Пламя Магии. Принцесса 2 (СИ)
Услышав имя, чаша вечного огня, которую он забрал возле обелиска Царицы Асланы Талание в Ио, вспыхнула кроваво-красным пламенем.
— Это что-то новенькое, — пробормотал он.
Сам не понимая зачем, Оуэн подошел к чаше и всмотрелся в пламя. Казалось он видит в огне отражение “ока всезнания”, которое висело у него на шее с тех пор, как его люди сорвали его с шеи воровки Маджарей, так натурально притворившейся Рэял-Су в борделе. Сам артефакт с тех пор не откликался ни на поиск джаджарея, ни на поиск Маджарей.
— Зачем они только прыгнули в море у обелиска? — бормотал он сам себе, чувствуя какой-то подвох. — Все маги, всех стихий, которые рискнули прыгнуть за ними в воду у обелиска утонули… Какой человек бежит от смерти, прыгая в море, при этом зная, что ему не выплыть?
Артефакт вдруг ожил сам по себе, окутывая чашу вечного огня зелеными нитями. Формируя кольцо, испещренное рунами огненных жрецов Талание.
— Отлично… Просто лучше не придумаешь… — мрачно бормотал он сам себе.
Словно пытаясь подтвердить и так очевидное, в дверь постучали и на пороге появился один из немногих преданных только ему людей. В черных волосах поблескивала седина, а на немолодом лице читался тридцатилетний опыт охоты за артефактами и магическим даром.
— Командир, я принес вам письма Его Величества короля Лаори и новости из Аоса.
— Положи их на стол, Кеджар.
Охотник уже собирался уйти, как вдруг понял, что его до сих пор не отпустили.
— У вас есть ко мне какое-то дело, командир?
— Вопрос, Кеджар… Сколько мире осталось Талание с магическим даром больше пяти процентов?
Глядя на напряженного охотника, Оуэн еще больше нахмурился. Пару дней назад он получил весьма противоречивую информацию из дворца, которая теперь ставила под вопрос очень многое в его жизни.
— Кеджар, я знаю, что ты отвечаешь за своеобразный “учет” членов династии Талание, — поморщился Оуэн. — Или отвечай, или приведи мне сюда Маджарей через час. Иначе пойдешь под трибунал за неисполнение приказов. В том числе приказа Его Величества Арсея Третьего, велевшего двадцать семь лет назад избавиться от всех наследников Талание с магическим даром, доказывающим принадлежность к династии.
Талание и Ануи в плане наследников были самыми неудобными династиями в мире. Они не заботились о чистоте крови, как все остальные магические роды, лишь о силе.
Любой бастард (коих было очень много), считался законным членом династии, если ему перешел магический дар. Специфические по цвету и типу магии, дети от такой женщины продолжали носить имя и титул матери, даже если их отец был королем другого государства.
А по линии отца все дети просто считались равными друг другу независимо от матери и брака. Жили и обучались они по традиции рода вместе, чаще всего отдельно от родителей на попечении верховного мага или жреца, и наследовали все тоже по нерушимому закону о силе, действующему до сих пор.
Если в мире осталась хоть одна Талание превосходящая Рэял-Су по силе, когда он добудет амулет будет как минимум еще один человек, которому он будет служить по магии крови, и кто знает кто из них в итоге окажется сильнее.
Видя, что Оуэн не шутит и нисколько не собирается угрожать наставнику юности, Кеджар нервно сглотнул и отчитался.
— Командир, из ныне живущих остались только те, кому не перешел магический дар Талание.
— А как же Маджарей? — тихо спросил Оуэн, не сводя взгляда с пламени, откликающегося на ее имя.
Заметив это, Кеджар, нервно замялся.
— Я понимаю почему вы спрашиваете, но мы проверили — магия Маджарей не является чистой магией Талание. Хотя это и так очевидный факт, потому что у всех Талание пламя кроваво-красного цвета. У всех Ануи белоснежная как снег. А у этой…
— Золотое, — кивнул Оуэн.
— А потому если она и Талание, то она просто бастард, не имеющий никаких прав.
— Как поговаривали Талание “Сила свободна от всех людских условностей”, — пробормотал Оуэн, не сводя взгляда с пламени.
