Звёздный луч (ЛП)

— Мне нужны новости, Роберт. Сработало ли? Как Гельмут и остальные справляются с планом?
— Гельмут симулировал травму, ваше высочество. Полагаю, что позвали Конни.
— Я бы хотел, чтобы ты перестал называть меня высочеством и принцем. Я только что умер, Роберт. Так что с этого момента просто Альберт. Мы равны до самого конца. Ты же знаешь.
Он улыбнулся.
— Тебе нужен отдых. Я вернусь позже вечером с любыми новостями. Зигфрид здесь за главного в мое отсутствие, он присмотрит за тобой, Альберт, — он мягко улыбнулся, прежде чем развернуться на пятках и выйти через дверь. Я подошел к кровати и упал на нее.
Мои мысли снова блуждали. Но думал я не о матери с отцом. Весть уже наверняка достигла Эйкенборо, и моя прекрасная леди узнала печальную новость.
Как она это восприняла?
Моим самым большим сожалением было то, что план с ее участием не сработал.
План состоял в том, чтобы найти ее, потому что, в конце концов, у нее было самое большое достояние — мое сердце.
Я хотел рассказать ей о плане и убедить ее притвориться убитой горем, если она неравнодушна ко мне так же, как я к ней.
Через что ей пришлось пройти? Как она восприняла известие о моей смерти?
Единственным приятным бонусом к этому плану было то, что я наконец-то освободился от Дризельды. Может быть, ее выдадут замуж за кого-нибудь другого.
Я мог только надеяться.
ГЛАВА 10
КЭТИ
Следующие несколько месяцев, казалось, я провела на замедленной скорости, но в итоге они пролетели быстро.
Я чувствовала себя потерянной. Мысли о том, что будет с моей жизнью теперь, когда я утратила всякую надежду на счастливое будущее вместе с принцем Альбертом, терзали меня каждый день.
Сказки не случаются в жизни, какими бы прекрасными ни казались отдельные мгновения. Вот она, настоящая история Золушки, разве что без хрустальной туфельки.
Надо было мне надеть эти туфли и потерять одну по пути. Может быть, тогда бы он нашёл меня, и я бы узнала настоящего Альберта.
Теперь же я ещё сильнее возненавидела драконов.
В королевстве провели грандиозные похороны.
Мы с Мэгги и её родителями ездили в Элм, где я рыдала навзрыд вместе с многими жителями королевства. Дризельда была там, шла следом за своими отцом и матерью.
Король всё ещё не оправился от потрясения, но мать Альберта вовсю плакала, стоя над гробом принца.
Дризельда устроила целое представление со слезами и завываниями, её подражательницы повторяли за ней. Я смотрела на гроб и вспоминала бал. Как он весело смеялся. Как дал мне почувствовать себя кем-то значимым. Я тогда ещё понятия не имела, что он принц, а теперь его тело лежит в гробу. Я никогда не смогу узнать его настоящего.
Мэгги высморкалась в платок и приобняла меня, пока по моим щекам текли слёзы.
Мы не могли подойти ближе, но я видела алтарь издалека и видела, как король толкает гроб в бескрайнее озеро.
Прощай, мой принц. Я снова смахнула беззвучные слёзы. Горящие стрелы полетели в гроб.
За ними последовали двадцать залпов из пушек.
Ему было всего двадцать лет.
Тем же вечером за столом в таверне я краем уха слышала, как Питер говорит об охотниках на драконов и трёх лучших друзьях принца, выслеживающих кислотника, убившего Альберта.
— Флетчер мне сказал, что они так и не нашли остальные части тела. Его лицо было настолько изуродовано, что даже его собственная мать не смогла узнать. Но на нём было королевское кольцо, его кольцо.
Я не хотела больше ничего слышать, зная, что ночью мне это привидится в кошмарах.
Я закрыла глаза и вздохнула.
С его похорон прошло больше месяца.
С того самого дня король просто озверел. Он созвал лучших охотников, чтобы те убивали Хроматических драконов. Начался хаос, как и предсказывал Питер, отец Мэгги.
Хроматические драконы начали мстить, разрушая одну деревню за другой.
