Стена между нами (СИ)
Шаг. Под ногами тихо поют травы. Влажный воздух струится вокруг полосами холодного тумана, рассвет смягчает контуры высоких горных хребтов, окружающих нас со всех сторон.
Один из драконов просит нас встать в круг и внимательно выслушать указания.
— Итак, сегодня у вас есть шанс проявить храбрость и поразить нас твердостью своего духа. Как вы уже заметили, мы в долине. Ваша единственная цель — покорить вершину. Вы можете идти парами, группами, поодиночке, это неважно, победа или поражение у каждого будут свои. Пользоваться магией, если хоть кто-то из вас ею обладает, запрещено. Можете помогать друг другу, обмениваться запасами, даже делиться одеждой, если сочтете нужным, но мешать кому-либо напрямую или косвенно нельзя. Это понятно? — строгий взгляд проходит по нам колючей волной. — Надеюсь, ни у кого не возникнет желания проверить, что последует за нарушением этих нехитрых правил?
Стоящие рядом со мной люди кивают, а я прячу горький смешок: неужели это существо всерьез полагает, что мы будем строить козни друг другу ради того, чтобы быстрее и лучше выполнить их, ардере, указания?
— У каждого из вас есть сигнальные огни. Синий — для тех, кто дошел. Алый — для тех, кто сдался и признал поражение, — невозмутимо продолжает соарас, вынимая такую же пару кристаллов, как та, что лежала в моей сумке. — Чтобы камень засветился, сожмите его обеими ладонями на несколько ударов сердца. Но если повезет добраться до вершины, обязательно вставьте синий кристалл в углубление на алтаре.
Мика рядом со мной замирает в напряженном ожидании. На лицах многих участников отражается недоумение. Я молчу, но червь сомнений точит изнутри.
— Что ждет нас там, в долине? — спрашивает один из молодых людей. — На вид она… ну, обычная, вроде. Зачем сигнальные огни?
— Обычная, верно, — губ ардере касается неприятная отстраненная улыбка, — для нас. Но вам придется самим решить, что именно вы найдете там: помощь или преграды. Быть может, кому-то из вас предстоит встреча с чем-то… — он делает паузу, подбирая слово, — …пугающим. Вечер покажет, достойно ли каждый из вас пройдет испытание. Однако тем, кто окажется слишком слаб, — добавляет он, смешивая жалость с ноткой презрения, — позволено зажечь красный маяк, это будет сигнал для наблюдателей, чтобы остановить ваше личное испытание. Вопросы?
За нами наблюдают, как за бойцовским петухами на деревенской ярмарке, вот что я поняла из этого краткого наставления. Но, как и положено заботливым хозяевам, драконы не дадут людям испустить дух на арене. Подозреваю, что даже покалечиться нам не грозит, мы слишком ценный материал. Но… на отборе останутся лишь самые стойкие телом и духом, ибо дать жизнь несущему пламя тем сложнее, чем больше в нем огня. Значит, надо дойти во что бы то ни стало.
— Куда нам идти? Где наша цель? — спрашиваю, чтобы прогнать злые мысли и сосредоточиться на победе.
— Из долины пять выходов, — соарас последовательно указывает на пять скалистых вершин по периметру, смутными тенями проступающих в тумане. — Это остатки наблюдательных башен. Ваше задание — подняться на любую, до которой сможете дойти. Как только сделаете это, встаньте в центр алтарной площадки и зажигайте синий маяк. Он символ вашей победы, и в нем же награда. А вот какая, узнаете сами.
Растерянные взгляды, тихий шепот.
— Время испытания — до заката. Кто не успеет, будет считаться проигравшим. Это тоже понятно?
Внимательный взгляд ощупывает каждого.
— Тогда удачи. Примите благословение Праматери и защиту Праотца и не теряйте время попусту.
С этими словами провожатый отходит от нас, дает знак двум остальным и взмывает в сумеречное небо.
