Напиши обо мне роман

– Наркотики? – гостеприимно предложил Роман еще вариант.
– А есть? – заинтересовалась я. – Хотя что там, наверняка есть. Спорим, у вас тут под вечеринку закупили что-нибудь выпендрежно олдскульное, типа опиума. А под опиум отлично пойдут дуэли! Тут точно должны организовывать дуэли! На двуручных мечах. На крайний случай – на пистолетах с рукоятями, инкрустированными слоновьей костью и изумрудами. Или нет, лучше прямо на тех, что были у Пушкина с Дантесом.
– Подумываю нанять тебя ивент-менеджером, – кивнул Роман так равнодушно, что стало даже обидно. – Хороший будешь тамада с интересными конкурсами.
– Ну, а что еще тут у вас делать? – я опять ковырнула мясо и потянулась отщипнуть ягоду от кисти винограда.
– Можно заняться сексом, – так же индифферентно предложил он, спокойно макая кусок лепешки в пиалу с соусом.
– Ну давай, – кивнула я.
Он замер и скосил на меня зеленый глаз:
– Серьезно?..
– Ну да, да! – я закинула ногу за ногу и поправила платье, чтобы оно ложилось изящными складками.
Роман снова аккуратно вытер руки салфеткой и потянулся ко мне, в качестве прелюдии сразу запуская пальцы в волосы на затылке.
– Эй, ты что? – я отклонилась, когда его губы были уже буквально в паре сантиметров от моих. – Мы так не договаривались!
– В смысле? – темные брови сошлись на переносице, зеленые глаза потемнели. – Ты же сама сказала…
– Ну да, иди занимайся сексом, я не против.
И я аккуратно освободилась от его руки.
Он медленно, по кубическому сантиметру выдохнул весь воздух из груди. С легким шипением.
– Нам. С тобой. Заняться сексом, – отчетливо проговорил он, сделав акцент на слове «тобой». – А ты о чем?
– Ой, нет, нет, я пас! – я притворно ахнула, замахала руками и подхватила бокал. С удовольствием уточнила: – Я тебя тут подожду. Ты же недолго?
И спрятала улыбку, отпив глоток вина.
3
Зеленые глаза снова опасно сощурились, изучая меня.
Нет, ну какой он красавчик все же!
Не зря мне зеленоглазые нравятся.
А сейчас, когда в травяной глубине вспыхивают яростные искры, я прям понимаю тех мужиков, которые доводят своих подружек до истерики умильным: «Ты такая секси, когда злишься!» Подружкам-то обидно, они всерьез злятся.
Как и Роман, наверняка. А я восхищенно пялюсь и мне хочется попросить его еще вот так повернуться, чтобы было видно такую острую – можно порезаться! – скулу и темный завиток волос на виске.
– Идем! – он встал, буквально отбросив кресло и обхватывая мое запястье.
– Куда? – спросила я.
Должно было получиться испуганно, но на волне любования скулами и глазами вышло излишне восторженно.
Все-таки секс? Насильный?
Не, ну я такого не планировала сегодня. На мне трусы не парадные совсем, и ноги я не помню, когда брила. Ну так-то понятно, что сам будет виноват, если что. Вот увидит мою шерсть – потом остаток жизни ничего стоять не будет! Жалко же такой экземпляр портить, да?
– Танцевать! – рявкнул Роман, выволакивая меня на свободный клочок пространства у высоких дверей, где стоял рояль.
Развратно-алый.
Я даже не думала, что они бывают такого цвета.
На его закрытой крышке валялась, томно выгибаясь, смуглая девица в перьях. Перья у нее были везде: в волосах, яркими росчерками вплетаясь в пряди; на груди, образуя едва прикрывающий соски топ; между ног, подчеркивая своей белизной ее гладкую, цвета кофе с молоком, кожу.
– Я не умею! – возмутилась я. – Тем более, под это!
Глядя на задумчиво дергающихся девушек в париках, я уже поняла, что никогда в жизни не воспроизведу их движения – вот эти развороты бедер с оттяжкой, волну всем телом, непринужденность. Трансовый ритм не подавал мне вообще никаких идей, как под это двигаться с моей деревянной пластикой. Я вообще последний раз на дискотеке была еще в школе, если не считать сегодняшний бал!
Это слишком жестокая месть. Предлагаю вернуться к идее изнасилования.
