Звёздный луч (ЛП)

Наконец он подошел ко мне и сел рядом.
— Ты в порядке?
— Да, со мной все будет в порядке, — сказал он и отправил в рот тушеное мясо — наш сегодняшний обед.
Ты идиот, я прямо рядом с тобой. Я закатила глаза.
— Так как она умерла? — спросила я.
— Конни отказалась говорить мне, но я получил от нее то, что мне было нужно.
— Хочу ли я знать?
Он фыркнул, и улыбка тронула его губы.
— Имя.
— Я слышал. Катрина.
— Нет, той, кто сказал ей. Я добьюсь от нее правды.
— Как, Ал? Никто не должен знать, что ты жив.
— У меня есть дракон, он скоро вернется. Он творит чудеса с именами.
Вот черт. Я еще не встречалась с Робом, и я бы ему не понравилась.
— К слову о нем. Я слышал, как он и Тания…
— Нет, они не пара. Я много раз говорил ему, чтобы он забыл о ней. Она презирает его так же сильно, как презирает людей.
— И ты еще хочешь, чтобы я с ней поладил.
Ал рассмеялся, что заставило меня тоже рассмеяться.
— Ваша с ней связь — это что-то удивительное, Эндрю. Мы могли бы узнать от вас двоих больше, чем я когда-либо узнал от Роба. Я был уверен, что он рассказал мне все, но он никогда не упоминал об этой связи.
— Может быть, он не верит в это так, как верит Эмануэль.
— Может быть, но все же он бы упомянул об этом. Мы как-то давно обсуждали легенды и предрассудки.
— Это притянуто за уши и — не могу не согласиться с драконами — немного кощунственно.
— Ты не знаешь, что говоришь, Эндрю. Если связь между драконом и человеком существует, и мы сможем найти для них способы взаимодействия, признаки, это может уменьшить необходимость в побоях.
— Побоях? Каких еще побоях?
— Роб сказал мне, что хроматические драконы нуждаются в регулярной взбучке, чтобы оставаться хорошими.
— Ты бьешь его?
— И это ломает меня сильнее, чем его. Я ненавижу избивать его, но у меня нет выбора. Он говорит мне, когда тьма внутри него начинает выходить из-под контроля, и это не доставляет мне удовольствия, поверь. Если альтернатива существует, мне плевать, насколько неправдоподобно она звучит.
Я видела по его глазам, что он искренен.
— Мне придется избивать Танию? Я не смогу этого делать.
— У вас есть связь, идиот. Ей это не понадобится, если она пройдет через все, что нужно, чтобы измениться с помощью связи.
— Это звучит нереально, даже как-то пугающе, Альберт, я не хочу быть частью этого.
— Ты слышал, что сказал Эмануэль той ночью. Может быть, так и должно быть. Иначе зачем существуют наши виды? Если мы не можем учиться у них, а они у нас, то какой смысл им быть здесь? Или нам?
Я вздохнула.
— Мы ничего о них не знаем. Но школа сможет это изменить.
— Кого будут брать в эту школу и может ли кто-нибудь иметь дракона, Альберт?
— Я еще не знаю этого, но точно так же, как мы обнаружили связь, мы выясним и это.
— Хорошо, — улыбнулась я. — Кто я такой, чтобы разрушать твои мечты.
Его улыбка исчезла.
— Моя мечта уже никогда не сбудется, а это моя цель.
Мое сердце растаяло. Неужели я была его мечтой?
АЛЬБЕРТ
В ту ночь я спал с Конни.
Мои чувства к Эндрю сегодня нельзя было игнорировать. И это не восхищение: есть в этом парне что-то такое, чему я не могу дать определение.
Он олицетворяет все, чем я хотел бы быть, но то, что я испытываю к нему, это не восхищение. Это нечто гораздо более глубокое, чем восхищение.
Конни наслаждалась каждой минутой нашей встречи, и давайте будем честными, мне нужно было женское внимание.
На следующий день я встретил Эндрю, когда он возвращался с охоты.
Что-то беспокоило его… И тут меня осенило, почему он его так пугала связь с драконицей.
Черт, у Эндрю были чувства к мужчинам.
