Воришка, хочешь в семью? (СИ)
— Опеку? — парень определенно играл с огнем. — Теперь это так называется? Ладно, не будем ссориться, рассказывай что увидел, наблюдательный ты наш.
— У тебя не присвоена агрессия. Из-за этого тебя тянет лечь лапками кверху возле любого сильного человека. Безопасным для тебя стала бы жизнь в слиянии с кем-то, кто снимет с тебя личную ответственность и тревожность. Тебе нужна стая, потому что ты все еще неоперившейся птенчик, милая.
— Стой, я не просила консультацию психолога! — остановила его.
Что эта помесь фокусника и сверчка-переростка вообще себе позволяет? Странный заказ. Странная семья. Никогда не видела столько чудаков в одном доме. Да, большинство из них мне понравились и даже Римус был вполне очарователен. Но ровно до этого разговора. Задним умом я понимала, что надо было не реагировать так остро, ведь это только подтвердило то, что горе-знахарь попал в точку.
Мои отношения с людьми были очень странными. Если совсем грубо, то все люди, с которыми я сталкивалась делились на две категории: быстрое знакомство и мучительные отношения. С первыми мы весело проводили время, пока алкогольный дурман противостоит правилам и нормам. Со вторыми я пыталась построить то, что называется долго и счастливо. Дарила дорогие подарки, готовила ужины, старалась быть полезной и показывала максимальную включенность в отношения. На что получала обзывательства — ты пиявка, приклеилась ко мне, займись своей жизнью, душишь меня…Не знаю, почему люди так реагировали на мою открытость, ведь в фильмах и сказках все совсем иначе. Принцесса встречает принца и они живут, купаясь в своей любви. Возможно мои чувства больше похожи на грязевые ванны. Иногда полезно, но для ежедневного обихода не подходят.
После ссоры мириться пришлось идти самой. Конечно, в глубине души, где-то очень глубоко, я ожидала, что раз Римус имеет фамилию Браун, то будет настолько галантен, что хотя бы пришлет белые розы ко мне в комнату. Да, пусть со служанкой, важен был бы сам жест. Но нет. Около суток я размышляла на тему того, что пора бы перейти к знакомству с главой семьи или вновь попробовать поискать книгу самостоятельно. Однако ноги сами понесли меня в кабинет знахаря.
— Привет! Знаешь, мне наверное стоит извиниться. — быстро произнесла я, пока Римус не вытолкал меня взашей. — Ты, безусловно, имеешь право на личное мнение и на то, чтобы это мнение высказывать. Думаю, что мне было невыносимо слушать ту чушь, то ты нес, поэтому я так быстро сбежала. Не знаю, может острый приступ мигрени или кто-то перед этим наступил мне на ногу. В любом случае, приношу свои извинения за то, что мое поведение можно было счесть грубостью по отношению к тебе.
— Долго это репетировала? — Римус успел подойти и обнять меня, иначе я бы вылетела из кабинета как пробка. — Шучу-шучу. Профессия обязывает быть прямолинейным и допускать предположения с видом знатока, даже когда велика вероятность ошибиться.
— Может сегодня ты прогуляешь свою работу? Я давно не была в городе и вот что странно — у меня нет сотового телефона, планшета и ноутбука. Поняла это резко, пару недель назад, но вот только сейчас решилась приобрести. Скоро мне предстоит ехать домой, в обычной жизни без связи никуда.
— Могу ошибаться, — широко произнес Римус. — Но в нашем доме не найти даже старенькой нокии. Мама и отец воспитывали нас иначе, чем тех детей, с которыми росла ты. Знания мы черпаем из книг, а не из поисковиков. Вместо ничего не значащей переписки в социальных сетях — живое общение. Для фотографий есть Лисса и Аманда, у них у каждой почти профессиональная техника. А обычный телефон стоит внизу и на каждом из этажей. Просто ими никто не пользуется, поэтому ты могла не заметить аппараты.
— Ты первый кто мне это рассказывает. Такие правила обычно в коммунах, где люди живут со строгими ограничениями. Ваша семья, наоборот, кажется очень современной. Одно то, что Шарлотта читала книги про воспитание детей чего стоит. Да и техники в доме достаточно много. Например, кофеварка на кухне стоит как крыло самолета, я видела подобную в кофейнях.
