Я стираю свою тень - 4 (СИ)

Пока дамы налаживали контакт, я огляделся, чтобы увидеть на стенах барельеф с изображением какой-нибудь битвы, и мне это удалось.
— Айрис, смотри, здесь есть сюжет сражения. Покажи ей врагов, только быстрее. Мне кажется, я уже слышу конское ржание. — Мне действительно оно послышалось.
Близость врагов, скажу я вам, дарит непередаваемое волнение. Это и адреналин от желания схватить дубину и ринуться им навстречу и страх большой вероятности быть убитым.
— Айя, идем туда, — Айрис позвала робота к сюжету сражения.
Искусственная женщина, не теряя осанки, направилась следом за моей супругой.
— Вот враги, они снова здесь. — Айрис указала рукой в сторону вражеского войска. — Мы не одни из них. Мы попали сюда с Луны. — Она нашла на стене изображение спутника Земли. — С Луны, понимаешь? Мы очутились на том постаменте. Мы, я, мой муж и тот мальчик, хотим назад, на Луну. — Супруга провела рукой от нас к барельефу спутника. — Пожалуйста, ты же знаешь, как это сделать.
Айя, жестикулируя, затараторила на шумерском. Некоторые жесты, принятые у нас за интимные сигналы, когда в колечко из пальцев суют другой пальчик, означал у нее перемещение через портал. Она наглядно изобразила, что он односторонний. В одну сторону пальчик проходил свободно, а с другой упирался в невидимую преграду.
— Она говорит, что обратно нельзя, — Айрис скуксилась.
Робот, поняв ее реакцию, заботливо погладила волосы супруги, тихо бормоча непонятные успокаивающие слова. Я подошел к ним и обнял жену. Сердце разрывалось от жалости к ней. Айя зачем-то вмешалась в наш семейный ритуал, беспардонно растормошив. Схватила Айрис за руку и потянула куда-то. Я поспешил следом. Мы очутились у стены, на которой была изображена гора с пологими склонами, или холм, над которым висело устройство, похожее на летающую тарелку. Айя показала на нас, потом на гору, потом на тарелку и затем на Луну, изображение которой оказалось поблизости.
— Так, так, — я понял, что есть возможность улететь обратно другим способом. — А как их вызвать? И где находится эта гора?
Я ткнул в тарелку, потом в себя и пожал плечами.
— Айя, — она произнесла дальше на шумерском, но красноречиво дополнила слова жестом, изобразив человеческую походку пальцами рук и показала на нас.
— Она пойдет с нами, — догадалась Айрис. — Идем скорее!
Мы чуть не забыли бедного Иванта, которому было плевать на ситуацию, на гравитацию и прочее, отвлекающее его от игры.
— Мы куда? — спросил он у меня, с трудом переставляя ноги.
— На гору.
— Какую? Зачем? — захныкал он.
— Чтобы нам не отрубили голову враги.
— А, понятно. Дядя Гордей, я устал.
— Так ты ж еще и пять шагов не сделал.
— Тут тяжело.
— Садись мне на шею.
Не дожидаясь его ответа, поднял Иванта вверх и усадил. Он крепко ухватился руками вокруг моей головы. Мы прибавили шаг, чтобы догнать оторвавшихся женщин. Позади нас уже слышался цокот копыт по каменным мостовым и грубые крики дикарей. Еще пять минут раздумий, и дворец был бы окружен ими. Плохо, что у Айи не оказалось в загашнике транспорта. Модификации на голодном пайке не особо помогали справляться с гравитацией.
Мы покинули стены города через небольшой подземный проход, выходящий прямо в поле, засеянное пшеницей. Наверное, он служил и для военных целей, чтобы жители устраивали ночные атаки на врага, появляясь из ниоткуда. Пшеница, как показалось мне, росла падалицей, пятнами, без всяких рядов, в сообществе большого количества сорняков. На месте дикарей, я бы вместо разграбления города, занялся сбором урожая, вернувшись на родину с припасами хлеба. Люди за века не сильно изменились, ценили побрякушки больше, чем вещи, от которых их жизнь зависела намного сильнее.
Погода в этих широтах летом стояла знойная. Солнце пекло нещадно. Мы шли очень быстрым шагом. Я потел, как конь и вскоре почувствовал сильную жажду. Мы не пили с того самого момента, как перенеслись. Волнения и переживания только усугубили водно-солевой баланс. Поэтому, когда нам преградил путь арык с водой, я решил, что пусть меня замучает понос в будущем, чем жажда сейчас. Ссадил с шеи Иванта и присел у арыка. Вода в нем была не совсем прозрачной. Мне даже показалось, что в ней плавали личинки комаров и головастики.