Его люди совершили богохульство забрав одну из двух сотен чаш вечного огня у обелиска, но Оуэну было все равно. В душе он был уверен, что именно кровь в этой чаше может дать ему ответ, как найти амулет Целэа.
Наклонившись к чаше он прошептал.
— Маджарей.
Пламя снова вспыхнуло. Сам не понимая зачем, Оуэн снова прошептал тоже самое.
— Маджарей.
Пламя разгорелось ее ярче пытаясь пробить защиту, не дающую перекинуться на другие предметы на корабле.
— Она Талание, Кеджар, как бы мы не хотели видеть обратное.
Повернувшись к бывшему наставнику, Оуэн отдал распоряжение:
— Вели раскопать хоть все архивы, но нам нужно найти всех женщин с огненным даром, которые подходят под описание Маджарей. Нужно выяснить о ней все. Кто она на самом деле, откуда знает об амулете Целэа, откуда знает Морена. А также все случаи когда люди прыгали в воду у обелиска Талание в Ио и снова появлялись живыми.
Кеджар опустил глаза и молча кивнул. Чувствуя неладное, Оуэн с нажимом произнес:
— Ты ведь уже знаешь ответы, верно?
Пожилой охотник молчал, покрываясь бисеринками пота.
— Кеджар, хочешь, чтобы нас обоих казнили? — недобро произнес Оуэн.
— Никак нет, командир, — еле выдавил из себя Кеджар.
Теряя терпение, он почти сорвался на крик:
— Тогда говори, все что знаешь!
Переступая через себя Кеджар решился сказать:
— Я не знаю она это или нет, но мы не нашли тело двоюродной сестры или брата ее Высочества Рэял-Су Ануи.
У Оуэна поползли глаза на лоб от этих слов.
Это не просто какой-то там бастард бастардов Талание. Это прямой наследник, имеющий права на часть наследства Рэял-Су, которое Оуэн уже потихоньку начинал считать своим.
Глядя на человека, который помог ему подняться, обучил ремеслу охотника за магическими артефактами, спас ему жизнь во время покушения в Ио, Оуэн не мог поверить в то, что Кеджар сделал.
— Как ты вообще мог такое допустить? Кеджар, у тебя же идеальный послужной список….
Кеджар с ненавистью посмотрел на чашу вечного огня.
— Я был моложе вас в тот день, командир… — с сожалением протянул Кеджар. — Дядя вашей невесты, бросил собственного ребенка в воду у обелиска в Ио, а сам дрался с нами до последнего… Попробуй, найди в том водовороте тело пятилетнего малыша. Пока остальные пытались найти тело ребенка, я должен был убрать с площади тело принца Талание.
На мгновение он замялся, а после продолжил.
— Но никто из наших не вернулся ни через день, ни через неделю. Так что с помощью магии крови и части праха отца, я подделал доказательства. Кто мог представить, что ребенок выживет?
Понимая, что сам поступил бы на месте Кеджара также, Оуэн со злостью хлопнул по столу. Теперь головоломка в его голове окончательно сложилась. Отпустив Кеджара, он снова подошел к чаше вечного огня.
— И где они должны были оказаться? — задумчиво бормотал он сам себе. — На каком-то острове? Посреди моря? В Ио? Где?!
В дверь снова постучали.
— Войдите, — раздраженно пробормотал Оуэн.
— Командир, в паре сотен километров, какой-то сильный источник магической силы. Однако он слишком сильный, как для человека.
Изумленно вскинув брови, Оуэн тут же бросился к карте и потребовал показать, где именно источник магической силы.
— Примерно в этой области, командир, но на картах здесь ничего нет, кроме пары десятков мелких заливаемых островов.
Заливаемые острова — это острова с магическими джунглями, которые часто сотрясали землетрясения и потому их примерно раз в год или чаще смывало цунами. Правда для магических растений такого рода катастрофы были скорее как зима на севере. Сбросили старые листья и на их месте выросли новые весьма опасные деревья и цветочки.
— Тут одни магические джунгли, может быть вы их и фиксируете? — на всякий случай уточнил Оуэн. — Они ведь чаще всего и вызывают землетрясения, переизбытком магии.
— Нет, командир, мы уже проверили. Магический фон наоборот что-то стабилизирует, будто поглощая магию.