Это было противозаконно, но не было чем-то неслыханным. Вот почему с ним было так легко разговаривать, вот почему он притягивал меня к себе. И поэтому Тания сказала, что ее прощупывание его не сработало. Это все, что она сказала мне, никаких деталей. Она тоже думала, что он что-то скрывает. Может быть, это было его влечение к мужчинам.
 
Надо держаться на расстоянии.
— Роберт идет! — крикнул один из разведчиков с дерева.
Я посмотрел на небо. Его очертания виднелись на горизонте.
Чертовски вовремя.
Он был очень быстр, и когда он приземлился, земля содрогнулась.
Эндрю даже упал, потому что Роб был размером с дом. Он сразу же принял свой человеческий облик.
Я посмотрел на Эндрю.
Роб был красивым парнем — по крайней мере, так говорили Исси и Конни.
Десять из десяти по мнению дам.
Эндрю определенно тянуло к мужчинам, а не к женщинам, потому что он не мог отвести глаз от Роба. Он потупил взгляд, заметив, что я смотрю на него.
Роб обнял меня первым.
— Что случилось? — спросил он, и мои глаза тут же наполнились слезами. — Давай поговорим.
— Нет, нам нужна информация.
— Нет, сначала мы поговорим. Разведка может подождать.
Он взял меня за руку и повел в заднюю часть бревенчатого дома.
Мы сели, и по моей щеке скатилась слеза.
— Поговори со мной, Ал.
— Это глупо, я даже не знал ее так хорошо.
— Твоя леди.
— Ее больше нет, Роб.
— «Нет» в смысле она… — он не договорил. Я кивнул.
— Как ты узнал?
— Ее звали Катрина. Констанс нашла девушку, которая выиграла мамину лотерею. Она рассказала ей.
— Как это случилось?
— Конни не хочет мне говорить. По ее словам, я буду винить себя, так что это может быть только то нападение на Эйкенборо.
— Ты не виноват.
— Мне нужно знать как, Роб.
— Я выясню. Имя той девушки известно?
— Маргарет вроде как, или просто Мэгги.
— Я найду ее и узнаю от нее, как это случилось, обещаю.
— Спасибо. А что сейчас происходит в замке?
— Твой отец сошел с ума. Ты не уменьшил численность его войск, Ал. Он получает помощь извне.
— Из-за стены? Но ведь эти люди никогда не смогут покинуть Пейю, Роб.
— Они будут здесь через девяносто дней. Ты можешь остановить это.
— Девяносто дней. Этого слишком мало.
— У тебя есть драконы.
— У него тоже.
— Я имею в виду Хроматических.
— Ты же знаешь, что у них нет ни единого шанса против армии Жако.
— А если они узнают, что сражаются против тебя, Ал? Я никогда не видел твоего отца таким расстроенным за все время, что работаю в замке.
— Ты же сказал, он сошел с ума.
— Это днем, а ночью он совсем другой. Он прислушается, — настаивал Роб.
— А что, если нет? Если я сейчас вернусь, он не увидит во мне угрозу, он увидит во мне лжеца. Нам нужно сражаться, чтобы он увидел, насколько сильна моя убежденность в необходимости перемен.
— Как скажете, милорд. Но если ты хочешь выиграть эту войну, Ал, это должно произойти за девяносто дней.
Я кивнул.
Мы встали.
— Эндрю наконец-то здесь.
— Эндрю, лучший лучник Горана?
— Лучший из лучших, — сказал я.
— Лучше тебя?
Я кивнул. И с трудом сглотнул.
— Есть еще кое-что.
— Что?
— Почему ты не сказал мне о связи?
— Какой связи?
— Между драконом и человеком.
— Серьезно, Ал? Эта связь — сказка старого дракона.
— Это не так.
Он посмотрел на меня и прищурился.
— Мы видели своими глазами. Эмануэль объяснил нам, что происходит.
— Видели связь? Между кем?
— Тебе это не понравится.
Он хмыкнул.
— Выкладывай.
— Между Танией и Эндрю.
— Что?
— Роб, она ненавидит его, без каких-либо видимых причин, и он тоже этого не хочет.
Он прищурился.
— Он не хочет дракона?
— Нет, он заставляет меня чувствовать себя монстром.
— Ты не монстр. Я уже много раз тебе это говорил.
— Это не меняет того, что я чувствую. Он не хочет дракона, он сопротивляется так же сильно, как и Тания. Я думаю, мы собираемся испытать первого дракона, выпущенного на свободу.