода. Для тебя 0,05 % дохода будет, допустим, ну… – я задумалась. – Пять тысяч? Ты ведь зарабатываешь хотя бы десять миллионов в месяц? Так ли ты легко расстанешься с пятью тысячами? Вот прямо сейчас достанешь и отдашь мне?
Роман расплылся в ехидной улыбке. А, ну да – вызов. Вызовы он любит, в этом мы похожи. Он полез во внутренний карман пиджака, вытащил оттуда неопрятный ворох каких-то карточек, визиток, бумажек – среди них были и пятитысячные купюры. Одну из них он протянул мне.
Я взяла. Что я, дура – отказываться?
Однажды, услышав, что я феминистка, один мой приятель целый вечер демонстративно открывал мне двери и в конце заплатил за мой ужин, заявив, что тем самым помог патриархату победить.
Как истинная феминистка – то есть та, кто во всем на стороне женщин, я предложила ему не стесняться и как можно чаще помогать патриархату побеждать таким способом. От наличных тоже не откажусь.
Почему-то он решил борьбу не продолжать.
– Понты дороже денег, – фыркнула я. – Ради красивого жеста можно и больше отдать!
– Отдашь мне ради красивого жеста половину своего дохода? – сощурил зеленые глазищи Роман.
Если ты разденешься под музыку – отдам даже весь.
Нет, я этого не сказала.
Я сделала вид, что задумалась:
– Допустим. А ты мне?
Роман покачался на кресле из стороны в сторону, задумчиво глядя на меня:
– Тебе надо разводить людей на бабло. Вот так за пять минут заработать пять миллионов.
– Я их еще не заработала, – напомнила я.
Было интересно, как он собирается выкручиваться.
– Сначала ты! – подначил он.
– Давай реквизиты.
Он достал из внутреннего кармана все тот же ворох хлама, выудил оттуда пластиковую карту и показал мне. Из рук. Предусмотрительный какой.
Я забила в телефон ее номер и перевела ему пятьдесят тысяч со своего счета. Внутри что-то тоненько звенело от тихого восторга. Это и называется азарт? Никогда не испытывала.
Даже кольнувшее внутри: «Это был твой новый ноутбук, Алиса! Или хотя бы половина!» меня не расстроило.
– Ну? – поторопила я.
– Вот так я заработал свои миллионы, – спокойно сказал Роман, убирая карточку во внутренний карман. – Разводя наивных девочек на деньги лучше, чем они разводили меня.
Я некоторое время не верила красоте игры.
Нет, серьезно?
Он не собирается выполнять свою часть сделки?
Нет?
Он просто забрал мои деньги – и все?!
Улыбка Романа была дьявольски хороша.
Мне оставалось лишь, изо всех сил сохраняя лицо, медленно поаплодировать ему.
Красавчик!
4Хорошо. Продолжим. Потери будем переживать в тишине собственной квартиры.
– Что же ты купил на первый заработанный на бедных нищих писательницах миллион, подлый богач? Мне надо знать, как мыслят такие, как ты.
Мне кажется, я уже немного хамлю, но это простительно. Все же еще раннее утро, обещанного кофе нет как нет.
А еще, знаете, чего нет?
Пятидесяти тысяч у меня на счету.
Не задался денек.
– Что это тебе даст? – Роман откинулся на высокую спинку кресла, глядя на меня слегка сверху вниз, полуприкрыв глаза и задрав подбородок. – Не все миллионеры одинаковые.
– Не все, но про нормальных, не скурвившихся, я и так знаю, – фыркнула я.
– Что же ты знаешь? – удивился он. – Нет, я помню, что я у тебя не первый, но вот любопытно даже.
– Они покупают на первый миллион рублей машину маме, – назидательно сказала я. – А на первый миллион долларов дом у моря. Дальше живут как раньше – только апельсиновый сок у них свежевыжатый, а меланжевые футболки по пятьдесят долларов, а не по пять.
– Думаю, даже по пятьсот… – протянул Роман.
– Не исключаю такой вариант, в Долине бешеные цены, – кивнула. – Ну, а ты? Гору кокаина? Снял бордель на неделю? Катался на вертолете, пока не стошнило?
Роман тихонечко прикрыл лицо ладонью, поглядывая на меня сквозь разведенные пальцы и сдерживая смех.
– Давай я тебя шокирую, – предложил он. – У меня вообще не было первого заработанного миллиона.
– В смысле?
– Я из богатой семьи. Дед академик, второй дед КГБшник. Отец, когда стало можно, быстро построил бизнес на связях. Мама бывшая модель, мисс чего-то там. Загородный дом сразу за МКАДом, большая квартира в центре. К совершеннолетию я уже был миллионером, ничего для этого не делая. Прости.
Он пожал плечами.
– Что ж я тебя раньше не встретила? – вздохнула я.
Он смерил меня критическим взглядом:
– Прости, фейс-контроль ты бы не прошла. В те времена в мою постель был жесткий отбор. Метр семьдесят пять, 85-55-85, грудь своя «троечка», глаза голубые, натуральная блондинка. Ну, конечно, макияж, платьица, каблы, то-се, ты понимаешь.
– Понимаю… Как же так вышло, что ты так низко пал в нынешние свои годы и гоняешься за мной?
Он ощерился, безошибочно уловив в моем тоне нотку уязвленности. Я и не собиралась участвовать в соревнованиях за его юный миллионерский член, но то, что меня даже в списки претенденток не внесли бы, все равно задело остатки женской гордости.