Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии (СИ)

Том с усмешкой посмотрел на нее.
— Как тебя зовут-то? — спросили он.
— Эт… Этери, — с запинкой ответила девушка. — А тебя зовут Том, я слышала. Кстати, у меня есть кот Том, Томми. Похож на тебя. И глаза такин же серые.
— У меня тоже есть кошка, — отозвался парень. — Ее зовут Принцесса.
— Прин-цес-са? — по слогам переспросила Этери. И почему-то напряглась, словно ждала подвоха. — Это в честь ее высочества?
— Это в честь ее милоты. Сомневаюсь, что ее высочество такая же милая, как моя кошка, — весело отозвался Том.
— Ее высочество очень милая! — возмутилась Этери.
— А вы знакомы?
— Нет, конечно! Кто я такая, чтобы знать принцессу лично? Всего лишь… — Она замолчала. — Всего лишь служанка.
Том усмехнулся и подвинулся к ней поближе.
— Кто ты такая, Этери? — прямо спросил он.
— Я же только что сказала, служанка, — растерялась та.
— Ты не похожа на служанку. У тебя руки человека, который не знает, что такое работа. Осанка, как у высокородной. Ты даже говоришь иначе. Да и одежда твоя, — Том позволил себе коснуться края плаща, — стоит столько, сколько обычная служанка получает в год. Так кто же ты, Этери?
Девушка прищурилась.
— А ты угадай, раз такой умный.
Она вдруг стала такой напряженной, что Том развеселился еще больше. Он склонился к ее уху и прошептал:
— Ты — придворная дама.
— Точно, — с облегчением выдохнула девушка. — Как ты только догадался? С виду такой… — Опомнившись, она замолчала.
— Какой — такой? — приподнял бровь Том. — Тупой?
— Простой, — нашлась Этери. — А думать умеешь.
— Положим, не только думать, — отозвался парень. — Твои слова похожи на оскорбление. Знаешь, вот возьму и сдам тебя страже!
— Ты такой добрый, такой милый и сильный, — тут же заулыбалась девушка. — Не сдавай меня, пожалуйста, Том.
И она захлопала длинными ресницами, умиленно глядя в его лицо. Он усмехнулся.
— Ни дать, ни взять Принцесса, когда та еду выпрашивает.
— Принцесса ни у кого еду не выпрашивает! — гневно воскликнула Этери.
— Я про кошку, — рассмеялся Том. Лиам услышал, снова обернулся и кивнул, явно желая знать, как обстоят дела у брата и таинственной незнакомки. Том махнул рукой, чтобы Лиам отвернулся.
— Как можно было кошку так назвать, — проворчала девушка. — Так ты не выдашь меня, да?
И она схватила его за предплечье, преданно заглядывая в глаза.
— Без проблем. Но с тебя оплата, — улыбнулся Том. Все шло по его плану.
— Договорились. — С этими словами Этель полезла в карман и вытащила монеты, однако Том остановил ее.
— Мне не нужны деньги. С тебя поцелуй. — Его серые глаза смеялись.
— С меня что? — не поверила девушка.
— Поцелуй.
— Должно быть, это шутка.
— Нет же. Ты просто понравилась мне.
— Никакого поцелуя. Кто ты такой, чтобы… — Этель несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Видимо, чтобы не наговорить лишнего. — Я не целую посторонних мужчин. Соблюдай правила приличия.
— Какая ты целомудренная, — хмыкнул Том. — Все придворные дамы такие?
— Все, — отрезала Этель.
— Тогда чем ты заплатишь за молчание?
— Покажу тебе, деревенщине, столицу. Идет? — предложила девушка.
— Идет, — легко согласился Том. — Я, знаешь ли, тоже кого попало не целую. Только Принцессу в носик.
Этель снова дернула плечиком, и это показалось ему весьма забавным.
Снижая скорость, летающие кареты приблизились к земле и плавно опустились. Семья Бертейл, а также Этель и несколько человек из дворца вышли на улицу. Их снова досмотрели — всех, исключая девушку, медальон которой явно был особенным. И они покинули особняк на Золотой улице. Родственники Тома отправились в гостиницу вместе с сопровождавшими их все путешествие людьми из дворца, а Том, сказав, что хочет погулять, ушел вместе с Этель в противоположную сторону. Они шли мимо прекрасных каменных особняков, каждый из которых по-своему поражал изяществом и величием. Мимо утопающих в снегу садов за заборами. Мимо проносящихся по мостовой элегантных карет. И Том с радостью огладывался по сторонам — на Золотой улице он был впервые, и все ему было интересно.
