Стена между нами (СИ)

— Как скажешь, Дор.
Он на мгновение сжимает меня в кольце рук, шумно и глубоко вдыхает, а потом подхватывает меня на руки и несет по склону вверх.
— Я так голоден, женщина, что, если ты сейчас же не накормишь меня хоть чем-нибудь, сменю облик и полечу охотиться. Что скажешь, поймать нам дикую козу или лучше вепря? Ты умеешь готовить вепря?
— Без котелка, ножей, огня, соли и трав? — прячу лицо у него на груди. — Вряд ли. Разве что в глине запечь целиком.
— Со шкурой и копытами? Звучит не слишком аппетитно.
— Согласна.
Дорнан ставит меня на землю около корзинки, и мы оба углубляемся в изучение её содержимого.
— Вы… то есть ты сам это всё положил? — я поднимаю на ардере удивленный взгляд.
— Попросил на кухне, — честно сознается владыка.
— Судя по всему, они решили, что ты улетаешь минимум на неделю.
— Тем лучше. До вечера постараемся растянуть, — улыбается он.
На какое-то время мы забываем обо всем на свете. Аппетит на свежем воздухе просыпается истинно звериный, солнышко припекает, а пережитое волнение требует компенсации. Солидной и основательной.
— Тебя не хватятся? — спрашиваю, чтоб создать хоть видимость соблюдения приличий. Не светсткая беседа, конечно, но уже что-то. — Мы тут уже довольно долго.
— Соарас знают, где я.
— А меня?
— О! — он подмигивает. — Даже если решат, что тебя похитили, первым, кто об этом узнает, буду я.
Мы действительно проводим на этом берегу почти весь день, то за разговорами, то за прогулкой, но больше не поднимаем ни одной серьезной темы, а я решаю, что сомневаться и искать доказательства смогу завтра. Сегодняшний день уже стал особым, пусть таким и остается. Дорнан не делает попыток прикоснуться ко мне, но всё равно что-то неуловимо меняется, словно теперь у нас есть общий секрет, недоступный для остальных. В обратный путь пускаемся, когда небо на западе становится оранжево-алым.
— Ты можешь приходить сюда, если захочешь, гулять, любоваться океаном. Только, прошу, выбирай теплые и погожие дни, — говорит владыка, перед тем как открыть обратный портал. — И предупреждай на всякий случай кого-то из стражей. Тут безлюдно, путешественников нет, в случае чего помощи просить не у кого. Раньше таких дорог были десятки и ими пользовались постоянно, но теперь переходы доступны немногим, да и то лишь по одну сторону Стены.
Он подает мне руку, бегло проводит пальцами по моей ладони, вычерчивая очередной знак. В этот раз нет ни боли, ни жгучего ожога, символ просто вспыхивает и исчезает бесследно.
— И что будет дальше? — поднимаю взгляд на владыку. — Не с порталом и этим местом, а с нами? С отбором, испытаниями?
— Не терпится вернуться к ритуалам и скрытым смыслам? — лукавая усмешка придает растрепанному алти-ардере какой-то лихой, разбойничий вид. — Дата не определена, но вам сообщат за день-два. А пока вы, избранные, приглашены на очень важное торжество: госпожа Грейнн выходит замуж за одного из ваших, Брейди. Закрытый, но решительный и в целом достойный человек, рад за них обоих.
— Как?! Но ведь… — замираю от неожиданности. — Но ведь Грейнн — одна из самых важных байниан, правда? Я думала, она будет принимать решение только после всех проверок.
— Этим двоим уже не нужны проверки и испытания, — пожимает плечами Дор. — Кстати, как и твоей подруге, Мике. Вчера Кеган просил разрешения на заключение брака с ней. Что думаешь?
— Я? — теряю дар речи. — Разве имеет значение, что думаю я?
— Ты знаешь свою подругу лучше, чем кто-либо. Понимаешь, что именно толкает её на этот шаг. И, разумеется, постараешься удержать от ошибки.
— Спросите у неё, я же не могу принимать решение за кого-то! Тем более такое.
— Можешь, — Дор внезапно становится серьезным. — Вполне вероятно, в скором времени тебе придется исполнять роль владычицы целого народа. А это сотни и сотни судеб, десятки решений каждый день. К твоему мнению будут прислушиваться, твои слова станут ценнее золота, твои ошибки и победы обернутся ошибками и победами целого народа. Поэтому я хочу знать твоё мнение: Мика и Кеган могут быть счастливы вместе?