— Кофеварку притащил Чарли. Его жажда жизни не позволяет ему провести ни одной лишней минуты в сонном состоянии. Повезло, что у него есть я. Иначе, несмотря на наше долголетие, ему пришлось бы несладко уже через сотню-другую лет.
— Что?
— Ты о чем?
— Сотню-другую лет?
— Ах, да, совсем забыл про твою неосведомленность. Десяток-другой, именно это я и хотел сказать. — Римус совершенно не умел врать и яркий румянец на лице выдал его с потрохами.
Впрочем, все несостыковки, которые я наблюдала в доме, имели вполне очевидное объяснение. Все фокусы имеют алгоритм, а оговорки и случайности, нацелены на клиентов и зрителей, просто так сильно въелись в мозг, что всплывают в обычных разговорах. Уверена, столетний знахарь, которому не дашь и сорока, вызывает больше восхищения, чем обычный великовозрастный болван с манией устраивать цветопредставление. Чудес не бывает. Люди хотят в них верить и поэтому с легкостью отстегивают деньги даже там, где можно поймать фокусника за руку.
К тому же часть восприятия идет от того, что человек поглощает. Перед сном я тогда читала книжку, что нашла на подушке. В ней было написано много глав о древней крови, о магии, о драконах и других расах волшебных существ. Вероятно книга подразумевалась как шпаргалка для той, что поступила в академию магии. В тексте были подсказки, обращенные к девушке, по типу: “милая, обрати на это особое внимание”, “не забывай добавлять корень имбиря в зелье для сновидений, дорогая”. Поэтому мои метания, в виде желания поверить в магическую составляющую всего происходящего, были очевидны. Ежевечернее подогревание интереса к единорогам и оборотням стало моим оправданием тому, что я дала себе право усомниться в картине мира, где магии нет.
Хотя, стоило признать. Внутри меня до сих пор жива маленькая девочка, которая с детства ждала крестную фею, чтобы поехать на зачарованной карете к принцу на бал. Я бы с легкостью потеряла туфельку и ждала свою судьбу, несмотря на тяготы жизни с названными сестрами. Потому что потом меня бы ожидал хэппи энд, где любимый всегда будет моим и поможет преодолеть любые невзгоды, вроде не понравившегося мне пирожного. Остальное виделось слишком смутно, но определенно имело позитивный характер и полное отсутствие несчастий.
Восемь. Сэмуэль
Из всего семейства меня особенно впечатлил Сэмуэль. Он стал тем, кем я захотела быть, когда вырасту. Или, в моем случае, когда состарюсь. Этот мужчина, с сильными руками и выдающимся носом, изображал медиума для богатых дам и господ. Подход мне импонировал и я мечтала бы устроиться так в жизни.
Каждую вечеринку, это я узнала после того, как Римус спихнул меня на отца, тот выбирал нескольких счастливчиков и отводил их в отдельную комнату. Все его приемы были достаточно элементарны, если смотреть на них с точки зрения маркетинга, — ограниченное предложение, эксклюзивность, продажа воздуха и вступления в особую группу людей, которым довелось побывать на приеме у самого мистера Брауна. Только вот весь маркетинг с его последователями мерк на фоне того театрального представления, что устраивалось Сэмуэлем и, как я понимаю, его помощниками.
После первого сеанса я чуть было не поверила в паранормальные способности главы семейства. Такое сыграть невозможно! Но, поразмыслив, вспомнила фильмы про аферистов, где герои становились божественными созданиями, которые могут все и даже больше. После чего успокоила свою веру в чудеса и захотела для себя такого будущего.
На втором сеансе, который случился лишь через пару недель, старалась ухватить суть действа, ведь неизвестно встречусь ли я еще раз с подобным. Пыталась разгадать, откуда “духи” узнали детали о детстве тех, с кем беседовали и каким образом информаторы могли узнать о дальнем родственнике, который мог быть причастен к убийству благоверного одной из гостей.
Увы, эти две встречи были единственными, мое время в доме Браунов подходило к концу. Впрочем, каждый день я просыпалась с чувством праздника, ожидая новых открытий и переосмысления своей действительности. Богатые люди действительно живут иначе, чем бедные. Раньше в моих мыслях была идея о том, что бейся-бейся и добьешься чего-то невероятного. Сейчас мне, как никогда прежде, было очевидно, что нужно иметь финансовую основу для богатства. Сотни раз, за все время пока я здесь гостила, прокручивала идею о том, что со мной было бы, родись я в такой семье.