Всё больше людей бежали в Эйкенборо, и жена мэра — женщина с большим сердцем — не могла отказать им в убежище.
 
Мама Мэгги и моя заботились о детях-сиротах в ратуше Эйкенборо.
Жена мэра лично занималась организацией помощи, чтобы убедиться, что всем хватает еды.
Единственный плюс войны — к нам больше не приходили сборщики налогов. Но с другой стороны, покупателей тоже не было.
Всё вокруг нас превращалось в пепел.
Мужчины во главе с пекарем Тони и мясником Марко строили всякие приспособления, чтобы не подпустить драконов к небу над Эйкенборо.
Я хотела помочь им — я умела охотиться, но мама чётко обозначила, что я должна сидеть дома и заботиться о своих сёстрах и брате, присматривать, чтобы с ними ничего не случилось.
Это казалось мне несправедливым, но я понимала, что она боится потерять хоть кого-то из своих детей.
Вот только я уже была потеряна, и со временем она это заметила.
Вскоре до меня дошли вести о Гельмуте, принце Тита, который погиб, пытаясь отомстить за Альберта. Его убил огнедышащий дракон. Это стало огромным потрясением — не только для нас, но и для всех жителей Тита.
Я побежала к таверне, зная, как расстроит это известие Мэгги. Распахнув дверь, я увидела её плачущей за одним из столов. Ровена крепко обнимала её.
— Ох, Мэгги, — выдохнула я. Она вырвалась из объятий матери и побежала ко мне, врезаясь на полной скорости.
— Ненавижу их. Я ненавижу их всех…
— Знаю. Мне очень жаль.
Вот уже десять лет она была безумно влюблена в Гельмута. Это началось, когда ей было всего семь. Она видела его только раз. Ему и его брату-близнецу тогда было лет двенадцать.
Она ни разу с ним не разговаривала, все их отношения развивались только у неё в голове.
Но теперь все её мечты разрушены, как и мои. Наших принцев больше нет.
Я осталась рядом с ней на всю ночь. Она всё это время плакала.
Я понимала её боль.
Спустя неделю пришли ещё более ужасные новости. Калеб, принц Ариса, тоже погиб. Его тело сгорело в огне — не нашли ничего, кроме пепла. Из всех принцев остался только Горан. По какой-то причине все короли его недолюбливали, но у них не остаётся выбора: когда всё закончится, Горан будет править Пейей.
— Да что ж творится-то? Все как обезумели, — воскликнула мама, когда узнала про Калеба.
— Мы должны сражаться, мам.
Она посмотрела на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова.
— Катрина Сквайр, ты девушка. Не лезь в мужское дело.
— Но, мама, я не такая, как другие женщины. Вот увидишь, это только вопрос времени, когда король Луи начнёт призывать в армию всех, кто может сражаться. И когда это время настанет, я вызовусь.
Я встала и выбежала из лавки, пока мама не успела что-нибудь ответить.
Она прям как Мэгги: видит всё не так, как оно на самом деле. Они всегда и во всём искали положительные стороны. А вот я была реалисткой, как мой отец.
Сыновья губернаторов, лордов, сэров погибали один за другим. Целые рода были стёрты с лица земли.
А впереди нас ждут ещё более суровые времена.
Поля, которые мы засеивали фруктами и овощами, начали приносить плоды.
Мы с Мэгги каждый день работали в поле вместе с моими сёстрами и многими другими девушками.
С утра до ночи.
В Эйкенборо никогда ещё не было так много еды.
Мы возвращались поздно вечером, после захода солнца, после того, как все повозки с овощами и фруктами отправлялись в места назначения.
По ночам мы помогали готовить еду сиротам, а потом ели вместе с ними.
Так странно, что в трудные годы войны люди держатся вместе, невзирая на благосостояние и социальный статус.
Мы были не единственным выжившим городом.
Просто Эйкенборо один из немногих принимал беженцев, как и Диссельхорф, и Алкадин.
Эти города были лучше всего оснащены и готовы отбить атаки драконов.
Мамы не было в ратуше, и это напрягло меня, но я не забывала о своих обязанностях.