 
Не тороплюсь с ответом, вспоминая всё, о чем мы шептались с подругой, сжавшись в день прибытия в комочек, словно два перепуганных котенка. Вспоминаю дом из серого камня, семью, живущую в нём, старика, клюющего носом в кресле у огня. Уют, тепло, заботу, покой. И радость, скользящую по лицу подруги.
— Смогут, — отвечаю в конце концов. — Я плохо разбираюсь в людях, а в ардере и того меньше, но верю в то, что счастье можно построить. И Мика, и Кеган хотят этого, не потому что так решили Прародители, а потому что их тянет друг к другу. Кто я такая, чтобы становиться между ними?
Дорнан слушает внимательно, мысленно взвешивает каждое слово и, к моему облегчению, согласно кивает.
— В таком случае нас ждет двойная церемония. Будешь сопровождать меня? — он слегка приобнимает меня и замирает в шаге от портала.
— Разве это уместно?
— Вот и проверим.
* * *
— Есть ли в замке библиотека?
Лили, к которой был обращен вопрос, замирает с охапкой свежих простыней в руках.
— Вам нужно что-то особое? Могу раздобыть молитвенник, из тех, что читают в ваших храмах.
— Нет-нет, довольно с меня святых текстов. История. Летописи. Самые старые из всех возможных. Те, где описаны события Великого Перелома или то, что было до них. Думаю, если такие и есть, храниться они должны во дворце.
— О.
Девушка пристраивает свою ношу на кресло и в задумчивости потирает лоб.
— Вообще-то, тут и правда есть хранилище, но не знаю, пустят ли вас. Разве что владыка позволит или кто-то из его приближенных.
— Не хотела бы тревожить алти-ардере из-за такого пустяка, — присаживаюсь на край кровати и тяну Лили за собой. — Можно сперва попробовать самой и только потом бежать за помощью, верно?
— Наверное… — тянет она неуверенно.
— У Дорнана и без меня много дел. Я и так чувствую себя виноватой, что отняла у него весь вчерашний день.
— Вы его избранная, — смущается девушка, — это же естественно.
— Но злоупотреблять своим положением я не хочу. Так как туда пройти?
Лили секунду колеблется, потом кивает:
— Это в южной башне. Я нарисую.
Через полчаса я уверенно петляю по переходам и лестницам. Умница-горничная изобразила целую карту, без которой я бы просто заблудилась.
— Дышишь свежим воздухом коридоров?
Насмешливый голос вырывает меня из размышлений. Останавливаюсь и неспешно разворачиваюсь.
— И тебе доброго утра, Брейди. Как здоровье госпожи Грейнн?
— Дивно. Настолько, что она улетела по делам еще до рассвета.
— Оставила тебя без внимания, и теперь ты ищешь, чем заполнить пустоту?
— Уже нашел, — он усмехается и ловко выдергивает из моих рук листок со схемой. Пробегается по нему взглядом, читая торопливые пометки. На его лице отражается искреннее недоумение. — Ты в архив идешь? Вместо завтрака? Это зачем?
— Надо.
— Ясно. Ну, пойдем, что ли? — он возвращает мне карту и делает приглашающий жест рукой. — Составлю тебе компанию.
— Тебе нечем больше заняться? — недовольно поджимаю губы.
— До вечера? Абсолютно. Или ты там ночевать собралась?
Пожимаю плечами. Пусть идет, немного ехидства я переживу, зато не буду постоянно оглядываться, опасаясь очередной непредвиденной встречи и бестолкового допроса. Двери архива гостеприимно распахнуты, хотя на входе стоят двое соарас. На секунду я сбиваюсь с шага, не представляя, как объяснить им свой интерес к истории их королевства, но они приветствуют первыми:
— Госпожа Лиан, господин Брейди.
И не делают ни малейшей попытки помешать нам войти.
На мгновение я закрываю глаза и с наслаждением вдыхаю любимый с детства запах бумаги, пыли, старой кожи, восковых свечей и — совсем немного — дымка от фитиля. Так пахли уютные семейные вечера моего детства, мелочь, засевшая в памяти на долгие годы.