– Как же мне тебя развлекать? – как будто сам себя спросил Роман. – Эй, красавица…
Он направился к алому роялю, где при виде него мулатка приняла особенно красноречивую позу «трахни меня». Ну не прям же на рояле…
 
Хотя…
Я примерно прикинула физику процесса, но как-то получалось не очень. Тут слишком высоко, тут мало места, залезать вдвоем на крышку – не вариант. Разве что он решит девушку вылизать – благородно и альтруистично, но как-то не очень интересно для посторонних наблюдателей, которые явились за порочным средневековым шоу.
Я продолжала с интересом наблюдать за развитием ситуации, планируя потом вставить ее в какую-нибудь сцену в эротическом романе. Вдруг он придумает что-нибудь за пределами моей фантазии?
И весьма обломалась, когда Роман просто шлепнул девушку по заду и прикрикнул:
– Брысь!
Та соскользнула с полированной крышки быстро, но без суеты. И даже, кажется, без обиды. Молча оценила обстановку и направилась к столу, развлекать более благодарных гостей.
Истинная женщина юго-востока. Это вам не Алисочка, которой ты слово, она тебе десять, как еще мама в детстве любила приговаривать.
Роман скинул пиджак, оставшись в одном жилете, сел на широкую банкетку перед клавиатурой и красиво скользнул по ней длинными пальцами.
– Играешь? – с любопытством спросила я.
Ну надо же, какое тут совершенство ходит по улицам. И «Порше» у него, и голос соблазнительный, и жилет шелковый, и на рояле может…
– Хотел научиться… – тихо, почти интимно проговорил Роман этим самым соблазнительным голосом. – Знаешь, чтобы телок снимать.
Я хмыкнула и оперлась на край рояля, склонив голову набок.
– Но?
Он бросил на меня быстрый насмешливый взгляд и, томно лаская клавиши изящными пальцами, сыграл… собачий вальс.
– Оказалось, что для этого вполне достаточно денег.
– Красавчик!
Роман закончил мелодию и с довольным видом поклонился мне, прижав руку к груди.
А потом похлопал по банкетке рядом с собой.
Поколебавшись, я все же переместилась к нему – и тут же пожалела. Места там было мало, пришлось прижаться слишком близко и волей-неволей вдохнуть его горьковатый запах – очень экзотический и совсем не похожий на ароматы популярных мужских парфюмов. Без ментола и мяты, без древесных восточных оттенков. Что-то… злое, колючее, но как будто смутно знакомое.
Роман вовсе не собирался отсаживаться и оставлять гостье свободное пространство, следуя правилам вежливости. Наоборот – он повернулся ко мне, окутывая своим запахом и теплом тела. Придвинулся ближе.
– Не понимаю, – сказал он. – Чему ты сопротивляешься? Если бы я тебе не нравился, ты не вышла бы ко мне, не согласилась сегодня куда-то ехать. Я вижу, как ты смотришь, понимаю, о чем думаешь. Ты взрослая женщина, знаешь, чего хочешь – и, очевидно, совсем не против таких же взрослых игр со мной.
– Кхм.
Я постучала мизинцем по «ми» второй октавы. Несколько нервно – и она отозвалась ясным и чистым, таким же немного нервным звуком.
– Что не так?
Роман наклонился ко мне, и от весенней зелени его глаз перехватило горло. Господи, и правда, чего ж мне не хватает? Что мне не так?
Сейчас я как-то и сама забыла ответ на его вопрос.
Я еще раз стукнула мизинцем по «ми», потом безымянным по «ре», средним «до» – и дальше пробежалась по клавишам, складывая ноты в корявую версию «Ламбады». Все, что осталось от трех классов музыкальной школы. И еще «В траве сидел кузнечик» на гитаре.
Ах, да, вспомнила.
Вспомнила ответ.
– А зачем мне? – я ловко убрала пальцы с клавиш раньше, чем его рука успела их поймать и задержать. – Мне и так хорошо. Классная вечеринка, никогда на такой не была!
И я вскинула глаза на Романа, твердо встречая его взгляд. Уже никуда не уплывая в холодном море его глаз, как только что.
Я знаю, чего хочу, он прав.
– Тебе здесь нравится? – он ослепительно улыбнулся, оглядываясь на зал, где на столе между блюдами танцевало уже сразу несколько девушек и даже один из гостей, самый молодой и ловкий. Он пользовался успехом – их упругие задницы терлись о его бедра, приоткрытые губы тянулись к его губам и в целом, кажется, дело шло к симпатичной маленькой оргии. Интересно, они прямо тут начнут?