— Скотина… Тебе б целый день обдирать нос об скалы. Без дорог и карты, — ругается темноволосый мужчина с тяжелым взглядом, смотря ему вслед. Затем сплевывает под ноги, оборачивается к остальным, командует зычно: — Разбейтесь группами по пять-десять человек, так удобнее передвигаться. Раз в час-полтора делайте привалы. Воды немного, но хватит на день, если пить за раз не больше двух-трех глотков. Тут по-хорошему на полдня дороги, но, думаю, нас ждут сюрпризы. Смотрите под ноги, не лезьте к расселинам и осыпям — и все будет хорошо.
Его слова вселяют спокойствие и уверенность во многих. Некоторые мужчины, правда, покачав головами, начинают путь в одиночку, другие действительно разбиваются на группы.
— Пойдем, — беру за руку Мику. — Уже светло, пора двигаться.
Вместе с нами идут еще трое парней. Ни одного из них я не знаю, но чувствую, как они сосредоточены.
Немного посовещавшись, все мы выбираем вторую слева вершину. Она выглядит менее острой, чем остальные, с одного края долгий пологий склон, поросший травой. Она существенно дальше остальных и вроде бы чуть выше, зато не такая крутая. Будь я одна, пожалуй, выбрала бы ближайшую, но меня пугают ее серые острые склоны, россыпь камней у основания, зубчатый гребень, сизой каймой отрезающий небо. Не уверена, что Мика одолеет его, а подругу я не брошу.
Главa 6. Вверх
Первые два часа мы идем налегке. Травы, напитавшиеся за ночь росой, холодят ноги сквозь тонкую ткань, но влага быстро испаряется. Мы молчим, смотрим на разгорающийся рассвет, на сказочную игру света в облачном покрове. Каждый думает о своем, но я вижу, что все мы бросаем осторожные взгляды по сторонам, словно ждем нападения.
Долина, прежде казавшаяся ровной вогнутой чашей, на деле оказывается изрезанной мягкими балками и покатыми холмами. Словно рябь на поверхности океана, они испещряют все пространство кругом.
Сперва я еще вижу другие группы, неспешными букашками ползущие по склонам, потом перестаю смотреть — волны холмов прячут нас друг от друга слишком надежно. В какой-то момент ловлю себя на мысли, что, если бы не четкая цель, я бы, пожалуй, быстро потерялась в этих спусках и подъемах, сбилась с нужного направления.
— Странное чувство, — замечает один из наших спутников, самый старший на вид, серьезный крепыш с рыжеватыми кудрями, — нас тут много десятков, и все равно мы словно одни.
Мне сложно не согласиться, я тоже чувствую себя крошечной травинкой, затерявшейся в необъятных горных просторах. Мы делаем короткий привал, обмениваемся несколькими фразами и робкими улыбками, обсуждаем дорогу.
— Признаться, меня радует, что пока все просто, — замечает второй наш спутник. — Похоже, они решили нас напугать. Не хотят торчать на смотровых площадках весь день, а если мы поскорее разделаемся с заданием, то и они отдохнут. Как думаете?
— Или хотят посмотреть, как мы будем вести себя перед лицом неизвестной опасности, — предполагает Мика.
— Так вроде справляемся. И вообще, что носы повесили? Тепло, красиво, сердце радуется. А с песней дорога в два раза короче. Пойдем дальше, что ли?
Он поднимается первым, напевая игривую мелодию, вплетает в нее незамысловатые слова:
— До дна! За первую любовь,За счастье, за судьбу,За путь, что под гору пошел,За бедняка, что клад нашел,За моря глубину.Плесни до края, не скупись,Дрова подбрось в очаг.С тобой вдвоем мы дом найдем,И станем жить уютно в нем,В горах да в облаках…Солнце всё выше, травы высыхают, воздух парит, начинает припекать. Раскаленный шар полузакрыт пушистыми облаками, ветра почти нет. Душно. Расстегиваю тонкую куртку, ослабляю ворот рубашки, дышать становится легче. На следующем привале певец внимательно рассматривает вершину.
— Интересно, тем, кто доберется первыми, положена особая награда?
— А ты проверь, — последний наш спутник, до того хранивший молчание, откидывается на травы и блаженно закрывает глаза.