 
Айя, к моему удивлению, притронулась к моему плечу и, показав на воду, изобразила запрещающий жест.
— Я сейчас сдохну, — признался я. — У меня язык засох и царапает рот.
Вместо ответа, она набрала в ладони воды и подержала, затем протянула мне, типа пей из моих рук.
— Она что, обеззаразила ее? — засомневался я.
— Наверное. — Айрис не была уверена в этом. — Может, это ее божественное умение? Лучше бы она летала на метле. Не пришлось бы тащиться по жаре.
Я нагнулся над ладонями робота. Вода держалась в них, как в герметичном сосуде. На вид, никакого мусора в ней не плавало. Я принюхался. Ничем тухлым, застоявшимся не пахло, в отличие от воды непосредственно в арыке. Я сделал глоток. Вода, как вода, только теплая. Поверив, что она чистая, допил до конца. Мне стало намного легче. Айя напоила Иванта и Айрис.
Мы тронулись в путь уже немного веселее. Ивант снова выпросил телефон и играл прямо у меня над головой. Странно было понимать, что на дворе дикие времена, а ребенок играет на устройстве, изготовленным по немыслимым для здешних людей технологиям. Нас встретила зеленка, растущая по низине, в центре которой бежал прозрачный ручеек. Тени от деревьев давали прохладу. Мы снова напились из него при помощи рук робота. Она не особо доверяла местной микрофлоре и берегла нас от заражения.
— Когда же появится эта гора? — поинтересовался я у робота.
Она ничего не ответила. Вокруг, куда ни глянь каменистая равнина, и только серые причудливые «скульптуры» каменных останцев, разбросанные как фигуры по шахматной доске в самом конце партии. Мы покинули зеленку и направились по накатанной дороге, петляющей мимо огромных валунов. Ничего не предвещало неожиданностей. Они случились, как это обычно бывало с нами, внезапно.
Я глазел по сторонам, когда Айрис резко дернув рукой, поймала стрелу. Мы тут же рассыпались в сторону и залегли. Все, кроме Айи. Впереди, метрах в ста, дорога проходила меж двух массивных скалистых выступов. За ними происходило движение. Я приблизил картинку и разглядел оборванцев, с луками и короткими дротиками, жмущихся к камням.
Вторую стрелу поймала робот. Стрелки, видимо, были уверены в своих способностях, начав стрельбу с такого расстояния. А я не был уверен, что смогу поймать стрелу, так же, как Айрис или наша гид по древностям. Моя правая рука, лишенная модификации, не обладала такой реакцией и силой. А так как я не стал вынужденным амбидекстром, то не владел левой в должной мере. Мне оставалось только пригибаться и избегать попадания, заодно прикрывая Иванта.
— Лежи за мной и не высовывайся, — приказал я ему.
— А что происходит? — спросил он.
В силу своего детского восприятия, он не понял, что мы находимся в смертельной опасности.
— Девчонки играют. — Мое объяснение выглядело немного несуразно. Для ребенка Айрис и робот могли казаться тетками.
— С кем?
— С людьми, которые прячутся за камнями.
— Я никого не вижу. — Ивант задрал голову. В этот момент рядом с нами в землю глухо ударилась стрела.
— Не высовывайся, я тебе сказал! — прикрикнул я на мальчишку, испугавшись за его жизнь. — Стрела может попасть в тебя.
Он послушно лег, выдувая ноздрями песок. Айрис схватила камень, размером с яблоко и запулила в ответ. Я проследил его траекторию. Он почти достиг цели, ударился о валун, за которым прятались враги, и разлетелся на мелкие осколки. Ветер донес до нас звук удара, сравнимый с выстрелом из ружья. Самонадеянных разбойников с большой дороги такая демонстрация силы должна была впечатлить.
Я оказался неправым. Наверное, они решили, что мы использовали пращу и поняли, что настало время для активных действий. От валунов по обе стороны выскочило по всаднику. Громко крича и нагоняя лошадь под бока, они собрались резким маневром зайти нам с флангов, в то время как лучники не давали бы нам поднять головы. Две стрелы просвистели у нас над головой и воткнулись в землю метрах в пяти позади. Айрис, убедившись в том, что мы не пострадали, взяла булыжник и, не целясь, запустила им во всадника, скачущего с ее стороны.