 
— Почему улыбаешься? — спросила Этель, которая в отличие от него по сторонам не смотрела. Ей вообще было скучно. Она просто вела его в центр города, чтобы показать красоты.
— Потому что здесь красиво, — ответил Том.
— А я думала потому, что ты дурачок, — хихикнула она.
— Ты похожа на Белль, — заметил вдруг он. — У нее тоже вечно были глупые шуточки.
— Белль? Так ты родственник невесты принца? — с любопытством спросила Этель.
— Кузен. Мы вместе росли.
— Надо же, как интересно! И какая она, наша будущая императрица?
— Добрая, — не раздумывая, отозвался Том. — Белль очень добрая. Но при этом с характером. Знает, как за себя постоять. И никогда не отступает от своего.
— Да уж, — неожиданно чужим холодным голосом усмехнулась Этель. Но почти сразу ее голос стал таким же — звонким и теплым. — А какие у нее недостатки? Кроме того, что она темная.
— Эй, что такого, что Белль — темная? — нахмурился он.
— Люди не любят темных, — с вызовом сказала девушка. — Так ведь? Раньше Белль была для вас светлой, а потом выяснилось, что она — наследница Черного дракона. Наверное, это было немножко… неприятно? Знаешь, мой кузен тоже темный. И я его терпеть не могу, потому что он козел.
— Не знаю, что у тебя там за темный кузен, но мое отношение к Белль не изменилось. Она по-прежнему моя сестра. И будущая императрица, кстати говоря. Поэтому помалкивай и не говори о ней гадости, — велел Том, и девушка сжала губы. Ей не нравился его тон, но спорить она не стала. Просто повела его через Золотую улицу к Сияющему проспекту — одному из центральных проспектов столицы. Они неспешно шли мимо многочисленных вывесок кофеен, пабов, салонов, лавок и магазинчиков. Несмотря на то, что Ночь зимнего свершения уже прошла, их витрины все еще были празднично украшены. Шел легкий снег, но таял, прежде, чем успевал касаться мостовой. Отовсюду раздавались голоса, смех и музыка. А еще вкусно пахло свежей  выпечкой — прямо посредине проспекта остановилась передвижная лавка-вагончик, и бойкие женщины продавали ягодные пирожки на палочках и  булочки с корицей, шоколадом и сливочным кремом. Отбоя от покупателей у них не было, и Том тоже остановился рядом с вагончиком, читая нарисованную от руки вывеску с ценами.
— Что будешь? — спросил он Этель.
— А ты хочешь тут что-то купить?! — ужаснулась та.
— Ну да, а что? — удивился Том.
— Это же нелегальные продавцы!
— И что? Каждый зарабатывает на жизнь, как может, — пожал плечами Том.
— Тут отвратительно! Фу! Наверняка они все делают грязными руками! А потом плюют в тесто!
— Ничего мы не плюем, — обиделась одна из торговок, услышав эти слова. — Но, если хочешь, милочка, я тебе прямо в глаз плюну, чтобы попусту не болтала.
Глаза Этель гневно расширились. Руки сжались в кулаки.
— Да как ты сме…
Том ткнул ее в бок, и девушка от неожиданности закашлялась.
— Дайте четыре пирожка на палочке. А лучше шесть, — с широкой улыбкой сказал торговке Том. — Вы извините, госпожа. Это моя сестра, она из глухой деревни в Восточной провинции. Совсем ничего не знает.
— Вижу, что не принцесса, — проворчала та, смягчившись от его улыбки. — Чай, одета как эйх на выгуле. Удумали моду — мужское одевать.
— Надевать, — поправила ее Этель.
— Без тебя разберусь, — рявкнула торговка, и Тому снова пришлось улыбаться, дабы задобрить торговку, которая при них начала делать пирожки и обжаривать их на огне. Едва только он забрал бумажный кулек и расплатился, откуда-то из-за угла появились полицейские. Кто-то закричал: «Полицаи идут!» И торговки спешно стали сворачивать свою передвижную лавку, чтобы скорее убраться подальше. Их покупатели бросились в россыпную. Том подхватил Этель за руку и потащил за собой, заставляя быстро-быстро передвигать ногами. Остановились они лишь на пешеходном мосту, перекинутому через заледеневший канал, по которому можно было кататься на коньках. Том облокотился на перила и, разглядывая окрестности, стал с удовольствием есть пирожки на палочках в форме зверюшек.